— Сверх всякой меры. Теперь я знаю, что в женщине важнее всего волосы и глаза. Кстати, а почему бы тебе не воспользоваться магией, чтобы вернуть глазам их прежний цвет?
Брок просто дразнил Дейрдре, заставляя ее говорить о себе. Пока его план работал, но на сколько его хватит?
— С чего бы это? — озадаченно сдвинув брови, спросила Дейрдре.
Брок равнодушно пожал плечами:
— Ну… чтобы доказать, насколько сильна твоя магия, например. Так ты можешь это сделать? Или ты не настолько могущественна, как хочешь всем показать? Вообще-то, если честно, я сильно сомневаюсь, что тебе это удастся.
— Думаешь, я не догадалась, чего ты хочешь? — понизив голос, вкрадчиво осведомилась Дейрдре.
Брок мысленно приготовился к худшему. Он хорошо понимал, что в этой игре на кон была поставлена его жизнь.
— И чего же? — небрежно бросил он.
— Посмотреть, какая я на самом деле.
Брок был так удивлен, что мог только молча таращиться на нее. Ему не раз удавалось одурачить Дейрдре… и тем не менее Броку и в голову не могло прийти, что она с такой легкостью клюнет на голый крючок.
Дейрдре, шагнув к нему, потерлась о Брока своим гибким, как у змеи, телом. Да, она, бесспорно, могла показаться красивой, но исходившее от нее зло делало ее отвратительной. По телу Брока пробежала дрожь. Спохватившись, он тут же одернул себя, напомнив, что от исхода игры зависит его собственная жизнь.
Он уже одурачил ее — значит, сможет проделать это еще раз.
— Я никогда не брала тебя в свою постель. — Пальцы Дейрдре шаловливо пробежались по его обнаженной груди. — И как я проглядела тебя? Наверное, это было ошибкой.
— Вот как? И почему же ты не остановила свой выбор на мне?
Дейрдре небрежно передернула плечами. Черное одеяние слегка зашуршало, словно опавшие листья.
— Ну… у меня были виды на Куина.
— И до сих пор есть, верно?
Сдвинув брови, Дейрдре задумалась, потом нагнулась и на мгновение прижалась губами к плечу Брока.
— Я всегда получаю то, что хочу, запомни, Брок. Рано или поздно Маклауды будут принадлежать мне. Два раза им удалось ускользнуть от меня… но я отомщу.
— Значит, ты хочешь видеть их мертвыми у своих ног? — Ему был хорошо знаком этот взгляд. Дейрдре жаждала крови.
Острые, как у кошки, когти игриво царапнули его кожу.
— Я хочу увидеть, как они страдают — так же, как когда-то страдала я. Я возьму от них все, что они могут дать, — медленно, капля за каплей, — пока от них не останется одна лишь пустая оболочка. Потом я убью Лукана, за ним — Фэллона. А Куин… О, ему не о чем будет мечтать, потому что он станет моим. Моим навсегда.
Брок заглянул в ее белые глаза и содрогнулся от омерзения.
— А пока моя постель пуста, — вкрадчиво продолжала Дейрдре, — и в ней есть место для тебя. Все, что от тебя требуется, — это сказать несколько слов. И все твои мучения разом закончатся.
Брок невольно отшатнулся. Цепи негромко звякнули, удерживая его, и нить, ненадолго протянувшаяся между ним и Дейрдре, мгновенно оборвалась.
— Нет.
— Я ведь могу сделать так, что ты захочешь меня, — прошептала она. — В свое время я могла бы воспользоваться магией, чтобы зачать ребенка от Куина, но не стала этого делать. Зато я могу попробовать ее на тебе…
Липкие пальцы страха стиснули горло Брока. Что он наделал, дурак? Ведь он сам навел Дейрдре на эту мысль! Теперь она не оставит его в покое…
— Какой ты хочешь меня увидеть? Какие женщины возбуждают в тебе желание? Наверное, светловолосые, с голубыми глазами, да? Ты поэтому спросил, могу ли я изменить свою внешность?
Брок упорно молчал. Что бы он сейчас ни сказал, что бы ни сделал — все может быть использовано против него. Уж Дейрдре об этом позаботится.
— Только что ты болтал как заведенный, — кокетливо промурлыкала Дейрдре. — Что же с тобой случилось? Язык проглотил?
Стиснув зубы, Брок смотрел поверх ее головы. Он не станет отвечать. Не будет думать ни о чем. Дейрдре ничего из него не вытянет.
Дейрдре, привстав на цыпочки, прижалась губами к его уху.
— Стало быть, у тебя кто-то есть… Ничего, я узнаю, кто она. Ты ведь понимаешь, что я смогу это сделать. Так скажи мне сам. Поверь, так будет легче — и для нее, и для тебя самого.
Броку вспомнился Фелан и все остальные Воины, умершие в страшных мучениях по вине Дейрдре. Вспомнились все, кого ему пришлось убить по ее приказу… Друиды, которых он толпами приводил к ней.
— Когда я отыщу ее, то прикажу привести сюда, и ты будешь смотреть, как я выпотрошу ее у тебя на глазах. А потом я заставлю тебя поверить, что она — это я. Ты станешь моим рабом, Брок. Ты разделишь со мной постель и каждую ночь будешь доставлять мне наслаждение.
Брок с трудом проглотил застрявший в горле комок. Взгляд его упал на виррана, и ему вдруг мучительно захотелось разорвать его в клочья.
— Тебе не выиграть эту войну, Брок. Я заставлю тебя глотать кровь драу до тех пор, пока ты не станешь корчиться на полу, как червяк, извиваясь от боли. Никто не в состоянии это выдержать. И тогда ты расскажешь мне все.
Брок закрыл глаза. Он вспоминал бесчисленные битвы, которые выиграл, повинуясь приказу Дейрдре. Думал о боли, раздиравшей его тело. Думал о чем угодно — только не о той, которой навеки отдал свое сердце.
Глава 14
Соня проснулась внезапно, дрожа и клацая зубами, — к рассвету резко похолодало. Небо понемногу начало светлеть. Судя по всему, она проспала дольше, чем собиралась.
Соня села, поджав ноги и зябко обхватив себя за плечи. Заледеневшие за ночь руки болели, а еще она не чувствовала носа. От холода зубы щелкали так, что она боялась прикусить язык.
Губы потрескались до крови, когда она попыталась вонзить зубы в кусок замерзшего мяса. Соня, зашипев от боли, прижала ладонь ко рту. К утру стало так холодно, что вода в бурдюке подернулась тонкой пленкой льда. Пора отправляться в путь, решила она, иначе недолго и до смерти замерзнуть.
Собрав вещи, Соня затолкала их в сумку, которую снова повесила на плечо. Потом поднялась на ноги и внимательно оглядела гряду.
Она не заметила никакого движения. Казалось, все живое разом вымерло. Кругом не было ни души — ни людей, ни животных, ни вирранов.
— Сейчас или никогда, — прошептала Соня, стараясь задушить в себе сомнения прежде, чем они успеют пустить корни.
Она глубоко вдохнула, словно перед прыжком в ледяную воду, и осторожно выбралась из-за гребня, за которым пряталась всю ночь. И застыла, нисколько не сомневаясь, что сейчас к ней сбегутся вирраны.
К величайшему удивлению Сони, ничего не произошло. Судя по всему, ее появление осталось незамеченным. Убедившись, что все тихо, Соня направилась к двери в скале. За ночь подморозило, и ей пришлось цепляться за острые выступы, чтобы не упасть, поскользнувшись на тонкой корке льда.
