удар под коленки от его вида.
Ну это противозаконно таким быть!
Тигр сидел, без футболки, с расстегнутой пуговицей на джинсах, возбужденный, напряженный, горячий, как сам ад!
И взгляд его, казалось, краснотой дьявольской отливал!
Чертов искуситель!
Инкуб проклятый!
Душу из меня всю выпил уже! Замучил!
Огненный взгляд скользнул по моей расхристанной, зацелованной, затисканной персоне, вспыхнул еще ярче, тормознув на бесстыдно вываленной груди, и я, охнув, принялась торопливо поправлять одежду.
Тигран, недовольно дернув на мои телодвижения ноздрями, встал и лениво шагнул ко мне. Хищник, считающий, что он в своем праве.
Гад!
— Стой, где стоишь! — хрипло выкрикнула я, отступая еще на шаг, — нифига у нас не получается говорить! Ты, гад, вообще…
— Ты — моя невеста, жена будущая, — чуть обиженно ответил Тигран, — конечно, я тебя хочу.
— Да я еще не соглашалась! — рявкнула я с досадой.
Непрошибаемый!
Я как-то упустила эту особенность его характера.
— Что мне сделать, чтоб согласилась? — задал вполне логичный вопрос Тигран.
Вопрос, от которого я онемела.
В смысле, что сделать?
А я откуда?..
Но он стоял, молча ожидая ответа и показывая, что вопрос нихрена не риторический.
Так…
Надо собраться.
Надо… Отвернуться надо от него! А то вообще не соберусь! Он что, специально живот напрягал, чтоб кубики так качественно отрисовывались? Ой, мама…
Нет!
Нельзя отворачиваться!
Сразу нападет, зверюга…
Но что делать-то?
— Во-первых, — я, запихав грудь в лифчик и застегнув рубашку, все же почувствовала себя уверенней, — я не давала своего согласия.
— Но ты… — тут же попытался влезть Тигран, но я повысила голос, показывая, что не собираюсь останавливаться, что еще не все сказала.
— Во-вторых, ты мне не объяснил по поводу ресторана, своего поведения и своего блядства!
— Как это не объяснил? — удивился Тигран настолько искренне, что я даже поморгала, пытаясь вспомнить, может, и правда объяснял? Между попытками трахнуть? А я просто амнезией выборочной страдаю? — Я же говорил, что это все чисто для вида!
— А как я тебе верить могу? — справедливо возразила я, — и оденься уже!
— Да мне и так неплохо, — Тигран, уловив мою неуверенность, поиграл чуть-чуть мышцами и еще ко мне шагнул. Напряженный и в то же время расслабленный. Как на ринге. — А насчет веры… Хочешь, друзья мои расскажут, как я время проводил реально?
— Я видела, как ты время проводил реально, — буркнула я, — весь интернет забит видосами.
Тигран нахмурился.
— Я же говорил, что в это время был на родине…
— Хорошо, но все равно же это было, да? Тигран, я не могу тебе верить. Не могу.
Я вздохнула, привалилась спиной к двери и посмотрела на Тигра устало. Все силы из меня выжал, гад.
А то, что я не могла ему верить, осозналось еще более четко. Как и то, что если поверю, а он опять обманет, то… То второй раз я себя уже не соберу.
— Я боюсь, — призналась я. Не хотела. Вырвалось.
Тигран, подойдя еще ближе, наклонился ко мне, приподнял пальцами за подбородок.
— Я понимаю. — Прошептал он. — Я накосячил. Я исправлю.
— Этого не исправить… — я отвернулась, — потерянного доверия не вернуть.
— Посмотрим… — он наклонился еще ниже, снова поймал меня за подбородок, заглянул в глаза и настойчиво повторил, — посмотрим.
33
Деканат нас сегодня обрадовал пятью парами, а потом у Васи еще и репетиция была, так что я на крыльцо универа вывалилась в состоянии нестояния. Все же, дико тяжело нагонять то, что пропустила! Голова словно ватная была, ни черта не соображала!
А все из-за него, из-за этого бессовестного!
Сначала задурил так, что совершенно на учебу забила, потом на эмоциональный электрический стул вообще посадил!
И меня теперь шарашило током от каждого воспоминания! Особенно, когда в памяти воскресали слова его, уверенные такие, серьезные.
«Я накосячил… Я исправлю…»
Ой…
Где мое сердце? Дурное, совсем слабое…
Где моя голова опять? Опять!
Короче говоря, я весь день была не в себе, на внешние раздражители реагировала слабо. Вася, кстати, мало чем от меня в этом плане отличалась, у нее свои трабблы имелись, про которые она особо не распространялась. И меня не мучила вопросами.
Остальные тоже не приставали, парни так вообще по широкой дуге обходили.
Девки, дуры припадочные, понятное дело, что-то там шипели за спиной, но я не обращала внимания.
Не до них было, вот честное слово!
Вообще ни до кого.
Потому, когда на крыльце меня окликнула одна из местных звезд, я тоже не сразу среагировала.
— Эй, Звягинцева! Я к тебе обращаюсь! — манерный голосок вернул меня к реальности, и я с удивлением подняла взгляд на возвышающуюся надо мной блондинку. Поизучала типичное факабельное лицо: скулы, губы, брови… Блин, ну реально же не отличить одну от другой! Даже мне, девчонке! А парни как страдают, бедолаги? Один, вон, совсем недавно сильно страдал, лапая эту блонди за жопу на камеру… Или тоже чисто перепутал?
Я ведь вспомнила, кто это ко мне соизволил подойти! Та самая инста-девочка, с которой Тигран проводил время в рестике. Нашем с ним любимом рестике! Гад!
Уф-ф-ф… Снова вспомнила и снова разозлилась!
— Чего тебе? — грубо спросила я, не считая нужным нежничать. Она с моим парнем обнималась! При живой мне! Когда все в универе знали, что мы встречаемся! Тварь! За волосы бы ее, да противно! Отвалятся же! Отмывай потом руки… Фу-у-у…
— Я хотела сказать… — Она почему-то побледнела и чуть смутилась, покосилась куда-то, словно собираясь с силами, а затем продолжила, — та фотка, которую я выставила… Это, короче, еще прошлой весной было, вот.
Ого…
— Это он тебя попросил сказать? — прищурилась я, вообще не собираясь верить.
Недоверчивая я теперь, вот!
— Ну…
— Понятно! Иди нахер.
Я уже развернулась, чтоб уйти гордо, но тут меня резко дернули за руку, разворачивая.
Я удивленно уставилась в красное от злости переделанное лицо.
Чего это с ней?
Не понравилось, что послали словом?
Так я и действием могу, дай только повод, сучка!
— Сама иди! — прошипела девка, — поняла? Дура тут, вылезла! Малолетка гребаная! И что он нашел в тебе, ни рожи, ни кожи! Сосешь хорошо, что ли?
— Отвали, пока ногти не поотлетали! — я резко отбила ее руку, отшагнула назад, — иди обратно к тому, кто тебя послал, поняла? И покажи ему свои умения!
— Да я бы пошла! Пошла! — она уже не сдерживала себя, весь напускной лоск куда-то делся, и сейчас передо мной стояла просто жутко злая, обиженная девчонка, — если бы позвал! А он… Что они все в таких вот дурах находят? Какого хрена вообще? Что
