пристань, где всегда можно спастись!
– Да я, если честно и сам думал об этом, просто Эля не хочет. Говорит, что мне тут лучше, а значит, и ей тоже!
– Бедная девочка! – Оксана Борисовна сжала руки, на секунду представив между ними муху в образе «бедной девочки», – Как она переживает, что не справится с хозяйством, с готовкой! Ну, ты же должен ей помочь преодолеть этот стресс! Видишь, она же даже есть тут не может!
Кивок на стол с чистой Элечкиной тарелкой только подтвердил правоту матери, и Александр ощутил прилив вдохновения, узрев пред собой свет истины!
– Точно! Я так и сделаю! Ну, конечно! Все эти слёзы и нервы именно из-за стресса!
Саша всегда так любил понятные решения, особенно когда они были ему удобны, и для него безопасны!
Именно поэтому Элечка, вернувшись с балкона в превосходнейшем настроении, была осчастливлена решением Шашули собирать вещи и быть готовой к переезду в ипотечную квартиру.
Нет если бы не звонок Гриневского, она бы всем устроила… но необходимость играть на несколько фронтов Элю чуть сбивала с выбранного направления. Она, разумеется, справится и с этим, но надо было время для построения стратегии и тактики, а его-то пока и не было.
Так что её возражения с доводами были откровенно слабыми, и в расчёт не принимались.
Оксана Борисовна улыбалась из-за плеча Шашули с доброй улыбкой паука – крестовика, а сам Шашуля был решителен и полон сил.
– Ну, ладно же! Если мне понадобится всё отыграть назад, и не сомневайтесь! Я-то уж это точно сделаю, – прищурилась Элечка.
– Не сомневаюсь, но надеюсь, что ты перетопчешься! – ответил ей выразительный взгляд вредной тётки.
Саше везло – арендаторы неожиданно без возражений съехали даже раньше срока – рядом подвернулся удачный вариант сдающейся квартиры, правда, пришлось им за это заплатить, но с точки зрения Александра, дело того стоило.
Даже Арина почему-то не возражала против вселения Саши и Эли в двушку, правда, успела туда наведаться до переезда, и врезать замок в одну из комнат.
– Вредничаешь? – почти весело осведомился Александр, обнаружив запертую комнату и позвонив практически бывшей жене.
– Нет, что ты. Просто блюду свои интересы! – так же весело отозвалась Арина. – Имею право, знаешь ли. Ты помнишь, что у нас скоро заседание суда по разводу?
– Помню, конечно! Непременно буду, – с энтузиазмом отозвался Александр, покосившись на кухню, где Эля раскладывала на тарелках салат. Энтузиазм представил их будущую жизнь, вымощенную весёленькими зелёненькими листиками, расцвеченную разговорами об искусстве, экспериментальной музыке и инсталляциях, и стремительно начал загибаться.
Глава 16. Докторской колбасе в краковскую не свернуться
– Да… как-то я иначе это себе представлял… – рассуждал Александр.
Желудок жалобно рассказывал хозяину о том, что он – существо приличное, ни в каком постоянном травоядении раньше не замеченное.
– Ну, ладно, мяса нет… ну, хоть картошку-то можно?
Александр представил себе здоровенную сковороду жареной картошечки и желудок возмутился такими фантазиями без реальных на то оснований – едой-то и не пахло!
– Элечка… а, может, ты картошку нам сделаешь? Жареную?
От расширившихся в ужасе Элиных глаз Александр чуть не застыдился, но есть хотелось всё сильнее, тут уж не до скорби о собственном несовершенстве!
– Саша, что ты? Как можно? Это же вредно-вредно! Картошка – вообще пища только для скота! Там же один крахмал!
– Ничего о скоте не знаю, а я бы съел с удовольствием! – заявил Александр, как-то уже поменьше впечатлённый следующим взглядом – приелось, наверное… – Ладно, если не картошка, то что мы будем есть?
– Саша… – укоризненно-разочарованный взгляд наполнился слезами. – Раньше ты таким не был! Тебя настроила твоя… твои…
– Эль, меня никто не настроил! Я просто есть хочу!
– Но раньше…
– Раньше я расставался с тобой и шёл домой! А там всегда была еда! – рассердился Александр, которого толком не кормили уже пятый день.
Да, кафе и рестораны никто не отменял, но… Но дома-то должна быть еда!
Эта уверенность подпитывалась предыдущим опытом Сашенькиной жизни.
Когда он жил у мамы – его исправно, много и вкусно кормили.
Когда он жил дома с женой… в смысле с первой, на данный момент уже почти бывшей женой, его тоже кормили! Исправно, много, вкусно и разнообразно!
И никогда он не жил так, чтобы его вообще не кормили. С точки зрения Александра, пяток креветок, восемнадцать проростков горчицы и салатный листик, сбрызнутый лимонным соком и капелькой оливкового масла никак не могли накормить здорового мужчину в возрасте сорока трёх лет, честно отработавшего день на весьма нервной работе.
– Саша! – Эля смотрела на него, нервно прижимая изящные ладони к груди, – Раньше ты так не говорил!
– Да я раньше так и не думал! – признался Александр.
– Вот и дальше не думай! – предложила Эля.
– Не могу! Есть хочется! Ну, ладно… дай мне пару помидор, оливковое масло, лук и хлеб, я хоть так поем…
– Хлеб? Есть зерновые булочки… – Эля кивнула на крошечные булочки, утыканные злаками, словно ёжики. – Обычный хлеб есть нельзя!
Ну, конечно, он не выдержал… хлопнул по столу ладонью, схватил смартфон, заказал себе обильный и сытный ужин с доставкой, машинально прикинув, что как-то дороговато выходит – он же Эле оставил деньги на питание.
– Эль, а как же у нас нет еды, если я тебе деньги оставлял? – автоматически удивился он. К сожалению, вслух…
– Как это нет? У нас много еды! – она гордо распахнула холодильник, заполненный прозрачными упаковками с проростками и пакетами с салатами, изысканными бутылочками с натуральными йогуртами, стоящими как полкоровы, и представляющими из себя всего лишь скисшее коровье молоко…
Вместо хлеба в шкафу были вышеупомянутые булочки и куча упаковок с хлебцами разной степени странности.
– Водоросли с кунжутом… – глубокомысленно протянул Саша.
– Ты же это ел, и тебе нравилось! – напомнила ему Эля.
Саша смутно помнил какую-то хрустящую пакость, которою он жевал, изображая бурный восторг – чего только не сделаешь для того, чтобы поразить воображение девушки, которая сильно нравится. Только вот… только вот потом-то никто не рассчитывает ЭТИМ питаться!
– Элечка, я мог такие гм… продукты время от времени есть, но постоянно я не могу! Понимаешь? – эти разговоры происходили уже не первый раз, но толку от них больше не становилось.
Эля надулась, но тут у неё позвонил смартфон, и она умчалась разговаривать о каком-то дизайнерском проекте.
– Что она там может надизайнерить… – удивлялся Саша, с аппетитом уписывая доставленный ужин, – Эх… как же ей объяснить-то, что если уж она не работает, то пусть хоть готовит, что ли? Только не вот это… дизайнерско-молекулярное нечто! – он неодобрительно покосился на тарелку со своим «ужином», поданным Элей.
Нет, раз в несколько дней изобразить восторг от вот такого приёма пищи он мог, но при учёте дальнейшего насыщения нормальной едой. Без последнего условия вся прелесть от жевания травы и креветочных
