— Не вижу проблем. Держи Кидрейна, — мне в руки всучили ребёнка и, пока я не успела возмутиться, схватили ключи, лежащие на столе. — Я всё тебе принесу. Только расскажи, где что лежит.
После чего он спокойно ушёл, оставляя меня со своим сыном. А спустя час все сладости заняли своё место, и торговля пошла полным ходом.
Я попыталась поблагодарить Герарда, но он молча забрал Кида и отправился в сторону кукольного театра. Даже не обернулся. Вот как можно одновременно радовать и бесить?
Долго думать над этим времени не было. Народ стал прибывать, и всё больше семей доходили до нашего закоулка. Как я узнала у прохожих, через час должно было начаться представление, и все спешили занять места. Ну а по пути детишки уговаривали родителей заглянуть ко мне за леденцом или конфеткой.
Зря я думала, что на отшибе не будет торговли. Благодаря театру кукол, который расположился напротив ещё до обеда, я распродала большую половину вкусняшек. И теперь счастливая прикидывала, куда в первую очередь денежки потратить.
Возвращение Герда с Кидом я встретила благодушно. Кид тут же запросился на ручки и перекочевал ко мне. Его необычные глазки радостно блестели, притягивая взор. Вскоре я поймала себя на том, что просто гуляю с малышом по парку, рассказывая ему о деревьях и кустиках вместо того, чтобы продавать свои сладости. Встрепенулась.
Тут же развернулась и поспешила обратно. Гулянки, конечно, хорошо, но только после того, как дела все сделаны.
И каково же было моё удивление, когда я увидела пустой стол и довольного Герарда, стоящего за ним.
— А где… — всё, что я смогла выдавить из себя, но меня, к счастью, поняли.
— Всё распродано. Даже удивительно, как легко и быстро это получилось, — ответил Герд, подмигивая мимо проходящей женщине с леденцом в руках, отчего та вся покраснела и засмущалась.
Я тоже вспыхнула, правда, по другой причине. Это что он тут за разврат учинил, когда кругом дети? Видно, на лице у меня что-то такое отобразилось, что он тут же поспешил перевести тему.
— Раз уж продавать больше нечего, предлагаю отнести коробки и вернуться, чтобы отдохнуть на празднике.
Прозвучало очень заманчиво. В прошлые два раза мне не до развлечений было — я помогала Кирне и за всем следила из-за прилавка, не имея возможности отойти. А сегодня я уже и наставнице пообещала отдохнуть, и с ней сходить на танцы.
— Хорошо, только мне нужно будет зайти переодеться, — заявила я.
— Как прикажешь, хотя ты и так прекрасна, — сказал он мне, подходя ближе и протягивая руки. Невольно я снова покраснела и засмущалась, опуская взгляд. Я почему-то подумала, что мужчина сейчас прикоснётся ко мне или даже поцелует. Нет, конечно же, я против, так и скажу ему. Потом.
А вместо этого он просто забрал своего сына из моих рук и определил его к себе. А потом ещё и сказал, что я слишком красная и, возможно, заболела. Хам!
В итоге шла позади них и придумывала различные кары на голову этого бесящего мужчины. Вот как у него получается так мастерски выводить меня из равновесия? Я думала, что после всего, что было, я научилась не реагировать на других людей и их мнения.
Зато путь показался быстрым. Вроде только в парке была, а уже стою дома перед шкафом и любуюсь на своё единственное парадное платье. Жёлтый пышный сарафан превращал мои рыжие волосы в пламя и выгодно подчёркивал талию и грудь. Надевала я его всего один раз, но зато все в деревне были сражены наповал. Больше никто не смеялся над моими веснушками и не называл грязнулей. А потом пришлось переезжать, и платье я прихватила с собой на всякий случай.
И вот спустя два года случай подвернулся. Правда, когда я его надела, оказалось, что я чуток поправилась в районе груди, и теперь я смотрела на себя и свою слишком открытую грудь в зеркало и стеснялась выйти из спальни. Пришлось распускать волосы, которые волнами рассыпались по спине. Перекинула пару локонов вперед, но особо это не помогло. Кажется, ещё более вызывающе стало. А других платьев нет.
Выходила как на эшафот, гордо задрав голову. Я приказав себе не показывать виду, что мне некомфортно. И первым, на что наткнулась, оказалась игрушка, валяющаяся под ногами. Так что эффектного появления не получилось. Хорошо, что на ногах удержалась. Но, судя по смешку сбоку, свидетели сего позора у меня были.
Правда, стоило к нему развернуться, как смех тут же пропал. А стоило поднять глаза, как наткнулась на внимательный взгляд, блуждающий по моему лицу. А потом его глаза спустились ниже, да там и замерли. Ну точно извращенец. Как представила, что не только он так будет замирать, тут же вся показная смелость улетучилась, и захотелось переодеться. Ну или на худой конец прикрыться.
— Это что? — хриплым голосом спросил Герард, продолжая смотреть чуть ниже лица.
— Вроде взрослый мужчина, а не знаете, что у женщины грудь есть? — съехидничала я. На нервах я такая язва становлюсь, ага.
— Майя, как грудь выглядит, я знаю. Но вообще-то я спрашиваю про пятно на правой ключице. Это же родимое пятно, я правильно понимаю? — голос у него чуть дрогнул.
— Ну да, — ответила ему, сгорая от стыда. Вот стоило мне про грудь эту говорить? Теперь озабоченной посчитает или вульгарной. — А что такое?
