– Цинично, противно, но дельно! – одобрил работу напарника Грабл, сев на крышу и наблюдая, как Дарк натянул веревку, а затем, отвязав ее второй конец от руки, закрепил его тройным узлом на флюгере крыши. – Прими мое одобрение!
– Лучше пообещай портки при мне больше никогда не спущать! – ответил Дарк, видимо, все еще сомневаясь, насколько верны его расчеты и выдержит ли конструкция довольно немалый вес их тел. – Полезем осторожно, по одному… Я первый. Коль сорвусь, на выручку не иди!
– Да, как ж… – пытался возразить Зингер, но не успел.
Ухватившись за веревку обеими руками, Аламез спрыгнул с крыши и, раскачиваясь на весу, как маятник, стал быстро перебираться к вышке. Веревка впивалась в ладони моррона, но выдерживала нагрузку. Доски ограждения, в которые упиралось мертвое тело, жалобно поскрипывали, но также не подводили. Дарк уже почти достиг цели, почти ухватился руками за деревянные поручни вышки, когда произошло непредвиденное, чуть ли не сведшее на нет все усилия… Несмотря на свет факелов, видимость ночью была плохой. Дожидавшемуся на крыше своей очереди Граблу показалось, что его спутник уже зацепился руками, и он поспешил: слишком рано и слишком резко повис на веревке, отчего ограждение вышки не выдержало, затрещало под весом давившего на них противовеса в виде стражника, и мертвое тело, ломая державшие его доски, полетело вниз.
Аламезу повезло, он успел перепрыгнуть на опорную балку и повиснуть на ней, крепко обхватить гладкий, без сучка и задоринки ствол всеми четырьмя конечностями. Затем моррон подтянулся и через миг уже стоял на помосте смотровой площадки. Виновнику же случившегося повезло меньше. Судя по тому, что ни на крыше, ни на тюремной стене товарища видно не было, Дарк пришел к единственно возможному выводу. Зингер не выпустил из рук провисшую, падающую веревку и, по инерции перелетев через стену с торчащими за нею кольями, очутился внизу, там, где простиралась кромешная темень. Предположение вскоре подтвердилось, буквально через пару секунд откуда-то из-под вышки стали доноситься тихое ворчание, шорохи и… злобный звериный рык.
Глава 6
Путь в преисподнюю
Дарк испугался, притом не на шутку. В любой миг ночную тишь мог пронзить яростный собачий лай, и тогда морроны оказались бы в западне. К месту схватки легионеров с собаками быстро сбежалась бы добрая половина дежурной смены тюремщиков, а им даже некуда было отступить. Единственный путь бегства был отрезан; по нелепой случайности уничтожен тяжеловесным, подслеповатым напарником, который вот-вот должен был расплатиться у основания вышки за свою торопливость. Подняв тревогу звонким, но недолгим лаем (собаки далеко не глупые животные и во всем знают меру), хвостатые охранники сворой накинулись бы на чужака и растерзали его в клочья, по крайней мере, приложили бы к тому массу стараний.
Дарк испугался, но, как оказалось, зря. По каким-то непонятным причинам клыкастые сторожа решили пропустить лающую прелюдию и сразу перешли к делу. Возможно, они были слишком голодными и не желали отдавать подоспевшим людям заслуженную добычу до тех пор, пока не обглодают ее до вкусной кости, а может быть, в поведении здешних собак имелись свои странности и особые черты; не стоит забывать, что их хозяевами были шеварийцы…
Рык в темноте усилился, стал более злобным, а затем вдруг оборвался, уступив место целому набору разных как по громкости, так и по характеру звуков, объединенных одним емким словом «возня». Грабл вступил в неравную схватку, а проще говоря, как мог отбивался от накинувшейся на него своры. Шансы на победу не имевшего при себе оружия Зингера были ничтожно малы, и Дарку, как верному боевому товарищу, просто не оставалось иного выбора, как приумножить их своим участием. Подобрав валявшийся под ногами арбалет, который, как назло, оказался даже не заряжен, Аламез спрыгнул в пугающую неизвестностью темноту. Конечно, куда безопаснее было бы спуститься… съехать вниз по идеально гладкому опорному столбу, обхватив его крепко руками да ногами, однако это привело бы к определенной задержке, а в бою, как известно, дорог каждый миг.
Полет продлился недолго, ведь смотровая вышка не была высокой, а приземление прошло гладко, не считая несильной, тупой боли в поврежденной ранее ноге. Едва ступни Дарка коснулись земли, как он тут же собирался броситься в атаку, чтобы оттащить от товарища наседавших на него собак. Но, как ни странно, нападать было не на кого. За те мгновения, что Аламез провел в воздухе, возле вышки успела воцариться гробовая тишина, нарушаемая лишь тихим, жалобным, отдаляющимся поскуливанием.
К сожалению, морроны не видят во тьме так же зорко, как вампиры, но, к счастью, их обоняние намного слабее, чем у кровососущих гордецов, именующих себя «детьми ночи». Дарк не мог разобрать вокруг себя ровным счетом ничего, а кроме трусливого протеста ретировавшейся своры, ничего не слышал. Зато его нос тут же почувствовал тошнотворное амбре из насыщенных, перебивающих друг друга запахов крови, испражнений и пота, довольно быстро усиливающееся, а значит, и приближающееся к нему справа. Окажись на месте моррона вампир, он бы сразу потерял сознание от зловонного удушья.
– Ты хоть зарядил бы его… Арбалетом стреляют вообще, а не по мордасам лупцуют… – донесся поблизости тихий шепот изрядно запыхавшегося напарника. – Сделай рожу попроще! Устрашать ею некого, все уже позади, – констатировал явный факт потомок гномов, по-дружески похлопав Дарка по локтю мокрой и липкой от крови ладонью. – А так спасибо, что в беде не оставил да на подмогу прийти поспешил. Это не ты запоздал, это я так ловко управился…
– Сколько псов было? – спросил Дарк, к недоумению напарника, отбросив в сторону арбалет.
– Ты чо оружием раскидался?! – вместо ответа возмутился явно лучше видевший во тьме Зингер и с досады больно ударил Дарка костяшками кулака в бок.
– А проку-то с него? – ответил Аламез, попытавшийся в отместку наградить напарника затрещиной, но промахнувшийся и лишь погладивший его ладонью по всклокоченным, мокрым от пота волосам. – Он не заряжен, болты наверху остались. Не лезть же обратно!
– Тогда ладно, тогда разгильдяйство простительно, – прокряхтел чувствующий себя победителем зазнайка, судя по звукам, то ли оттиравший от пота лицо, то ли перевязывающий раны. – Пойди тогда топорик подбери, да и ножичек мой заодно прихвати!
– Не стоит, – возразил Дарк, все еще не привыкший к темноте и не видящий даже собственных рук, но зато отчетливо различавший горевшие тусклым светом окна и хорошо освещенный вход видневшейся вдали тюрьмы. – К счастью, все прошло тихо. Пропажу часового охранники лишь под утро заметят, когда смена караула придет. Топор приметный, не шеварийский, да и не герканскими мастерами сделан, а значит, и подозрение не на «заозерников», а на чужаков-наемников сразу падет. Пока верлежские «нюхачи» разберутся, что к чему, пока очухаются, мы уже город покинем…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
