И – посреди кровати угадывался силуэт. Юджио видел лишь смутные контуры, остальное закрывала тонкая полупрозрачная ткань, свисающая сверху.
Не дыша, Юджио вскочил. Он не мог поверить, что не заметил чьего-то присутствия, хотя несколько минут находился так близко. Нет, даже не это главное; он, судя по всему, несколько часов проспал, прислонясь к этой кровати. Как такое вообще получилось –
Дойдя до этого места в своих размышлениях, Юджио наконец вспомнил последнюю картину, запечатленную в его спутанной памяти.
Точно… я сражался с героем той старой легенды… с командующим Беркули.
Мы с ним оба застряли во льду из-за «высвобождения памяти» «Меча голубой розы»… потом, прежде чем наши Жизни кончились, появился тот мелкий тип в безвкусном шутовском наряде… вроде его звали распорядитель Чуделкин… и он наговорил всяких странных вещей. Потом он подошел, при этом топтался по ледяным розам… а потом…
На этом воспоминания обрывались. Возможно, шут его сюда и отнес, но Юджио понятия не имел, почему. Рука сама ощупала пояс, однако «Меч голубой розы» куда-то делся.
Охваченный внезапно нахлынувшим чувством беспомощности, Юджио вгляделся в силуэт на кровати. Враг это или друг?.. Да нет же, он ведь явно в Центральном соборе и, скорее всего, на верхнем этаже. Кто бы тут ни был, это уж точно не друг.
Юджио понимал, что правильнее всего сбежать отсюда, приглушая шаги, однако желание узнать, кому принадлежит эта спящая фигура, пересилило. Но как бы он ни тянулся вверх, лица, скрытого за тонкой тканью, свисающей сверху в середине кровати, видно не было.
Затаив дыхание, он мягко занес правое колено на кровать.
Колено глубоко погрузилось в белый шелк, точно в снег. Юджио в панике вытянул руки вперед, но и они утонули в мягкой материи.
Недавний кошмар вновь явственно всплыл у Юджио перед глазами, когда постель начала заглатывать его. Невольно его спина задрожала, но все же он осторожно поднял на кровать и левую ногу. Встав на четвереньки, он медленно, очень медленно пополз к середине.
Осторожно передвигаясь по невероятно громадной кровати, Юджио не мог не подумать, сколько же первосортного пуха находится здесь, под простыней. Полгода уходит на то, чтобы сделать один-единственный тонкий матрас, если день за днем собирать перья домашних уток, которые живут на заднем дворе его дома в Рулиде.
Остановившись перед полупрозрачной завесой, Юджио обратился в слух. До него донеслось мерное, хотя и очень тихое дыхание. Судя по всему, человек перед ним по-прежнему спал.
Он робко потянулся вперед правой рукой. Поддел пальцами ткань и мягко приподнял.
Как только синевато-белый свет упал на середину кровати, Юджио выпучил глаза.
Там лежала женщина.
Легкое одеяние бледно-фиолетового цвета – в точности такого же, как «окно Стейсии», – с серебряным шитьем по краям; белые руки сложены на животе. И руки, и пальцы – тонкие, как кукольные; но чуть выше них Юджио увидел два подпирающих ткань внушительных холмика и в панике отвел глаза. Кожа грудей, выглядывающая из глубокого выреза, тоже белоснежно сияла.
Наконец Юджио посмотрел на спящее лицо женщины.
В этот миг ему показалось, что из него высасывают душу, и он перестал видеть все остальное.
Как это лицо могло быть таким совершенным? Оно показалось Юджио прекраснее, чем вообще дозволено иметь человеку. Рыцарь Единства Алиса, с которой он сражался на 80 этаже, тоже обладала безупречной красотой, но та красота все же оставалась человечной. Что вполне естественно: Алиса ведь человек.
Но это существо, спящее всего в меле от него, было –
Способен ли величайший из столичных скульпторов за целую жизнь изваять такой шедевр? Юджио не мог подобрать слова, чтобы описать даже мельчайшую долю этой красоты. Попытайся он сравнить эти губы с цветком – во всем Мире людей не нашлось бы цветка с такими прелестными изгибами.
Брови, обводящие закрытые глаза, и длинные волосы, стекающие на простыню, были точно из чистейшего серебра. Они холодно блестели, отражая синеву сумрака и белизну лунного света.
Юджио опомниться не успел, как его рассудок оказался схвачен, словно муха сладким медом.
Лишь желание притронуться к этим рукам, к этим волосам, к этим щекам заполнило его голову, и больше там не осталось ничего.
Он вяло подобрался на четвереньках еще ближе, и его носа коснулся аромат, какого он никогда в жизни не ощущал.
Еще чуть-чуть – и пальцы его протянутой руки достанут… еще чуть-чуть – и достанут до этой гладкой кожи…
Нет, Юджио.
Беги!
Он услышал возглас где-то вдалеке.
Маленькие фейерверки взорвались в его сознании и чуть разогнали густой туман, царящий в голове. Юджио распахнул глаза и отдернул правую руку.
Этот голос… где же я его уже слышал…
Он пытался вспомнить, несмотря на головокружение, и к нему постепенно возвращалась способность мыслить.
Что… со мной случилось?.. Что я здесь делал?..
Он опустил взгляд на лежащую перед ним женщину, чтобы разобраться в ситуации, и снова в его голову забралась вязкая, тяжелая сонливость. Поспешно отведя глаза, Юджио замотал головой.
Думай. Думай.
Я должен знать эту женщину. Женщину, которая спит одна в роскошной постели на верхнем этаже Центрального собора. То есть – которая обладает высшей властью в церкви Аксиомы – которая правит всем в Мире людей…
Стало быть – это первосвященник. Администратор.
Юджио раз за разом повторял это имя, которое наконец вспомнил.
Человек, по вине которого забрали Алису, украли ее воспоминания, превратили ее в Рыцаря Единства. Величайший мастер Священных искусств, против которого даже Кардинал, девочка-мудрец, обладающая неизмеримой силой, ничего не могла поделать. Заклятый враг Кирито и Юджио.
И эта самая Администратор спит сейчас перед ним.
Я могу победить… прямо сейчас?..
Не задумываясь, он сдвинул дрожащую левую руку к поясу, но «Меча голубой розы» там не было. То ли его украл распорядитель Чуделкин, то ли он по-прежнему под слоем льда, покрывающим гигантскую ванну. Даже если враг спит, без оружия он не сможет…
Нет.
Оружие оставалось. Меч – маленький, но в некотором смысле более могучий, чем Божественные инструменты.
Юджио передвинул левую руку с пояса на грудь и мягко прижал к материи рубахи. Пальцы ощутили нечто твердое, крестообразное. Последний козырь, данный ему Кардиналом.
Если этот кинжал вонзить в Администратора, она мгновенно сгорит насмерть – ее сожжет Священное искусство, которое, минуя пространство, нашлет Кардинал.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
