должно быть правдой. Выберете факты, что вызовут желанную реакцию, найдите подход, подготовьте аргументы.
Как это сделать? Урмас Отт в книге «Телевизионное знакомство» рассказывает, как долго и тяжело искал телефон Людмилы Гурченко, мечтая записать с ней интервью. Дело было в «доинтернетную» эпоху и даже такого уровня звезд приходилось «искать с собаками»: собирать информацию в газетах по крупицам, расспрашивать знакомых кинозвезды, ее друзей и врагов (и те, и другие, кстати, одинаково полезны при подготовке к интервью), чтобы узнать все, что только возможно, и немного больше.
Однажды, когда тележурналист был готов, он приехал в Останкино, чтобы пригласить будущую собеседницу в свою программу. И тут произошло неожиданное: звезда ему отказала. Он рвал и метал. Уверял себя, что больше никогда и ни за что… А спустя время ему выпал еще один шанс. И он понял, что нужно сменить тактику. И на этот раз он говорил в бешеном темпе, лишь бы лишить ее возможности привести встречные аргументы и, чего доброго, снова ему отказать. Его напор произвел впечатление. Приглашение было принято, и Людмила Гурченко открыла цикл культовых интервью восьмидесятых «Телевизионное знакомство».
Это была программа о звездах «без галстука». До Урмаса Отта таких проектов не было. Никто не осмелился бы спросить звезд о том, что тогда обсуждалось лишь на кухнях: об алкоголизме, разводах, деньгах, романах, вере в Бога. У каждого времени, видимо, есть свой Дудь.
Интересно, что он всегда сам уговаривал звезд прийти в его программу. И знал, как этого добиться. Готовился. Основательно. Подробности жизни, детали, скандалы, интриги, факты – тщательность его подготовки поражала всех: и телезрителей, и его собеседников. Последние побаивались, но все равно приходили.
Еще пример. Игорь Фесуненко – журналист-международник. Одно время он работал российским корреспондентом в Бразилии. В книге «Глубина резкости» он рассказывает полудетективную историю, как уже полтора года жил на родине короля футбола Пеле, но никак не мог добиться интервью с ним. Обивал пороги, опрашивал всех, кто знал домашний телефон или адрес звезды, искал информацию по любым зацепкам в «Сантосе», футбольном клубе, где играл Пеле. Даже каким-то образом попал к нему домой и познакомился с женой. Журналист знал о кумире миллионов даже то, чего никогда не упоминалось в сводках официальной статистики игр, то, что оставалось за кадром. Например, как в самом первом матче в составе «Сантоса» Пеле забил 4 гола! О них нигде не говорилось. Но Фесуненко о них знал. И более того, с этого вопроса он и начал свое интервью, когда ему выпал тот самый единственный шанс. Вопросом об этой первой, никому не известной игре, он и зацепил короля футбола.
Добиться интервью с единственным на земле трижды чемпионом мира – это успех, а зацепить и удержать его внимание – двойная победа.
Но и здесь есть свои подводные камни, о которых стоит упомянуть. Будьте готовы к тому, что на вас может навалиться страх или вас начнет душить комплекс самозванца. Вы можете вдруг испугаться барьера в общении. Или у вас может так сильно забиться сердце от волнения, что вы перестанете слышать собеседника. Тут может быть только один совет: включиться и победить самого себя.
Зацепите собеседника тем, что вас интересует, тем, что для вас важно. Узнайте о нем как можно больше, прежде чем набрать его номер.
Есть такой мультфильм «Лови волну», и вот одна из цитат оттуда: «Как пошла первая волна, тут вам и первый серфинг. Дел-то всего ничего: нашел деревяшку или льдину, сел и начал кататься, но кто попробовал один раз – подсел навсегда!» С выступлениями и коммуникациями похожая история. Подсаживаешься. Слова, метафоры, аналогии, истории, вопросы – хватаешь все, что попадает под руку, и несешься. И уже не можешь остановиться. Ведь время и течение ждать не будут. Вы почувствуете себя гораздо более подготовленным, если войдете в роль серфингиста, а направление движения вам подскажут волны (аудитория, ее настрой, атмосфера события).
Но как понять, когда покорять волну, а когда лучше ее переждать? Слушайте себя, и вы легко в этом разберетесь, угадаете момент. Это можно только почувствовать. Если поймете: вот моя льдина, прыгну – и пусть несет по волнам… прыгайте! Будет уверенность, драйв, и все пройдет идеально. Но внутри непременно должно щелкнуть: сейчас!
Расскажу историю из моей репортерской практики, где мне пригодился навык представления себя, знание собеседника и ощущение момента.
Это было 1 августа 1999 года. Задание редакции: записать интервью с Русланом Аушевым. Срочно, прямо сейчас. Тема: укрупнение территорий и возможное объединение Чечни и Ингушетии. Аушев в Сочи. Отдыхает. Надо созвониться, договориться и ехать снимать. Все поняла. Собралась звонить, но прежде нужно было немного настроиться, поймать свой «дзен». Аушев ведь. Красавец-герой: усы, глаза, харизма, ордена, погоны, лампасы. Я знала о нем достаточно. Вдохнула. Выдохнула. Еще раз вдохнула. Все. Звоню. Уже звоню.
Гудок, еще один. Еще. Сердце колотится так, что его, наверное, слышно в трубке. И вдруг он берет трубку. Сам. Представляюсь коротко: Тамара Карташева, телекомпания НТВ. Объясняю задачу. Слушает. Внимательно. И вдруг вежливо и как-то до обидного безмятежно говорит: «Нет. Сегодня никак. Но завтра – да, завтра давайте запишем. Звоните утром. В десять».
Чувствую, что настаивать не могу. Завтра – это, конечно, хуже, чем сегодня, но все-таки лучше, чем никогда. Прощаемся. Звоню в редакцию, все объясняю. Да, обещал. Да, говорила с ним лично. Да, завтра запишем.
И вот снова утро. 10:00. Звоню. Листок бумаги, ручка – все под рукой (чтобы записать куда ехать). Отвечает. Называю себя. Напоминаю о разговоре. Спокойно. Чего волноваться? Вчера все решили. И вдруг слышу то, к чему оказываюсь не готова. Вот абсолютно! Никак! Совсем!
Первый президент Ингушетии, легенда, красавец, генерал, вдруг говорит, что сегодня, мол, тоже нет. Сегодня ему хочется в море, на катере (хотелось бы мне увидеть тех, кому этого не хочется в августе в Сочи). И что уже запущены моторы, и он, конечно, не против интервью, но, может, завтра?
Завтра?! Как завтра?! И как я это новое «завтра» сегодня объясню в редакции? Там второй день ждут. Все это несется в моей голове
