- А теперь вопрос к вам, джентльмены: следует ли нам снова разбиться на группы или держаться всем вместе? Я считаю, что нам лучше лететь на одном корабле, разумеется снабдив остальные корабли записями информации о пиратах. Ваше мнение?
Все согласились с Киннисоном, и он мысленно обратился к Ворселу:
- А теперь, Ворсел, о ваших соплеменниках. Постарайся воспринять мою мысль спокойно. Рано или поздно, а я склонен думать, что скорее раньше, чем позднее, ребята Гельмута нагрянут сюда, чтобы познакомиться с вами поближе. Разумеется, будут вооружены до зубов, подозрительны и беспощадны. Но это будет сражение, а не массовое убийство беззащитного населения Велантии.
Пусть пираты высадятся на Велантии без помех, с каким бы вооружением они ни прибыли. Чем больше появится незваных гостей, тем меньше они будут тревожить вас впредь и препятствовать вашему развитию. Вооружение, которым вы располагаете, - самое лучшее из того, что имеется у Галактического Патруля и пиратов, да еще усовершенствованное вашими и нашими специалистами, которые работали в полном согласии. Мы теперь до тонкости знаем, как устроено оружие пиратов, как оно действует и что нужно, чтобы поддерживать его в боевой готовности. Уверен, вы никогда не станете добычей и данниками пиратов и любой пират, осмелившийся посетить вашу систему, останется в ней навсегда!
- Желаю нам, Ворсел, па долгие годы оставаться сказочным змеем! - заметил шутливо Киниисон и добавил более серьезным тоном: - Может быть, когда-нибудь мы увидимся снова. Если нет, то, прощайте. Прощайте, велантийцы. Все по местам! Готовы? Тогда всем чистого космоса! В путь!
Шесть кораблей, некогда входивших в состав пиратскою флота, а ныне ставших отрядом Галактического Патруля, взмыли в атмосферу Велантии и, пронзив се, устремились к космическое пространство. И каждый из космических кораблей создавал вокруг себя плотную завесу радиопомех, сквозь которую не мог пробиться даже мощный CRX-локатор.
Глава 9
АВАРИЯ
Кимболл Киннисон сидел за пультом управления, покуривая душистую сигарету и широко улыбаясь. Он пребывал в том благодушном настроении, когда человек находится в согласии со всем, что его окружает. И для этого у Киннисона имелись определенные основания: вместо жалкой и беззащитной спасательной лодки он находился на борту одного из самых мощных космических кораблей, полным ходом мчавшимся на Базу Галактического Патруля. И хотя членов бывшего экипажа "Британии" осталось немного и каждому приходилось нести вахту за двоих - в частности на долю Киннисона и Гендерсона выпало пилотирование корабля и осуществление штурманской прокладки - под началом у них теперь находилась группа из великолепно подготовленных велантийцев, с готовностью выполнявших любое приказание. Что же касается противника, то теперь это уже была не сплоченная группа, постоянно информировавшая Гельмута о малейших изменениях обстановки и мгновенно исполнявшая его приказания. Пираты, полностью утратив связь между собой и с Главной Базой, были вынуждены действовать вслепую. Они как бы оказались в кромешной мгле - в абсолютной темноте межзвездного пространства.
В рубку вошел, слегка нахмурившись, Торндайк.
- Ким, ты сейчас выглядишь как знаменитый неширокий кот из "Алисы в Стране Чудес Кэррола. Мне не хотелось бы портить тебе настроение, но я должен сообщить, что мы пока не выбрались из чащи леса.
- Может, и не выбрались, - легко согласился линзмен, - но по сравнению с тем положением, в котором находились еще совсем недавно, пожалуй, нам удалось не только выбраться из болота, но и взобраться на достаточно высокую вершину. Пираты не могут ни передавать, ни принимать сообщения и команды и не в силах сообщаться между собой. Их детекторы тоже основательно хромают - ведь нам доподлинно известно их дальнодействие в оптическом и в любом другом диапазоне. Кроме того, наш корабль утерял и свой номер, и другие опознавательные знаки: если они и были, то давно уничтожены, поскольку внешняя обшивка снята до самой брони. Что же могло приключиться, с чем мы бы не справились?
- Двигатели, - кратко ответил бортинженер. Приборы зафиксировали у Бергенхольма какие-то скачки, которые мне решительно не нравятся.
- Неужели двигатель стучит? Или появились посторонние шумы? - с тревогой спросил Киннисон.
- Пока все тихо, - неохотно признал Торндайк.
- А велик ли скачок?
- Самое большее около двух тысячных. В среднем полторы тысячных.
- То есть едва заметная извилина на ленте самописца. Да ведь двигатели работают месяцами с гораздо большими скачками!
- Прочие механизмы - да. Но у Бергенхольма никогда ничего подобного не отмечалось. Вот я и ломаю голову, что бы это значило? Я отнюдь не хочу понапрасну тревожить тебя. Просто докладываю.
Механизм, о котором шла речь - компенсатор Бергенхольма, или "Берг", представлял собой нейтрализатор инерции. Без него корабль не мог развивать скорость, достаточную для покорения межзвездных расстояний. Неудивительно, что малейшее нарушение в работе нейтрализатора становилось предметом пристального внимания бортинженера. Но день проходил за днем, а конвертор корабля продолжал нормально работать, принимая и выдавая чудовищные потоки энергии. Компенсатор Бергенхольма работал совершенно бесшумно, и скачки на ленте самописца не становились сколько-нибудь ощутимее. За это время корабль покрыл невообразимо большое расстояние.
До сих пор все оптические приборы корабля не обнаружили в космическом пространстве ничего подозрительного - ничего, кроме обычных небесных тел. Время от времени детекторы электромагнитного излучения вне оптического диапазона засекали что-нибудь невидимое или находящееся за пределами видимости, но оптические приборы обладали столь низким быстродействием, что эти сигналы не позволили ничего обнаружить: к тому времени, как сигналы поступали на борт космического корабля, объекты, ставшие причиной возмущения, оставались далеко за кормой корабля.
Но наступил день, когда нейтрализатор инерции неожиданно прекратил работу-отключился без перегрузок, подозрительных шумов, разогрева - короче говоря, без каких-либо признаков надвигающейся беды. За миг до остановки нейтрализатора космический корабль мчался в просторах Вселенной, преодолевая парсек за парсеком, и вот он лежит в дрейфе, вновь обретя всю свою чудовищную инерцию, лежит практически неподвижный, ибо любая скорость, которую может развить корабль в инерционном режиме, - не более чем черепаший шаг по сравнению со скоростями, развиваемыми в безынерционном полете.
Весь экипаж трудился, не жалея сил. Как только удалось снять массивные крышки, Торндайк внимательно обследовал механизм нейтрализатора и обратился к Киннисону:
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
