удобном диване в приёмном отделении больницы. Руслан пообещал ему, что вернётся за ним. Девушки пошли рыскать по кабинетам, а Стахов и Рик принялись искать электрощитовую. Поначалу Рик захотел отправиться на поиски вместе с девушками, но те ему отказали, сославшись на то, что надо держаться парами.
Мужчины не смогли найти электрощитовую, но отыскали выход из больницы. Он был заперт, но один ключ из связки подошёл, и они смогли открыть дверь и тут же её закрыть – дождь расходился, и существовала вероятность того, что его губительно-опасные брызги коснутся головы или рук.
Они вернулись в коридор первого этажа. Закрывая открытые настежь окна, чтобы избавиться от сквозняков, мужчины увидели, как к входу в больницу подъезжает «девятка». В свете ближайшего одинокого фонаря удалось рассмотреть, как из машины вышли четыре человека: трое были плотно закутаны в полиэтиленовые дождевики, отдалённо напоминающие скафандры, а один человек не прятался от осадков, хоть его белый халат уже выглядел промокшим. И этим человеком был Лев Петрович. Он, аккуратно поправив патронташ, осмотрел здание больницы, после чего снял с плеча двуствольный обрез.
– Лев Петрович, – обратился к начальнику завёрнутый в несколько слоёв дождевиков Глеб Семёнович. – Вот что хотите делайте, но я в последний раз предупреждаю, что я не буду стрелять в людей! Это немыслимо! Я не для этого согласился участвовать в эксперименте!
– Что хотите делайте, говоришь? – меланхолично сказал Лев Петрович, направив на коллегу обрез.
– Это уже слишком! – возмутился Глеб Семёнович. – Я уезжаю и всё донесу до общественности, что вы тут устроили! Уберите от меня оружие…
Главврач постарался высказаться вежливо, но твёрдо. Но оружие не убрал.
– Глеб Семёнович, вы прекрасно знали, что рано или поздно эксперимент придётся свернуть. Свернуть бескомпромиссным, жестоким для пациентов способом. Приказ «сверху» был достаточно чётким. Почему теперь вы протестуете?
– Потому что я здесь только ради науки, – ответил мужчина, всем видом показывая, что он хочет вернуться в автомобиль.
В разговор вмешался Зеркач:
– Время науки закончилось. Пришло время зачищать следы.
– Я тоже не рада свалившимся проблемам, – сказала медсестра. – Но у нас нет выбора. Давайте не будем тянуть время…
– У нас есть выбор! – возразил Глеб Семёнович и всё-таки решился подойти к водительской двери автомобиля, несмотря на направленное в его сторону оружие. – Я уезжаю! Хватит с меня!
Но сесть за руль «девятки» Глебу Семёновичу не удалось – Лев Петрович выстрел и мужчина упал в лужу. Его дождевик разорвало, мутную воду лужи ленивым ярким потоком разбавила кровь. Оголённое раной на груди тело начало медленно растворяться, но Стахов не смог понаблюдать за этим процессом. Боясь оказаться замеченным, он спрятался между двух раскрытых окон.
В момент выстрела Рик, находящийся поблизости, вздрогнул, после чего выхватил связку ключей из рук Стахова.
– Мы не заперли дверь! – вспомнил он и, несмотря на больную спину, как можно быстрее поковылял в сторону выхода, пригибаясь над пролётами окон.
Руслан немного задержался. Он сумел одним глазом подсмотреть, как Лев Петрович достаёт пистолет из кобуры мёртвого Глеба Семёновича и отдаёт его Василию.
Зеркач с довольной ухмылкой принял оружие. В правой руке у него уже был свой пистолет.
С мужчинами была знакомая Руслану медсестра, которая, как и в предыдущие дни, выглядела достаточно эффектно: пепельная блондинка с ярко накрашенными помадой красного цвета пухлыми губами. Стройную фигуру и широкие плечи плавчихи можно было рассмотреть даже через несколько слоёв дождевика. Она была вооружена ружьём.
– Евгения Вадимовна, – Лев Петрович начал раздавать указания. – Будете стоять около выхода и постарайтесь не выпустить возможных беглецов. Василий, ты зачищаешь третий этаж, я – первый. Встретимся у Серёжи на втором ярусе.
– Понял, Лев Петрович, – сказал Зеркач.
Этот момент и вывел из оцепенения Руслана. Он поспешил за Риком, который запер дверь и оставил ключи в замке.
– Может быть, её ещё столом подопрём? – предложил Рик, схватившись за стол пропускного дежурного, располагавшийся вблизи двери. Но для него одного это была слишком тяжёлая ноша.
Дверь казалась массивной, но была сделана из дерева, оббитым листами жести.
Но отпирать ключами дверь не стали. Кто-то, услышав голоса, произвёл выстрел, пробив дверь насквозь и ранив Рика. Мужчина грохнулся на пол, Руслан, не сумев ему помочь, отскочил в сторону, за стеновую перегородку.
В этот момент кто-то включил внешний рубильник, и всю больницу залило светом.
После выстрела дверь попытались открыть ключом, но мешался аналогичный ключ, вставленный Риком с обратной стороны замочной скважины. Сам мужчина поначалу безмолвно открывал рот, приподнимая голову и тараща глаза, но потом захлебнулся собственной кровью и обмяк, хлопнувшись затылком об пол.
Раздался ещё один выстрел – стреляющий попытался выбить замок, но пока ему это не удавалось. А у Руслана был выбор: пробежать мимо открываемой двери к Сергею, чтобы забрать его и потом вернуться к женскому отделению, либо сразу направиться к близняшкам и тем трём клушам. Стахов понял, что потеряет время, если побежит за Сергеем и, возможно, попадёт под новый обстрел. Пришлось быстро смириться с тем, что он обманул абсолютно беспомощного человека. Ругаясь про себя, Стахов побежал к женскому отделению, надеясь на то, что так он спасёт больше жизней…
На начальном этапе забега Руслана замок у двери всё-таки выбили, а Евгения, находящаяся на улице, открыла огонь из ружья по окнам, увидев бегущего Стахова. Но мужчине повезло, он успел скрыться от пуль. Но он знал, что Лев Петрович и Зеркач уже в здании.
Добежав до женского отделения, Руслан ворвался в палату к местным обитательницам и крикнул им:
– Бегите и прячьтесь, как сможете, нельзя оставаться на месте!
– Ничего нам не будет! – сказала полноватая женщина.
– Вы в опасности! – Руслан попытался достучаться до их равнодушия. – Вас всех ликвидируют!
– Убирайтесь! – поддержала вторая женщина первую. – Это за вами, разбойниками, пришли! Не надо нас вовлекать в свой бунт!
– Перестреляют же вас, как куриц! – напоследок рявкнул Руслан и выбежал в коридор, в котором пока никого не было.
Раздался громкий крик из приёмного отделения. Это кричал Сергей. Кричал, что ему страшно, звал на помощь. Но крики были недолгими – после выстрела в больнице вновь воцарилась тишина.
Стахов бежал в ту сторону, где должны были быть близняшки, но не нашёл их на месте. Выбор, где спрятаться, был большим, но метаться в поисках укрытия по этажу было себе дороже – совсем рядом слышались тяжёлые шаги и звуки открывающихся дверей, ведущих в главный коридор.
На мгновение мужчине привиделся знакомый силуэт отца, находившийся возле одной палаты. Туда и направился Руслан. Там он залез под заваленную тряпьём массивную, прикрученную
