Читаем без скачивания В омут с головой - Михаил Март

— Ладно, верю. Куда нам, лаптем щи хлебаем.

— Не обижайся, Кирюша, твои романы ребята запоем читают. Отлично пишешь, не оторвешься. И ситуации у тебя нестандартные, и сюжетные ходы неожиданные. Но жизнь остается жизнью. — Васильчиков похлопал друга по плечу. — Мне пора. Если что, звони. — Полковник снисходительно улыбнулся и ушел.

Телефонный звонок разбудил Зимина в девять утра. Страсть как не хотелось отвечать. Не дай Бог, звонят с работы, а у него в запасе еще две недели отпуска. Пробурчав себе что-то под нос, он снял трубку.

— Зимин слушает.

— Кирилл Юрьевич, доброе утро. Это секретарь Арона Ильича Венгерова. Вы вчера заходили утром, но не застали его. Я передала ему ваш отчет, он с ним ознакомился и хочет с вами поговорить.

— О чем? В отчете все ясно сказано, мне добавить нечего.

— Вы извините, я не в курсе ваших дел. Он попросил позвонить вам и передать, что ждет в пять вечера в своем кабинете.

— Ладно, приду. — Положив трубку, Зимин потянулся. — Зараза, весь сон сломала. Теперь не усну.

Покрутившись с боку на бок, он встал, принял душ, выпил кофе и отправился по делам.

Главное управление северо-восточного округа по природным ресурсам находилось в центре города. Загадочное название предприятия ни о чем не говорило. Было слишком расплывчато.

Зимин, не раздумывая, направился в отдел кадров. Здесь он назывался управлением по кадрам и договорным обязательствам. Еще одна загадка. Впрочем, сейчас удивляться ничему не приходится. Раньше существовали ремесленные училища, затем ПТУ, а нынче все они стали академиями. Русский народ страдает манией величия. Имел ты лоток, торгующий газетами на вокзальной площади, и радовался. Приобрел киоск — стал генеральным директором, а продавец превратился в коммерческого директора или менеджера по маркетингу.

Кадровики встретили его с безразличием. Шесть столов, шесть женщин, шесть компьютеров. Понятное дело, не Ален Делон явился. Тут в ход пошло удостоверение, где под именем и фамилией стояла должность: «Помощник губернатора по юридическим вопросам».

— Что вас интересует? — спросила полная дама с парой лишних слоев косметики на лице.

— Я выполняю поручение вашего бывшего шефа и моего нынешнего, а также хозяина территории, равной семи территориям Франции. Пора бы его величать президентом тайги.

Шутка не возымела должного действия, дама осталась холодной как лед.

— Что-то конкретное?

— Около десяти лет назад по разным обстоятельствам погибло несколько сотрудников вашего управления. Все они входили в состав геолого-разведывательной экспедиции. В то время наш губернатор руководил этим управлением. Но он не помнит имен и фамилий погибших. Давно это было. Сейчас он решил увековечить их память и поставить в новом парке мемориальную плиту с их именами.

— Я здесь работаю не так давно и по памяти ничего не найду. Если человек умирает, то в его карточке не пишется причина смерти, а заносится стандартная запись: «Выбыл по причине смерти». Учитывая размер нашего штата, дочерних предприятий и НИИ, мы с вами никого не найдем. У нас тысячи сотрудников, и умирают они каждый год не по одному человеку.

— Кажется, я знаю, о чем идет речь.

Зимин оглянулся. За одним из столов сидела пожилая женщина в очках-линзах с сильно затянутым на затылке клочком жиденьких седых волос.

— Вы поняли, о ком я говорю? — спросил он.

— Поняла, потому что руководитель той экспедиции был моим соседом по дачному участку. Тогда в управлении дали тридцать земельных участков и их разыгрывали в лотерее. Мне и Андрею Ольшанскому достались соседние.

Фамилия Ольшанский Зимина насторожила.

— Понимаю. Что вам известно о его экспедиции?

— Ничего. Список состава экспедиции я составить смогу, это нетрудно. Но подробностей здесь никто не знает.

— А ваш сосед?

— Он погиб первым. В тайге. Там его и похоронили. Жена очень переживала. Требовала, чтобы тело перевезли сюда, но, к сожалению, не имелось транспорта. В гущу тайги машины не пройдут, а на лошадях вывезти покойника невозможно. На это требуются недели. Жена вскоре умерла от сердечного приступа. Не перенесла горя. Все мы были на дачах, я пошла к ней, хотела попросить лавровый лист, а она лежит на полу, уже холодная.

— Значит, жена тоже умерла? А другие родственники у них были?

— Не знаю. Геологи — люди кочевые, долго на одном месте не живут. Может, и были родственники, но где их искать… Ее похоронили за счет Управления. Тогда много таких похорон было.

— Вы говорите о членах экспедиции?

— Да. Все погибли. Мор на них свалился. Будто они какой-то грех совершили, и Бог их покарал.

— И о них никто не спрашивал потом?

Женщина подумала и сказала:

— Был случай. Месяц спустя на дачу приехал какой-то пожилой мужчина с палочкой. Спрашивал Веру Ольшанскую. Я ему все рассказала. Он уехал, так и не представившись. Очень он мне показался напуганным.

— Сколько лет было Вере Ольшанской?

— Чуть больше сорока. А Андрею около пятидесяти.

— Детей не было?

— Нет, это я знаю точно. Вера жаловалась, мол, Бог не дал.

— Понимаю. Составьте мне список, пожалуйста. Она покопалась в базах компьютера и сказала:

— Их экспедиция называлась «Матерый шатун». У нас все геологи дают названия своим бригадам, с кем работают на постоянной основе. Вот они. Семь человек.

— Пожалуйста, сделайте мне распечатку со всеми данными, которые имеет отдел кадров.

— Поздно о них вспомнили. Десять лет прошло. Только один из всех живым остался.

— Это кто же?

— Иван Борисович Нагорный. Заместитель начальника управления. Он курировал эту экспедицию, но после гибели геологов уволился и уехал. С тех пор о нем ничего не слышно.

Нагорный был мэром Тихих Омутов. Живой, здоровый, благополучный деятель. А как же Екатерина Ольшанская? Какое отношение она имеет к Андрею? И почему ее интересуют имена членов экспедиции? Бартеньев сказал, что просит узнать имена не для себя, а для Кати, но Катя об этом не знает. Путаница.

В Зимине просыпался азарт охотника. Он терпеть не мог пребывать в состоянии неведения. Чувствовал себя идиотом. И если начинал копать, то рыл носом и всеми частями тела, пока не добирался до истины.

Любезная женщина сделала ему распечатку, занявшую тринадцать страниц.

— Я вам очень благодарен.

— Не за что. Если хотите узнать подробности, пойдите в отдел милиции Шуховского района. Все погибшие жили там. В те годы пять или шесть домов сдали в эксплуатацию. Это начало девяностых.

— Спасибо за идею. Непременно воспользуюсь вашим советом.

В милиции Шуховского района у Зимина знакомых не было, но это не проблема, им могут позвонить из управления, попросят оказать содействие помощнику губернатора. А как же иначе?

Подполковник Частиков лично принял высокопоставленного чиновника из администрации губернатора. Его предупредил о предстоящем визите Васильчиков. Полковник представил Зимина не только как чиновника, но и как популярного писателя. Даже раскрыл его псевдоним. Ко всему прочему сообщил, что Зимин лично задержал нескольких особо опасных преступников и сдал их в руки правосудия, за что имеет грамоты МВД и значок почетного работника милиции, хотя никогда в органах не работал и званий не имеет.

Начальник райотдела поднялся навстречу гостю.

— Очень рад с вами познакомиться лично, Кирилл Юрьевич.

Кабинет показался Зимину тесноватым и более чем скромным. Да и сам начальник не производил особого впечатления. Частиков так же представлял себе известного писателя более солидным господином.

— Спасибо, Роман Георгия, что приняли.

Они устроились на обычных стульях, стоящих вдоль стены, будто заняли очередь в кабинет к стоматологу. Зимин не хотел терять времени и тут же приступил к делу.

— Вот список, — начал он, доставая из наплечной кожаной сумки распечатку. — Эти шесть человек погибли в течение десяти дней при странных обстоятельствах. Все они геологи и все жили на улице Баумана в вашем районе. Случилось это десять лет назад. Что можете сказать по данному вопросу?

Подполковник взял бумаги и с серьезным видом просмотрел их.

— Да, да, я помню. Я входил а оперативно-розыскную бригаду, будучи тогда опером. Дело вел полковник Боровский. Матерый сыскарь, к сожалению, уволен из милиции за превышение полномочий. Потеря такого оперативника -большой подарок преступникам. Бандитам убрать его не удалось, так шишки из МВД им помогли.

— А вы не знаете, где Боровский сейчас?

— Года четыре назад он уехал из города, никому не оставив своих координат.

— Дело о гибели геологов оказалось ему не по зубам?

— Да. Причина тут понятная. Мне, во всяком случае. Мы поздно узнали о том, что все погибшие входят в одну геологическую партию и только днями вернулись из экспедиции.