Он делал предложение. У Лючии не было времени и удивление, и она заставила себя посмотреть на него беспристрастно и попытаться решить, сможет ли она полюбить этого человека. В отношении его подбородка она была права, но у него были красивые глаза. Если она выйдет за него, он будет хорошо относиться к ней. Возможно, она сумеет убедить его разрешить ей время от времени видеться с матерью. Лючия не сомневалась, что его восхищение ею было искренним. Оно могло бы перерасти в любовь.
Это было не совсем то, на что она надеялась, но, может быть, наступило время смотреть на вещи с реалистичной, а не с романтической стороны? Она должна выйти замуж. Относительно ее положения она не питала иллюзий. До августа оставались три короткие недели. Если к этому времени у нее не будет жениха, сэр Йен выберет его сам. Откажись она выйти замуж, отец силой потащит ее к алтарю.
Несмотря на все это, ей надо было узнать одну вещь, прежде чем вообще рассматривать возможность брака с лордом Хеем. Лючия набрала в легкие воздуха, спрятала за спиной свободную руку и наудачу скрестила пальцы. И затем поцеловала его.
Этот поцелуй, увы, сказал все, что ей требовалось узнать. С реалистичным размышлением было покончено.
Глава 9
Это была всего лишь игра в шахматы, вероятно, в сотый раз напоминал себе сэр Йен. Глупо так мучиться из-за предположения, что мисс Валенти намеренно проиграла ему, расчетливо пытаясь завоевать его симпатию. Во время игры он думал, что она хороший игрок, хотя и слишком рискованный. А теперь размышлял, не играла ли она все время им самим.
Как унизительно сознавать, что его перехитрили! И кто? Эта загадочная темпераментная кокетка!
Еще более подавляла его мысль о том, что какой-то одурманенный поклонник учит ее играть в бильярд. Одно только предположение об этом отвлекало его от работы. В течение последних трех дней он оставлял мисс Валенти в надежных руках Грейс и герцогини Тремор и занимался международными делами, включая приготовления к государственному визиту принца Чезаре, но он не уделял им должного внимания. Он посещал приемы в Уайтхолле, обедал с итальянскими дипломатами и прусским послом, но все это время его мучили воображаемые картины, в которых лорд Хей или лорд Монтроуз показывали мисс Валенти, как держать бильярдный кий, берут ее за руку, касаются ее. Он знал, что они должны были думать, чувствовать, желать. О да, он, черт их побери, знал это слишком хорошо.
Он пытался заполнить каждый час работой, выполнением своих обязанностей, но в этот день Йен обнаружил, что у него свободный вечер. Как ему сообщили, испанский министр простудился. Обед с ним отменили, и Йен вернулся на Портмен-сквер довольно рано. Дома никого не было. Дилан, Грейс и мисс Валенти были на празднике на воде, который устраивали Треморы на Темзе.
Йен отдал слуге плащ и шляпу, а затем поднялся вверх в библиотеку и попытался заняться работой. У дипломата всегда скапливается масса корреспонденции, и Йен несколько часов старался разобраться с ней, но все не ладилось. Он не переставал бросать взгляды на бильярдный стол, стоявший в другом конце комнаты.
Единственным объяснением того, что она xoчет, чтобы он научил ее играть в бильярд, был его отказ, а также и то, что она была кокеткой, которая пользуется своим совершенным телом, чтобы мучить мужчин, черт знает зачем.
Йен заставил себя сосредоточиться на работе, но как только ему удалось направить свои мысли на содержание письма, которое он составлял, его отвлек голос той самой персоны, о которой он все эти дни пытался забыть.
– Вам никто не говорил, что вы слишком много работаете?
Он не поднял головы.
– Добрый вечер, мисс Валенти, – сказал он, продолжая писать. – Вам понравился праздник герцогини?
– Да, я люблю яхты.
– Рад это слышать. Дилан и Грейс вернулись вместе с вами?
– Да, но только завезли меня домой. – Она вошла в библиотеку и закрыла за собой дверь. – Они снова уехали куда-то в гости.
– А вы не пожелали отправиться с ними?
– Нет. Леди Сара была тоже приглашена, а я не люблю ее.
– Леди Сару часто приглашают. Даже если вы не желаете выходить замуж за лорда Блэра, вы не сможете вечно избегать его кузину.
– Я знаю. – Помолчав, она сказала: – Сегодня вместе с лордом Хеем приехали его сестры. Вы были правы, сэр Йен. Он хороший человек, очень приятный.
При упоминании Хея Йен перестал писать и сжал в руке перо.
– Отлично, – сказал он и попытался продолжить сочинение письма, но уже не помнил, на чем остановился.
Он вернулся к последнему параграфу.
– И следовательно, сэр Джерваз, – пробормотал он и снова принялся писать.
Конечно, ей потребовалось прийти сюда для того, чтобы снова сидеть на его столе. Это уже становилось у нее привычкой, приводящей его в смятение. Он не мог работать, вдыхая аромат цветов яблони.
– Мисс Валенти, – сказал он, не отрываясь от работы, – не могли бы вы слезть с моего стола? Мне надо сослаться на письмо, на котором вы сидите.
Она не откликнулась на его просьбу. А только приподняла бедро, как бы предлагая Йену вытащить из-под него нужную бумагу. Он взглянул на нее, ожидая очередного кокетства, но ошибся. Она смотрела мимо него куда-то вдаль, было очевидно, что ее мысли где-то далеко. Йен потянул к себе письмо сэра Джерваза из Анатолии, но как он ни старался не коснуться ее, тыльная сторона ладони задела ткань ее платья, и жаркая волна пробежала по его телу. Словно обжегшись, он выдернул письмо.
Шелест бумаги, казалось, привлек ее внимание.
– Что вы пишете? – спросила она. – Или это секрет.
Его работа казалась довольно безопасной темой.
– Я сочиняю письмо сэру Джервазу Хамфри. Это посол, которого отправили в Константинополь на мое место, чтобы я мог приехать сюда, и он мне сообщил, что турки вызывают у него беспокойство. Поскольку я ранее имел с ними дело, он просит моего совета.
– И какой же совет вы ему даете?
– Я пишу ему, что запугивание турок не помогает. Я предлагаю ему, как дипломату, попробовать что-нибудь еще.
– Что же?
– Дипломатию.
Она рассмеялась.
– Вы не любите сэра Джерваза, не правда ли?
– Нет. – Йен поставил подпись и потянулся за песочной присыпкой. – Он глуп.
Пока он складывал и запечатывал письмо, она молчала. Но когда он отложил его в сторону и собирался взять другой лист бумаги, она продолжила разговор:
– Не будьте к нему слишком строги. Он пытается сравниться с вами, а это трудно для любого человека.
– Глупости.
– Это не глупости. Ваш брат, я думаю, чувствует это, ибо он моложе вас. Вы – хороший сын. Он – повеса. Поэтому вы не всегда ладите.
Йен обмакнул перо.
