меня это был гонг. Я поняла, что проиграла.
(Подходит к станку.) Я могла бы еще потянуть. Еще что-то сделать. Но себя я бы уже не перепрыгнула. И ее тоже. Ведь жизнь — она, знаешь, как танец. Ее нельзя танцевать долго. Я жила разумно, но не умно. Ум жизни знаешь в чем? В неумении жить. Просто хотела сказать, что ты оказался прав, что оборвал все это сразу, одним махом. Разматывать бинт было бы больнее.
Р о с т и к. Теперь ты будешь слушаться меня.
Л я л я. Теперь я буду слушаться тебя и твоего Гургена, который свалился на меня как ворон.
Р о с т и к. Он сделал для тебя все.
Л я л я. Он сделал это для себя. И для тебя в том числе. Думаешь, не обманет?
Р о с т и к. Можешь считать, что ключ уже в твоем кармане.
Л я л я. Ключ в твоем кармане. Ты словно переродился. Должность, комната. Не женат, да еще с машиной… Ты завидный жених, Ростик.
Р о с т и к. Выходи за меня.
Л я л я. А возьмешь?
Р о с т и к. Надо подумать.
Л я л я. Я тебя брала — не думала.
Р о с т и к. Необдуманные браки знаешь к чему приводят?
Л я л я. Теперь знаю. Потянули ножку, девочки! Батман тандю. Гнемся назад, вбок, растянулись назад. И — раз! Эти мышцы загрузили. И — два! Не нравится мне все это. Я никогда не шла на такие дела.
Р о с т и к. На какие дела?
Л я л я. На такой вот туманообман.
Р о с т и к. Кого ты обманула? Кого?
Л я л я. Себя.
Звонок. Ростик идет открывать. Появляется З ы б к и н. Он еще тише и сдержанней, чем в прошлый раз.
З ы б к и н. Я не помешал? Я совершенно случайно… Ехал мимо, а водитель объявляет: «Пять углов». И я почему-то сошел. Безотчетно, знаете ли. А троллейбус ушел. И потом я понял, что, вероятно, так нужно. И решился зайти. Есть, знаете ли, минуты жизни, которые нельзя пропустить. Пропустишь — и тебя уведет куда-то в сторону от самого себя. А назад вернуться очень трудно бывает… Я, может, некстати?
Р о с т и к. В точку. У Ольги Павловны урок, она должна заниматься.
Л я л я. Нет-нет, заходите, я рада.
З ы б к и н. Вы ушли из театра, Ольга Павловна? Гляжу, портрет из витрины убрали.
Л я л я. Ушла.
З ы б к и н. Что же будет?
Л я л я. Меня пригласили в балет-ревю. Такая эстрадная группа. Им нужна солистка.
З ы б к и н. Так сразу?
Л я л я. Да, повезло. Ростик встретил их директора у бензоколонки. А тот уже знал о моей неявке. Они все всегда знают в первую очередь, эти директора. Он предложил, и мы согласились. Я как-то устала в последнее время. Хочется поменять ритм. Это полезно. Что же вы стоите? Садитесь.
Зыбкин молча смотрит на Лялю. Та оглядывается на Ростика.
Вот и все наши новости. Ростика он тоже берет администратором. Вот так, растем на глазах.
Пауза. Зыбкин молчит, глядя на нее.
Комнату ему обещали. Он же у меня прописан, своей площади у него не было. Такой случай, трудно отказаться, мы и подумали… Вы меня не слышите?
З ы б к и н. Ольга Павловна, я вас очень прошу… Пойдемте отсюда куда-нибудь. (Пауза.) Я никуда вас не зову. Но сейчас у нас с вами такое время — один неверный поворот, и все летит. И уже не поправишь. Можно не успеть. Надо увидеть то, что осталось впереди. Надо увидеть… (Пауза.) Я понимаю, вы замужем.
Р о с т и к. Наконец-то.
З ы б к и н. Но, по правде говоря, какой он вам муж. Надо менять жизнь. Круто. Иначе конец. Силы уходят, легкость уходит, молодость ушла. Искать уже поздно, надо находить.
Л я л я. Что я могу найти?
З ы б к и н. Себя. Новую, другую.
Р о с т и к. А меня тут нет?
З ы б к и н. Я говорю об этом так прямо, потому что понимаю вас как никто. Я тоже ухожу в отставку.
Л я л я. Сколько вам лет?
З ы б к и н. Сорок семь. Но надо жить дальше. Еще дальше, понимаете? Предела нет…
Л я л я. Как умер Чуваев?
З ы б к и н. Отказало сердце, была клиническая смерть. Почти три минуты. Его вернули оттуда. Он мне сказал: последнее, что я видел в жизни, была она. Потом он пошел на повторную операцию и уже не вернулся. Я обещал ему найти вас.
Л я л я. Как вас зовут?
З ы б к и н. Михаил Васильевич Зыбкин.
Пауза. Она смотрит на него.
Л я л я. Неужели это возможно?
З ы б к и н. Все возможно.
Л я л я. Я старею.
З ы б к и н. И прекрасно. Вы подошли к главному в жизни — к осмыслению.
Л я л я. Что мне делать?
З ы б к и н. Делиться.
Л я л я. Своим прошлым?
З ы б к и н. И будущим.
Л я л я. А здравый смысл?
З ы б к и н. Бог с ним, со здравым смыслом.
Р о с т и к. Ляля, я муж или не муж?
Л я л я. Не знаю. Ничего не знаю. Мы в разводе, Михаил Васильевич. Я вольна делать что хочу.
Р о с т и к. Ты сошла с ума! Это фиктивный развод, кавторанг! Фиктивный! Гурген сказал: ты можешь получить комнату как одинокий. И я стал одиноким. Получаю комнату, все объединяем назад — и все дела.
Л я л я (Зыбкину). Вы где живете?
З ы б к и н. В общежитии академии. На Морской. У меня тоже комната.
Л я л я. Была не была. (Собирает что-то в сумку.)
Р о с т и к. Ляля, а ревю? Гурген тебя убьет!
Л я л я. Меня нельзя убить, мальчик. Меня уже нет.
Пауза.
З ы б к и н. Я возьму раму?
Л я л я. Возьми.
Зыбкин надевает раму по-военному на плечо.
Нет-нет! Куда же я пойду из своего дома? Я не могу отсюда уйти. Зачем же это я пойду с вами? Зачем? Вы здравый человек, скажите мне… Зачем? Какой-то дурацкий сон. Я оступилась и падаю и никак не могу упасть. Я хочу упасть. (Резко.) Ну что вы столпились? Идите куда-нибудь, мне надо работать. Я старая больная женщина, мне надо работать, иначе я сдохну. (Подходит к Зыбкину.) Идите, прием окончен.
Зыбкин снимает раму, молча уходит. Ляля выкидывает из сумки вещи.
Р о с т и к. Ляля!..
Л я л я. Все ха-ре…
Пауза.
Р о с т и к. Гурген сказал, что косковые туфли можно не брать. Бери с каблучком.
Л я л я. Он что, будет просматривать меня?
Р о с т и к. Просто хочет с тобой познакомиться.
Л я л я. Если он вздумает мне диктовать, я повернусь и уйду. У меня есть для них одна идея. Если они пойдут на это, — я готова на все. Нет, я все-таки возьму коски. (Берет бальные туфли.) Значит, ты не винишь меня?
Р о с т и к. За что?
Л я л я. Что я пуста. Включи музыку.
Ростик включает магнитофон.
У меня ко всем вам материнское чувство, это ужасно.
В окно заглядывает Г а л к а.
Г а л к а. Люди, у вас водички нельзя набрать?
Р о с т и к. Берите.
Галка с ведром перелезает в комнату.
Г а л к а. У всех окна закрыты, а у вас настежь. Не работаете, что ли?
Р о с т и к. Долго вам еще возиться?
Г а л к а. Мы не возимся, мы
