Ученики изучали заклинания других домов, разбирали их, знакомясь с магией не только своего дома. Частенько на основе этого они изобретали что‑то свое. В книгах было написано о весьма существенном пополнении заклинаний учениками. Такие разработки включали в библиотеку академии, и они становились доступными всем домам. Когда собирался совет в столице многие архимаги не считали зазорным посетить библиотеку академии и познакомиться с новинками, разработанными учениками за последний год.
В академию брали с четырнадцати лет, и обучение продолжалось три года. Преподавателей набирали из малых домов, остающихся нейтральными. Вообще деятельность академии и взаимоотношение учеников и преподавателей регулировалось специально разработанным сводом правил, достаточно простых и четких. Любое нарушение очень сильно не приветствовалось, а преподавателям предоставили очень широкие полномочия, чтобы избежать всяких несчастных случаев среди учеников. Ну еще бы, ведь там учились и дети враждующих домов, битвы между которыми не утихали столетия. Потому и разместили академию в столице на нейтральной территории, потому и запретили ученикам всяческие дуэли, а виноватых в смерти других учеников казнили сразу после короткого разбирательства, а магия позволяла установить виновника со стопроцентной вероятностью. Жестоко? Возможно, но только так можно было сдержать ненависть представителей враждующих домов. И каждый поступающий в академию приносил клятву соблюдать нейтралитет, а любые вопросы, касающиеся задетой чести решать только через преподавателей. В особых случаях они могли и разрешить дуэль с одобрения представителей тех домов, ученики от которых оказались замешаны в инциденте — такой вот своеобразный предохранительный клапан, иногда даже угроза смерти не останавливала учеников. Тогда‑то, чтобы избежать худшего, им могли и позволить спустить пар. Вот в такое место я решила отправиться. А разве есть лучшее место, где можно наблюдать за магами?
Понятно, что учеником мне не стать, для этого надо принадлежать к какому‑нибудь дому. Я, вроде как принадлежу к дому Интерфекту, но заявиться туда в таком качестве равносильно тому, чтобы в рейхстаг сорок первого года заявиться в буденовке и автоматом ППШ через плечо. Но ведь академии наверняка нужны слуги, особенно, когда начинается набор студентов после каникул. Правду тут никаких планов не построишь, я просто не знаю, как происходит набор слуг, и кто им требуется и требуется ли вообще. В библиотеке Кайтаидов эти сведения мне не попадались, а данным из библиотеке Интерфектов я не очень доверяла из‑за прошедшего времени, хотя и учитывала их в планах.
Решено, как только закончу теоретическую подготовку — отправлюсь в путь. Хотя бы ради того, чтобы есть нормально.
Этими планами я и поделилась с Голосом. Думал он долго, а потом выдал:
— Это самое лучшее решение из возможных. Я поражен, господин, вы научились анализировать ситуации и выбирать из разных возможностей наилучшее.
Спасибо, что тут скажешь. Только если целыми днями все мысли заняты только одной проблемой — как выбраться домой, то рано или поздно что‑нибудь обязательно в голову придет. А именно о возвращении домой я и думала, даже магов готова была простить вместе с Маренсом, если тот отведет меня домой. Но что‑то мне подсказывало, что если я заявлюсь к нему с таким предложением, то он просто прибьет меня. К таким типам, как Маренс, надо являться во всем великолепии магоубийцы Интерфектора, чтобы у того колени тряслись и голос пропадал от ужаса. И пока я такого ужаса внушать не научусь нечего и думать о какой‑либо сделке с ним. Итак, решено, в планах стать самым могущественным магом Алкены, чтобы иметь возможность диктовать свои условия одному хаму, который выкрал меня из родного мира. И если тот вернет меня домой готова даже оставить его в живых.
Размечталась тогда по полной. Особенно понравилось, когда представила, как Маренс ползает передо мной на коленях, а я, гордая, стою во всем блеске Интерфектора, с развивающейся накидкой, на которой сверкает меч, окруженный сверкающими молниями. Они срываются с клинка и лупят в ползающего архимага, а тот умоляет пощадить его.
Снова тренировка. Отрабатываю бег на повышенной скорости. Мышцы трещат, ноги впустую молотят по полу, но проскальзывают, и я лечу в стену. Если бы не смягчающая магическая подушка то либо проломила стену либо голову. Второе вернее. Повреждение головы — верная смерть даже для мага. Никакой архимаг не в состоянии залечить повреждение мозга. Вернее залечить может и в состоянии, но смысл? В результате получится растение, которое проще убить из человеколюбия. Именно потому очень много отрабатываемых мной ударов направлялись в голову мишени. В этом случае даже обычный меч несет смерть архонтам. Другой вопрос — попасть. У магов очень хорошая реакция и отменной чутье. Не попадешь с первого раза, второго они тебе не дадут. У меня, собственно, реакция тоже отличная, только вот как ее применить?
Ноги в очередной раз потеряли сцепление с полом, и я кувырком полетела по арене, сдирая кожу с рук. Больно. И почему эта печать не убирает боль?
— Это опасно, господин, — отозвался Голос, когда спросила. — В свое время такие эксперименты ставились и боль убиралась. Это приводило к быстрой смерти по непонятной причине.
Ну еще бы они поняли. Попались мне описание экспериментов, так потом всю ночь не спала. Все улучшения, которые маги вносили в человека подбирались ими методом научного тыка. А почему бы нам не сделать попытку создать человека-невидимку? Что проще? Сделаем его прозрачным. Сделали. А человек неожиданно возьми и умри. Не годится для внесения в печать дома. А теперь уплотним кости. Что? Мышцы не справляются? Укрепим и их. А теперь легкие не могут снабжать их кислородом? Не успевают? Улучшим и их. Накопленный удачный опыт в печать для изменения всех членов дома.
Удачные эксперименты по пальцам пересчитать можно, опыт накапливается тысячелетиями. Потому другие дома и охотились за наследством Интерфектов, пытаясь завладеть печатью для исследования и включения их заклинаний в собственные печати. Потому последние интерфекты так старательно заметали следы, подстраивая общее уничтожение всего хранилища знаний, чтобы они никому не достались.
Кстати, потому дома никогда не откажутся от раз выбранного пути развития. Ведь отказ означает потерю всего опыта, который они успели накопить за тысячелетия. Это сразу отбросит дома назад, они потеряют все. Весь опыт, все заклинания будут потеряны. Ну не все, конечно, что‑то смогут приспособить, но потери все равно окажутся колоссальны. Даже знания о возможном выигрыше в силе в будущем не заставит их свернуть с пути, ибо этими знаниями еще нужно будет успеть воспользоваться и получить время на развитие. Кто ж им его даст? Печать интерфектов помогла бы им преодолеть эти тысячелетия. Так что откройся я магам и еще неизвестно кто за кем охотиться будет. Впрочем, с трупа все равно они ничего не получат, тут уж маги домов постарались защитить свои секреты. Печать сразу рассыпается, а все заклинания разряжаются. Разом. Найти хоть какие‑то концы в возникшей мешанине из остатков ауры, силовых каркасов и угасающих узлов энергий просто нереально.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
