– Все ее вечеринки носят деловой характер, дорогая. Где лучше всего определить потенциального клиента в родном Аспене? – Это был вопрос, на который Энджи сама знала ответ, и поэтому продолжила: – Мужчины обделывают свои дела и расширяют клиентуру, играя в гольф или теннис или же катаясь на лыжах. Сондра делает это, устраивая приемы. Конечно, все не так просто, как кажется. – Она обвела зал взглядом. – Это очень узкий круг людей, туда не каждому открыт доступ.
– Но как это удается Сондре? – удивилась Кит, почувствовав любопытство к этой особе.
– Прежде всего, она не одержима желанием взобраться на самую верхушку социальной лестницы. Странно, но для нее важна не цель, а средство. К тому же она начала с самого малого, и за это многие ее уважают и даже восхищаются ею. – Она умолкла и отпила глоток шампанского. – Меня удивляет, что ты ничего о ней не слышала. Она своего рода знаменитость в Аспене.
– Не забывай, что после окончания колледжа я почти не бывала дома, – напомнила ей Кит. – А срок немалый – двенадцать лет. Основную информацию я получала от отца, но ты же его знала: все, что не касалось его ранчо, охоты, его друзей или собутыльников, – для него практически не существовало.
– Охотно верю, – понимающе кивнула Энджи. – Во всяком случае, первыми клиентами или, вернее, первыми важными клиентами Сондры стали Клод Миллер и его жена. Они из денверских Миллеров. Когда они прилетели из Денвера для окончательного подписания контракта, она самолично встретила их на санях в аэропорту, а затем заехала за ними в отель и отвезла на прогулку в лес. Узнав, что Клод поклонник французской кухни, она договорилась с местным рестораном о доставке блюд. Короче, она устроила настоящий пикник в зимнем лесу.
Легкий снежок, могучие ели и сосны, костер, белоснежная скатерть, фарфор и хрусталь на столе – сама атмосфера не могла не очаровать клиентов. Все это происходило под цветным тентом. Для торжественного момента подписания был припасен ящик с шампанским. Более того, Сондра уговорила местного меховщика дать ей напрокат четыре шубы и норковый полог для саней. На это, видно, ушли все ее комиссионные, но игра стоила свеч. Миллеры не переставали рассказывать об этом пикнике, да и о Сондре тоже. Не прошло и нескольких недель, как на нее обрушился шквал телефонных звонков – звонили все ее друзья и деловые партнеры. Когда же Клод купил жене в качестве рождественского подарка меховое манто, в которое обрядила ее на пикнике Сондра, меховщики начали наперебой предлагать ей свои услуги. Что говорить, дела круто пошли в гору.
Но Сондра была умна и не каждому клиенту оказывала такие царские почести, а только людям очень известным. И каждый раз учитывала вкусы и характер. Завтраки в картинных галереях, доставка клиента к месту пикников на воздушном шаре, шашлыки по-техасски, жареная форель прямо на берегу реки и так далее, – Энджи выразительно махнула рукой. – Шесть лет назад она начала устраивать обеды для узкого круга. В целях более близкого знакомства обычно приглашалось не более десяти-двенадцати человек. Попасть на них было большой удачей, и все старались не упустить случая. – Энджи снова подняла бокал. – У нее была гениально разработанная стратегия.
– Пожалуй, – согласилась Кит.
– Сейчас она устраивает два-три больших приема в год и почти не дает обедов для узкого круга. Интересно, сколько денег она заработала за это время, особенно за последние несколько лет, когда цены на недвижимость взлетели до космических высот?
– Должно быть, много. – Разговор о деньгах вызвал в памяти собственные денежные проблемы – счета за лекарства и лечение матери, – все то, что Кит предпочла бы забыть на этот вечер.
– Скажи, – вдруг пристально посмотрела на нее Энджи, – какие у тебя сейчас отношения с Бенноном? Кажется, он ведет все юридические дела твоего покойного отца.
– И присматривает за моим ранчо, – добавила Кит. – И весьма успешно. Время сделало свое дело, старые обиды забыты.
Она не способна была таить обиду, это было не в ее характере. Кит все уже забыла, лишь изредка что-то напоминало о себе легкой тоской. Но она привыкла жить с этим.
– Не сомневаюсь. – Энджи пожала плечами и, вдруг заметив кого-то в толпе, торопливо сказала: – Марк машет мне, кажется, пора садиться за стол, каждому на свое место. – Повернувшись к Кит, она сжала ее пальцы. – Как долго ты будешь в Аспене?
– Столько, сколько понадобится, чтобы начать и закончить съемки.
– Прекрасно. Я позвоню тебе, и мы условимся о встрече, позавтракаем где-нибудь.
– Отлично.
Энджи чуть сильнее сжала ее руку.
– Мы давно не говорили по душам.
– Очень давно, – согласилась Кит и кивнула.
– До встречи, я позвоню. – Энджи исчезла в толпе.
Кит проводила ее долгим взглядом.
– Ты по-прежнему голодна, Кит? – спросил ее подошедший Джон.
– Ты шутишь? Я умираю от голода! – улыбнулась она и взяла его под руку. И вновь испытала странное волнение от его близости.
8
После артишоков, фаршированных креветками, утки с перцем и персиками из Джорджии и классического крем-брюле столы были убраны, и вместо орхидей и астр в серебряных вазах на них появились свечи в хрустальных подсвечниках. Приглушенный свет создавал более интимную атмосферу, послышались звуки музыки. Беннон, стоявший у стены, видел, как на паркет вышли первые пары. Сондра рядом с ним сделала легкое неопределенное движение, чем привлекла его внимание.
– Хочешь что-нибудь выпить? – спросил он, глядя на ее профиль и вдыхая острый своеобразный аромат ее духов.
Оторвав взгляд от толпы, которую внимательно разглядывала, Сондра повернулась к нему, и ее строгие губы тронула улыбка.
– Возможно, потом. Чудесный ужин, не правда ли? Хорошо, что на сей раз утка заменила надоевших кур. Она была отлично приготовлена.
– Да, неплохо, – согласился Старый Том. – Только порции скуповаты для того, чтобы накормить настоящего мужчину.
Сондра бросила многозначительный взгляд на солидное брюшко старого Беннона, перетянутое широким кушаком.
– По-моему, Том, вашему желудку жаловаться грех. Я бы сказала, вы чуточку переели.
Старик невольно расправил плечи и подтянул живот.
– Что ты понимаешь в этом? Вес у меня такой же, какой был сорок лет назад.
– Только распределился он теперь несколько иначе, не так ли, отец? – не выдержал Беннон и тоже поддел старика.
– Я тоже это заметила, – пробормотала Сондра и поймала на себе недовольный взгляд Тома.
Она знала, что он недолюбливает ее, как недолюбливал когда-то ее сестру. Но это мало беспокоило Сондру, не испытывающую особых симпатий к Старому Тому. В последнее время, однако, она старалась скрывать это от Беннона.
