"Это плохо, Марго. Это очень плохо. Где вы?" - спросил Юлиан.
Голод все сильнее требовал внимания. Я себя чувствовала отвратительно, голова кружилась, и не имела ни малейшего представления, где нахожусь. Лео сидел возле меня, очень встревоженный. Его синяя рубашка и джинсы были измазаны в крови Роберта. Верхние две пуговицы расстегнуты и открывали прекрасную шею. Меня снова начало лихорадить и я была готова завыть, оттого, что не могу прикоснуться к Лео так, как мне этого хотелось. Цвет его глаз стал темнеть и переливаться, меняясь от голубого к синему и полностью застилая радужку. Лео чувствовал мой голод, мое желание и его тело откликнулось. Я подалась к нему, а он от меня, неуклюже падая на задницу.
"Марго. Ты слышишь меня? Только держи себя в руках. Ты мне обещала это" - слова Юлиана смутили меня, и я притормозила. Он ведь говорил о чем-то важном...
- Марго, пожалуйста, прекрати, - жалобно заговорил Лео. - Я не смогу удержаться.
"Марго, не вздумай кормиться от Лео. Ты слышишь меня?"
Я прекрасно слышала Юлиана и, кажется, даже сказала ему об этом. Все было как в тумане. Я видела перед собой только Лео, и думала лишь о его превосходном теле, о его теплой крови. Кормиться от вампира это совсем не то, что кормиться от человека. Кровь вампира не питает тело так, как любая другая кровь живого существа, но она несет в себе больше энергии и силы. Она возбуждает и дарит много приятных ощущений.
Глаза Лео, как два сапфира, сверкнули в темноте. Он попытался отползти от меня, но я схватила его за штанину и потянула на себя.
- Марго... - испуганно выдохнул Лео.
Я поползла вдоль его тела и уткнулась носов в набухший пах. Как кошка потерлась лицом об этот тугой бугорок, вдыхая запах засохшей на ткани крови, запах его сладкого возбуждения... Лео задрожал подо мной, а из горла вылетел хриплых стон. Его сердце запрыгало быстрее, дыхание участилось. Мой голод метался от жажды крови, до жажды секса, сливаясь в единый голод. И я поползла выше, царапая нос пуговицами рубашки. Лео запустил пальцы мне в волосы, заставив затрепетать от этого простого, но такого приятного прикосновения...
На общем языке
Вдруг Лео напрягся, а я замерла, почувствовав рядом с нами других вампиров. Чья-то рука обхватила меня за талию и рывком оторвала от Лео. Я подлетела вверх и, врезавшись спиной в стену, оказалась прижатой к ней здоровенным незнакомым вампиром. Этот бык сковал своей большой ладонью мои запястья, подняв их вверх, а другая его рука сдавила мне живот, пригвоздив тело к стене. Сопротивляться было бесполезно. Я зашипела на него и попыталась вонзить зубы в открытую шею. Он быстро отвел голову назад, а я только клацнула зубами, давясь слюной.
- Эй, полегче, - сказал бык. - Иначе мне придется проявить большую жесткость.
Поверх его плеча я увидела знакомое лицо. От серых глаз по телу пробежал неприятный холодок - Серафим смотрел на меня ничего не выражающим взглядом.
- Ты просто сплошной комок неприятностей, - размеренно произнес он.
Я не могла сказать ни слова, и думала только о том, как бы дотянуться до вампира, чья шея была у меня перед носом, и чей запах крови сводил с ума. Он пододвинулся ко мне поближе, и я снова попыталась вцепиться в него зубами, но вампир дернулся назад - зубы снова прошлись мимо плоти. Вампир весело засмеялся:
- У-у-у, какая голодная.
- Глеб, перестань дразнить ее, - услышала я Серафима. - Отведи Марго в машину и передай Яну, пусть покормит.
- Слышала? - спросил у меня это Глеб. - Будешь себя хорошо вести, станешь сытой и довольной. Так ты будешь себя хорошо вести?
- У меня есть выбор? - прохрипела я.
- Нет, - ответил вместо Глеба Серафим.
Глеб оторвал меня от стены, завел руки за спину, и словно заключенную повел к дороге. Я не обращала внимания на его грубость по той простой причине, что мне было не до этого. Контролировать свое чувство голода иногда ужасно тяжело.
Мы вышли на дорогу, где была припаркована машина, точнее черный лимузин. Глеб открыл заднюю дверь и впихнул меня внутрь:
- На, держи, это тебе - сказал кому-то Глеб. - Серафим просил покормить ее.
Я споткнулась об порог и растянулась в проходе, сразу же задохнулась от букета запахов, висящих в воздухе. По обе стороны от меня были кожаные сиденья, и справа сидел мужчина, от которого и исходили самые сильные запахи: одеколона, горячей плоти, сладкой крови и волка. Сзади меня закрылась дверь, забирая за собой полоску света. Вслед за запахами на меня обрушился поток ненависти, заполняя небольшое пространство салона. Я подняла глаза и встретила холодный взгляд хищника. Мужчина был широкоплечий как спортсмен, и всем своим видом излучал опасность. Тем не менее, было в нем еще что-то привлекательное, и как женщина я не могла не отметить это даже в таком состоянии.
Он закатал рукава белой рубашки и протянул запястье, с отвращением глядя на меня. Я поежилась - хоть и была безумно голодна и нуждалась в крови, но его отвращение было ужасно неприятно, и не хотелось перед ним проявлять свою слабость. Я попятилась, залезла с ногами на сиденье и вжалась в угол рядом с дверью, нащупывая ручку. На его лице появилось неприкрытое удивление.
- В чем дело? - спросил он хрипловатым, почти рычащим голосом. - Тебя что-то не устраивает?
Когда он говорил, во рту виднелись острые клыки. Чувствуя себя запертой в клетке с тигром, мне вдруг стало очень тесно с ним в этой машине. Наконец я нащупала ручку двери. Только дернуть за нее не успела, так как дверь открылась сама, и проход заполнил Серафим, залезая в салон лимузина. Он сел рядом с мужчиной, напротив меня. Серые глаза, по-прежнему пустые и спокойные, казалось, пронизывали насквозь своим холодом.
Я дернулась к двери, но Серафим подставил руку, преградив мне дорогу.
- Отпусти, - попросила я, с трудом узнавая свой голос.
Злость и страх во мне сменяли друг друга каждую секунду. Я дернула за ручку, открывая дверь, но Серафим тут же закрыл ее обратно:
- Марго, успокойся и сядь на место.
- Серафим, пожалуйста, отпусти...
Я хотела дотронуться до его руки, но Серафим резко отдернул ее. Воспользовавшись моментом, я дернула ручку и высунулась на улицу. Но этот грозный оборотень схватили меня и затащили обратно. Спина прижалась к горячему телу, а грубая рука сдавила талию. Другая его рука попыталась обхватить горло, но я резко мотнула головой и вцепилась зубами в запястье - одно из самых аппетитных мест на теле. Над моим ухом прозвучало грозное рычание. Я замерла и вся сжалась, не успев сделать и глотка, приготовившись к самому худшему. Его острые клыки вонзились в горло, отчего я вскрикнула, все еще сжимая зубы на запястье. Из раны в рот мне потекла кровь, только я не могла ни проглотить ее, ни оторваться от руки. И от сладкого привкуса все тело свело от жажды. Оборотень рычал и крепко держал меня в зубах, как и я его в своих. Разница была лишь в том, что я хотела пить, а он жрать.
