— Чего он?! — Мальчишка всё-таки обиделся на удар. Фередир, скатывавший одеяла, пожал плечами и тихо ответил:
— Не лезь, он думает и смотрит.
— Вы долго будете возиться?! — неожиданно окликнул их Эйнор раздражённым голосом. — Где костёр, где вода, завтрак где?! Поедете голодными, если через десять минут вода не будет кипеть!
— Что-то не то, — объяснил Фередир. — Давай скорей. Ты за водой, я — костёр.
— Угу, — кивнул Гарав.
Вода закипела даже раньше, чем через десять минут. От вчерашних уток осталась одна ножка, Эйнор сё брезгливо укусил, кинул у огня и стал бродить вокруг костра кругами. Нет, поведение его правда напоминало наркота, который ждёт дозу, Гарав даже испугался.
— На, — ткнул ему между тем половину ножки (со второй мясо было счищено наголо) Фередир. — Эйнор, ты будешь суп-то?
— Да, — отрезал тот.
То, что Фередир называл супом — Гарав уже познакомился с этим блюдом, — готовилось просто. В кипящую воду бросали шматок свиного жира, перетопленного с сухарной крошкой, тёртым вяленым мясом и такой же тёртой сухой зеленью и солью. Когда Гарав увидел шлёпнувшуюся в котелок припахивающую массу, он, хотя и был голоден, усомнился, стоит ли есть. Но суп этот был поразительно вкусным. Впрочем, сейчас он в горло не лез — Гарав заподозрил серьёзно, что нарушил своим навязчивым появлением какие-то планы Эйнора. Что у него эти планы есть и что они серьёзны, сомнений не оставалось.
— Поедем в Форност, — сказал Эйнор, за завтраком ни слова не проронивший. Гараву это название мало что говорило (вроде бы читал в книжке, но он не помнил даже, что это за место). А Фередир даже руки уронил:
— Куда?! — подавился он. — До Раздола — четыре дня пути!!! Это же обратно и на север!
— Твое дело — не протереть седло задом, — отрезал Эйнор неожиданно грубо. Фередир пожал плечами:
— Да я-то что. Но что мы будем жрать? Я на такие петли не рассчитывал. И потом, нас же трое теперь.
— Вот именно. И у третьего нет ни коня, ни оружия, ни вещей, — пояснил Эйнор. Фередир всем своим видом показал: да мне-то, как хочешь. Но Гараву удивлённо сказал:
— Запросто могли бы всё купить в Раздоле. Хотя… — Оруженосец поморщился. — Может, оно и к лучшему. Не видеть эльфов лишний раз.
— А что, они такие страшные? — Гарав вспомнил посаженного на кол и невольно вздрогнул всем телом.
— Нет, что ты… — Фередир собрал миски. — Коней седлай давай, я помою… Не страшные, красивые, мудрые… А только всё равно…
Он дальше ничего не стал объяснять.
* * *
Обратно ехать было скучно. Хорошо ещё, стоило рассеяться туману, как Эйнор как будто ожил. Мальчишки, вёдшие себя тише воды ниже травы, даже вздрогнули, когда услышали вдруг голос рыцаря — Эйнор пел на каком-то незнакомом и красивом языке. Гарав понял, что это эльфийский.
— Ого, у него настроение хорошее стало, — прошептал Фередир в ухо Гараву. — Слушай, он сейчас будет петь много.
Гарав кивнул.
Pella hísië, penna márórenyan iltuvima lár.Erya tenn' ambaróne sundarnályë — fírië, nwalmë, nár.Tular Valar mí silmë fánar.Meldanya curuntanen tá́nar.Minya Vard' elerrilë anta;miruvóre Yavanna quanta.Ulmo — losse ëaro, yalloAulë cára vanima canta.Nesso — lintessë, Váno — helma.Tula Melkor ar anta melmo.Erwa ná Feanáro hin,úner mа́га voronda nin.Hlara, melda carmëo aina,laurefinda vë Laurelin:ú-kenuvalyë tenn' Ambar-metta.Hlara enya métima quetta.Pella hísie, pella nen,tíra ilúvekéna hén.Indis.Engwa indëo olos.Naëva manina elya men.[35]
— Это песня Macalaurë Fëanáro-hino, — сказал Эйнор, закончив. — Не очень весёлая, но у этого великого певца было мало весёлых песен.
— Он был эльф? — спросил Гарав. Эйнор кивнул.
— Нолдо. Сын великого Феанора, сам великий воин и великий певец. Спеть ещё?
— Да! — Мальчишки выкрикнули это в один голос. Эйнор засмеялся, но тут же посерьёзнел…
Словно птицы на небе, летят облакаНад безмолвной морскою волной…А когда-то, с поры той минули века,Белый Град здесь стоял над скалой…[36]
— Ну что ты поёшь такие грустные? — огорчённо спросил Фередир и чуть пришпорил коня. Эйнор улыбнулся:
— Спой весёлую.
— Ну, не знаю, весёлую или нет, но точно пободрей спою! — задиристо отозвался Фередир. Подбоченился в седле (Гарав поёрзал, теснясь).
Я искал Границу Бури —А у бури нет границ…И с тех пор мой корабль танцуетПод настойчивый ветра свист.Белой чайкою рвется парус,Где ты был — там тебя уж нет…Даже имени не осталосьУ осколка древних легенд.И с тех пор меня мотаетПо морям, городам и войнам.Память льдинкой в ладони тает —И нет силы крикнуть: «Довольно!»В многих знаниях — много горя,Я — воистину Черный Вестник,Я играю чужой судьбоюС оголтелою бурей вместе!
Фередир присвистнул — без пальцев, но громко — и продолжал:
Но тебя ничто не удержит,Если ветер — твоя стихия.Если в сердце живет надежда —Объяснюсь ей тогда в любви я.У любви — очертанья бури,Ну а буря границ не знает…Это все, что еще могу я,Это все, что меня спасает.Снова поутру — стылый ветер,Для меня это — просто будни,И в каком я сегодня веке —Я узнаю только к полудню.Я, нашедший Границу Бури,Что границ не имеет вовсе,Листопадом в окне любуюсь.Снова осень, поздняя осень…[37]
— Спой ты, Гарав, — предложил Фередир, едва умолкнув.
— Я не умею, — покачал головой Гарав. — Совсем. Честно. Слушать люблю и… — Он чуть не сказал «…и стихи сочинять», но не сказал. — И стихи читать.
— И ещё много чего не умеешь, — заметил Эйнор. — Поразительно. Ну ладно, ты потерял память. Но уж тогда бы до конца!!! А то вот как жрать — ты помнишь, но при этом забыл, как седлать коня.
— Я из крестьян, — ответил Гарав «предположительным» тоном. — Коней видел только в запряжке. Может, у нас вообще на быках пашут? Не помню.
— Ну, честно сказать, что ты из просто крестьян, не похоже, — уже без смеха продолжал рыцарь. — Тебя учили владеть мечом, причём учили неплохо. У тебя получается.
— Угу, — буркнул Гарав. — Я заметил, когда с тобой дрался. Неплохо. Просто офигеть, как замечательно у меня получалось.
— Это ничего не значит, — ответил Эйнор почти равнодушно, без малейшего хвастовства и не обращая внимания на слово «офигеть». — С мечом в Кардолане меня могут одолеть два человека. И всё… Хотя коней ты, похоже, и правда видел только в запряжке. И практически не умеешь пользоваться щитом.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
