— Ты говоришь со смешками, но для тебя это еще одно личное дело — я вижу.
— Без малейших сомнений — это дело личное — подтвердил Люц — Я и Пенни… не то чтобы постоянно, но порой мы встречались и проводили долгие вечера и ночи в беседах у пылающих в степях костров. Нам было о чем поговорить.
— Только поговорить?
— Я не любитель обсуждать такое.
— Но вы?
— Да — вздохнул игрок — Мы встречались.
— Ты — и богиня. Вы с ней…
— Кошка!
— Да-а-а-а… ты точно птица высокого полета. А чем тебе не угодили фигуристые пастушки в сползающих с пышной груди блузках? Или там крепкие улыбчивые торговки рыбой на главном рынке Акальроума… или…
— Причем тут статус? Я знать не знал кто она такая. Просто вышла к моему костру. К моему первому придорожному ночному костру Вальдиры. Я угостил ее налитой из бурдюка рюмкой вина… она забрала весь бурдюк и вылакала половину прежде, чем я успел отнять. Да уж…
— Понимаю. И приношу свои соболезнования, Люц. Ты не унывай!
— Короли не унывают.
— Так ее гибель произошла незадолго до того, как по вам ударил дракон?
— Незадолго — кивнул Люц — Поэтому я и не успел свершить месть до конца. Но начатое дело я закончу.
— А ты не думал, что не заметил угрозу Жизнеслава… о! Я впервые произнесла это имя… аж мурашки… ты не думал, что не заметил угрозу Жизнеслава, потому что был слишком занят поиском виновных?
— И это тоже — вздохнул игрок — В те дни я взвалил на себя слишком много. Моя гордость и спесь не позволяли мне отказываться даже от самых сложных заказов… я тонул в деньгах и славе… и в конце концов захлебнулся, утащив с собой на дно и остальных…
— Так! Хватит! А то опять начнется нытье про отказ взваливать на себе ответственность! Ты порой звучишь как мой унылый трусливый бывший…
— НЕ ПОНЯЛ?!
— А богиню твою жалко!
С шумом выдохнув, Люц кивнул:
— Жалко. И даже больно. Но я лишь хотел пояснить про разный тоннаж богов.
— Тоннаж?
— Ну раз мы в океане — то тоннаж — рассмеялся Люц — Ну или можешь назвать это калибром. Боги разные. Есть настолько сильные, что к ним проще и не соваться. А есть те, кто сам по себе не слишком силен или умен, но окружен огромной многоуровневой армией ярых фанатичных последователей. Самый яркий пример — Ивава.
— Культ Ивавы. Сегодня я узнала о нем много нового…
— Возможно на текущий момент это сильнейший божественный культ мира Вальдиры. Ивава настолько напитана энергией, что при желании мановением руки может гору снести… но не хочет. Она вообще ничего не хочет — всегда сонная любительница подслащенного медом березового сока с мятой. Она пьет его литрами — даже во сне. Ивава — это прекрасная крепчайшая раковина. А Жизнеслав угнездился в этой раковине, став незаменимым для светлой богини… Этот тандем несокрушим.
— Ты говорил, что Жизнеслав прямо читерский бог…
— Более чем! А о его навыках я даже не знаю ничего толком. Он умело скрывает вообще все о себе, причем он из тех редчайших божеств, чьи способности меняются в зависимости от его текущей ипостаси.
— Вот тут я пока совсем не подкована…
— В ипостаси дракона Жизнеслав способен летать и выдыхать огонь, например — пояснил полуорк и приложился к бокалу с вином.
— А в ипостаси человека способен набрать номер и нанять беспринципных ребяток, за деньги готовых заблокировать двери, полить бензином и чиркнуть спичкой? Те еще божественные способности…
Подавившись глотком, Люц судорожно закашлялся. Он не знал, что кашлял не он один — буквально в паре метров над ним бился в беззвучном кашле золотокрылый ангел, что совсем не по-ангельски выпучил глаза и размазывал слюну по налившемуся кровью лицу. Тефнут вздохнула и похлопала трясущегося Люца по широченной спине. Не успела закончить, как справа от нее возник ангел с выпученными глазами, заведший руку назад и судорожно тычущий пальцами себе в спину.
— По… поххлопай… — просипел ангел.
— Ой! — подпрыгнула девушка.
— Не придуривайся! — рявкнул Люц, замахиваясь на ангела.
Тот даже не шелохнулся, укоризненно глядя на бессердечного полуорка. Потом, переведя взгляд на Тефнут, ангел широко улыбнулся:
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Просто хочу уточнить — мы совсем не были теми конченными придурками, какими он нас описал! Он врет! И насчет мести привирает — я лично помогал ему вершить правосудие. Как мы гоняли по малиннику того наглого тихушника с отравленными кинжалами… ох он и верещал… ну да мне пора! Дослушать, к сожалению, не смогу…
С этими словами Бессмертный растаял в ночном воздухе. После него на бревнах осталась изящная корзинка полная чуть светящегося зефира и рулончиков яблочной пастилы.
Поглядев на корзинку, Люц пододвинул ее к Тефнут:
— Это тебе оставлено.
— Выглядит вкусно…
— А стоит еще дороже.
— Сколько именно? Озвучьте в золотом эквиваленте пожалуйста… — в ставшем сахарным голоске Тефнут зазвучал звон монет.
— Не знаю. Но вряд ли эта корзинка будет стоить дешевле пары сотен золотых монет.
— Ясно — кивнула девушка и корзинка исчезла в ее рюкзаке.
— Дай зефирку!
— Завтра куплю на лотке грошовых сладостей и дам…
— Эй!
— Ты говорил про читерское божество…
— Жизнеслав… он хорош буквально во всем! Он на голову выше всех остальных божеств — и это видно хотя бы потому, что он предпочел остаться в тени. Бог прячущийся в тени другого бога!
— А ты уверен, что он все же бог?
— Он не может быть никем иным… хотя вокруг него всегда клубится темное и мутное облако мрачной тайны. А тех, кто пытается заглянуть в это облако сжигает пламя ревниво оберегающего свои тайны дракона. Он защищает Иваву от любых угроз. Не так давно случилась одна темная история, ударившая по некоторым богам и зацепившая еще нескольких. Два бога вообще просто-напросто исчезли… В той истории ни разу не упоминалось имя самого Жизнеслава, но вся эта коварная затея была направлена против слишком уж ставшей сильной Ивавы с ее растущим как на дрожжах культом. Там был настоящий заговор и в нем участвовало немало богов. Я знаю имена только четверых. Двое из них — те самые исчезнувшие божества. Еще двое живут и поныне.
— Кто эти живущие? — поинтересовалась Тефнут, вычерчивая в своем журнале овалы и вписывая в них имена.
— Снесс и Снесса — бог и богиня.
— Знаю! Они полузмеи-полулюди. Снесса говорят прекрасна — во всяком случае от макушки до пояса. Про нее говорят, что у нее хвост змеи, но сердце и голова человека. А ее братец наоборот — змея змеей, но ногастая. И он куда темнее своей сестры. Снесс всегда готов покровительствовать самым темным личностям — ворам и убийцам. Еще его называют божеством злых проказ.
— Они не люди. И они не змеи — поправил ее Люц — Только выглядят так.
— Да это же мелочи! Чего цепляешься?
— У богов мелочей не бывает, кошка. Но да — выглядят они именно так, как ты описал. В основных своих ипостасях. Именно так они обычно предстают перед паствой в своих храмах — а вот перед простыми смертными они выглядят обычными анонимными фигурами в плащах с капюшонами. Но так делает большинство богов.
— Два бога пропали. Кто?
— Светлые божества Аггорнит Стойкий и Влэксис Правый — без запинки ответил Люц — Мелкие, но неспешно набирающие популярность божества. Первый покровительствовал одной из ветвей паладинов, а второй выказывал интерес к хилерам, своими благословениями усиливая их магию.
— Записала. Поищу о них информацию. Пошлю с пеликаном платный письменный запрос в одну из больших библиотеках на предмет существования книг по этим богам…
— Стоп! — прервавший ее полуорк повернулся к девушке, крепко схватил за плечи и встряхнул — Не вздумай! Пообещай, что не сделаешь этой глупости, кошка!
— Да почему?
— Жизнеслав — глухо ответил Люц, медленно разжимая пальцы — Он умен. И у него везде свои глаза и уши. Найдутся они и в библиотеках. Если он причастен к исчезновению двух богов из тех, кто строил неудавшийся заговор против Ивавы, то он обязательно держит руку на пульсе событий. Он отслеживает любой проявленный конкретный интерес. И как только ты пошлешь письменный запрос с указанием имен тех самых богов…
