был очень важным событием, но он не может сравниться с тем впечатлением, которое произвел показ окончательного варианта съемочной группе. Многих участников производственной группы фальстарт с Эриком Штольцем выбил из душевного равновесия, а после нескончаемых съемок, из-за которых Земекис назвал «Назад в будущее» «фильмом, который никак не заканчивался», просмотр завершенной картины вызвал ощущение коллективного катарсиса и восторга. «Я присутствовал на многих премьерах, и иногда там просто вежливо аплодировали, — говорит Марк МакКлюр, сыгравший Дэйва МакФлая, брата Марти, — а тут была настоящая овация, потому что вряд ли кто-либо, участвовавший в работе над этим фильмом, понимал, чем дело кончится. Никто не представлял, как эта история будет выглядеть в целом. Все вскочили на ноги, кричали, визжали, вопили. Это была очень честная реакция, а не какие-то голливудские аплодисменты».
«Я была очень рада, что там присутствовал Деннис Куэйд, которого я всегда обожала, — говорит Клаудия Уэллс, — я думаю, что нервничала больше других, потому что это был мой первый фильм, и я должна была впервые увидеть себя на большом экране. Я пришла с моим лучшим другом Патриком Лабьорто, игравшего ребенком в „Маленьком домике в прериях“. Я изо всех сил сжимала его руку, потому что ужасно нервничала. Больше всего я была удивлена, когда увидела на экране листовку, посвященную башне с часами, и написанную на ней моим почерком фразу. Я подумала: „О господи, мой почерк занимает весь экран“. Меня почему-то это восхитило больше, чем вид моего лица. Во время съемок ко мне подошел второй режиссер или помощник режиссера по сценарию и сказал: „Напиши вот это“, и я написала: „Я люблю тебя. 5554823“. Я не стала спрашивать, зачем. Я не поняла, что написанная мной фраза будет тем листком, который они покажут на экране».
«Фильм произвел на меня большое впечатление, — рассказывает Кристофер Ллойд, — у него был такой прекрасный, хорошо написанный сценарий. Боб Земекис замечательно выполнил свою работу режиссера. Я не могу забыть, что мы чувствовали, когда увидели все в целом, почувствовали живость и восторг фильма. Если я переключаю каналы телевизора и вдруг попадаю на „Назад в будущее“, то обычно останавливаюсь и досматриваю до конца. Мне все еще нравится смотреть его».
Но, несмотря на все восторги, в фильме остались изъяны. Киноиндустрия вся построена на компромиссах, и из-за очень маленького промежутка времени между окончанием съемок и тем днем, когда надо было представить финальный вариант, компания ILM не успела правильно выполнить некоторые визуальные эффекты. «Нам надо было очень быстро показать, как ДеЛориан возвращается в наше время после того, как в него ударила молния, — рассказывает Уэс Такахаши, — и не хватило времени, чтобы совместить вид нарисованного пламени с видом пламени настоящего. Сейчас есть множество быстро работающих компьютерных программ, с помощью которых можно создать реально выглядящий огонь, но в те времена это занимало очень много времени».
«Жаль только, что у нас было так мало времени на визуальные эффекты, и Бобу не нравились некоторые из них, — говорит Гарри Керамидас, — особенно тот момент, когда Марти перестает играть на гитаре и смотрит сквозь свою руку. Вот этот эффект Бобу совсем не нравился. Он не хорош. Мы долго пытались исправить его, но в конце концов нам просто пришлось вставить самый последний вариант. У нас больше не было времени, чтобы заниматься этим. Мне он никогда не нравился. Но никого это особенно не волновало, кроме Боба и меня, так как только мы знали, как это должно было выглядеть на самом деле».
Еще до выхода фильма на экраны Земекис и компания были уверены, что не просто смогли обеспечить студии хороший доход — то, что не получилось с их первыми двумя фильмами, — они рассчитывали, что фильм станет хитом. Может быть, дело было в бурной реакции во время просмотра в Сан-Хосе, и из-за того, что проклятие Хичкока было преодолено. Может быть, они просто подсознательно ощущали, что в отличие от «Я хочу держать тебя за руку» и «Подержанных автомобилей» их новый фильм будет куда более удачным коммерчески. А может, была и другая причина: «Я прекрасно помню, как мы снимали в школе в Уиттьере сцену с Майклом Дж. Фоксом ночью на улице во время танцев, — говорит Боб Гейл, — разнесся слух, что он участвует в этом фильме, и толпы местных подростков пришли посмотреть на съемки. Соотношение девочек и мальчиков было примерно два к одному. Они стояли, надеясь хоть одним глазком взглянуть на Майкла. С Эриком так никогда не бывало. Мы с Бобом 3. были поражены. Мы и не представляли, что Майкл Дж. Фокс был такой большой звездой — это все из-за „Семейных уз“, конечно, — и вот тогда-то нам и пришла в голову мысль, что, может быть, теперь люди придут посмотреть наш фильм».
Но перед самым выходом фильма на экран козырной туз Бобов исчез. Гэри Дэвиду Голдбегу пришла в голову мысль отправить свою ситкомовскую семью в Лондон, а оттуда в Оксфорд, — так появился телевизионный фильм «Семейные узы в отпуске», который выпустили в конце сентября, прямо перед открытием четвертого сезона сериала. К большой досаде начальства из «Юниверсал» в момент выхода «Назад в будущее» Майкл Дж. Фокс был в Европе, и поэтому не смог принять участие в телепрограммах Джонни Карсона или Дэвида Леттермана. По заключенному соглашению интересы «Семейных уз» должны были быть на первом месте, и люди, вложившие деньги в фильм, надеялись, что результаты первого уикенда покажут, что они не зря пошли на эту уступку.
В первые несколько месяцев работы над фильмом Фокс постоянно демонстрировал, как много сил может быть у молодого человека чуть за двадцать — снимаясь днем в «Семейных узах», а вечером в «Назад в будущее», он крутился, как белка в колесе. Однажды, находясь на телестудии, он долго искал свою видеокамеру, и не сразу вспомнил, что это реквизит из фильма, а не из ситкома. Так как он начинал работать на телевидении, то не утруждал себя тем, чтобы заранее учить роль в фильме, что иногда приводило к неожиданным импровизациям вроде «Рок-н-ролл» — одной из первых реплик Марти в фильме, — но в то же время способствовало усилению ощущения бреда. Большую часть времени он не понимал, куда ему надо будет отправиться со съемочной площадки, и, уж конечно, вообще не представлял, получается ли то, что он делает, перед камерами. Когда фильм вышел, агент Фокса, присутствовавший на премьере в Лос-Анджелесе, сразу позвонил своему клиенту. Актер начал извиняться, признавая, что он не сделал все, что было в его силах, и обещая
