Читаем без скачивания Рассвет Души Повелителя. Том 4 (СИ) - Андрей Юрьевич Ткачев

защитной формацией, я направил поток энергии в них. На спине водной змеи появились прочные соты из духовной энергии, образуя твердую поверхность. Не теряя ни секунды, я запрыгнул на спину своего создания.

Змея поднялась в воздух, вынося меня из трясины. Я почувствовал прилив уверенности, но оно длилось недолго. Сион, не теряя времени, использовал технику «Отражение Небесных Вод». К моему изумлению, под ним появилась точная копия моей водной змеи.

И тут начался настоящий бой. Две огромные водные змеи взмыли в воздух, кружа друг вокруг друга. Мы с Сионом стояли на их спинах, готовые к продолжению поединка. Уверен, это было захватывающее зрелище — два практика, сражающиеся в воздухе на спинах водных созданий. Если бы такое было во время турнира, все бы челюсти обронили.

Наши клинки сталкивались снова и снова, высекая искры духовной энергии. Каждый удар сопровождался всплеском воды, как будто сама стихия участвовала в нашей битве. Змеи извивались и атаковали друг друга, пытаясь сбросить противника.

Это сражение требовало полной концентрации и контроля над каждым движением. Малейшая ошибка могла стоить мне равновесия и привести к падению. А дальше противник воспользуется этим, чтобы нанести сокрушительный удар.

Сион атаковал с невероятной скоростью и точностью. Его клинок, казалось, был везде одновременно. Я парировал удары, уклонялся и контратаковал, используя все свои навыки и опыт. Наши змеи кружили в воздухе, создавая водовороты и волны энергии.

В какой-то момент Сион сумел пробить мою защиту. Его клинок оставил глубокий порез на моем плече. Боль была острой, но я не позволил ей отвлечь меня. Вместо этого я использовал этот момент, чтобы нанести ответный удар. Лунарис рассек воздух, оставив длинную рану на груди парня.

Битва продолжалась, и я чувствовал, как мои силы постепенно иссякают. Каждое движение, каждый удар требовали все больше энергии. Но я не сдавался, продолжая сражаться с неистовой решимостью.

Наши змеи сплелись в смертельных объятиях, их тела извивались и переплетались. Мы с Сионом оказались лицом к лицу, наши клинки скрестились. Я смотрел в глаза тени, но там не было никакой живости или воли к победе, лишь цель и холодный расчет.

Внезапно я почувствовал, как мои резервы Ци начинают истощаться. Я только сейчас вспомнил, что решил использовать лишь треть своей духовной энергии для этой тренировки, оставив остальные две трети для циркуляции и поглощения энергии Цветка Восходящего Солнца.

Понимая, что продолжение боя может быть опасным, я решил остановиться. Отпрыгнув назад, поднял руку, оповещая тень о конце поединка. Сион, как я и ожидал, понял мой жест и тоже прекратил атаки.

Мы оба спустились на землю, которая уже вернулась в свое нормальное состояние. Водные змеи растаяли в воздухе, оставив после себя лишь легкую морось. Мы с моим противником поклонились друг другу, выражая взаимное уважение.

Насколько же разными были тени Сиона и Сориндара. Если огненный практик даже при отсутствии эмоций был взрывным и источал намерение убить меня, то водный, напротив, был спокоен и предлагал не битву насмерть, а спарринг.

Я чувствовал себя полностью опустошенным, но одновременно и невероятно удовлетворенным. Этот бой дал мне бесценный опыт и понимание своих сильных и слабых сторон. Теперь мне нужно было время, чтобы восстановить свои силы и обдумать то, как я должен противостоять заводи и отражению.

Сион исчез, растворившись в воздухе как утренний туман. Я остался один в своем внутреннем мире, чувствуя, как энергия Цветка Восходящего Солнца продолжает наполнять мои меридианы.

«Это было невероятно, — подумал я, восстанавливая дыхание. — Но это только начало. Как только мои силы восстановятся, я повторю этот бой. И в следующий раз я буду еще сильнее».

Я закрыл глаза, погружаясь в глубокую медитацию. Передо мной стояла задача — не только восстановить потраченную энергию, но и максимально эффективно использовать силу Цветка Восходящего Солнца.

* * *

В глубинах древней обители клана Ли, где воздух пропитан ароматом благовоний и отголосками тысячелетних тайн, располагалась темница. Это было место, где даже самые могущественные практики теряли свою силу, скованные особыми цепями, гасящими духовную энергию. По сути, сами пленники подпитывали работающую в этом месте формацию, которую уже вряд ли кто мог повторить.

Тяжелая дверь темницы медленно отворилась, издавая протяжный скрип, словно жалобный стон. В проеме показалась высокая фигура мужчины, облаченного в роскошную мантию, расшитую сине-зелеными узорами, которые, казалось, двигались при каждом его шаге, подобно волнам и ветру на поверхности океана. Его черные волосы были собраны в тугой пучок на макушке, подчеркивая благородные черты лица и пронзительный взгляд темных глаз.

Это был Чжун Ли, глава клана Ли, один из сильнейших практиков своего поколения.

Чжун сделал шаг вперед, и свет из коридора на мгновение озарил темницу, выхватив из мрака фигуру женщины, сидящей на полу. Ее руки и ноги были скованы тяжелыми цепями, но даже в таком положении она сохраняла величественную осанку. Черные волосы, некогда блестящие и ухоженные, теперь спутанными прядями падали на плечи. Несмотря на возраст и условия заключения, красота Ли Мэйхуа не померкла — ее черты лица оставались изящными, а в глазах горел огонь непокорности. Как раз этим огнем она когда-то привлекала главу клана.

— Мэйхуа, — произнес Чжун, и его голос, обычно твердый и властный, дрогнул. — Мэй вернулась в земли клана. Теперь все встанет на свои места.

Услышав эти слова, Мэйхуа вздрогнула, словно от удара. Ее глаза расширились от ужаса, а затем наполнились яростью.

— ОНА ТВОЯ ДОЧЬ! — закричала женщина, ринувшись вперед, насколько позволяли цепи. — Ты не посмеешь навредить ей!

Чжун не ответил сразу. Он медленно повернулся к маленькому окну темницы, через которое пробивался тусклый луч света. Его взгляд был устремлен куда-то вдаль, словно он видел что-то за пределами этих стен.

— Ты уже ей навредила, — наконец произнес он тихо, но в его голосе звучала сталь. — Когда решила украсть великую реликвию клана Ли.

Мэйхуа покачала головой, ее глаза наполнились слезами.

— Без нее моя девочка погибла бы, и ты это знаешь! — воскликнула она, в ее голосе смешались боль и отчаяние. — Она и твоя дочь, Чжун!

Глава клана резко повернулся к ней, его глаза сверкнули.

— В мире практиков выживает только сильнейший, — произнес он жестко. — То, что ты обманом заставила мастеров объединить душу Мэй с Духом Морозного Ветра, делает тебя первым врагом клана. Ты заслуживаешь смерти, но жива лишь потому, что твой дальний родственник может, если того сам пожелает, отомстить нам. В тебе единственной еще есть кровная связь с ним, в дочерях она слишком слаба, чтобы иметь хоть какой-то вес. Уж