Раздается СВИСТ.
ИНТ. САЛОН ПОЛИЦЕЙСКОГО «УАЗА». ВЕЧЕР
Машина едет по лесной дороге. В салоне – Капитан, Соня и баба Нюра. На улице уже почти совсем темно, дворники на лобовом стекле сметают прозрачные дождевые кляксы, вода струится по бокам. Машину качает на ухабах. В лучах фар начинающийся сразу у обочины лес кажется сплошной стеной.
Соня сидит и смотрит в телефоне фотографию: Лиза и Тема на мотоцикле. Ее губа закушена.
КАПИТАН
Что б вы без меня делали-то, бабоньки? Еще и в ночь поперлись. Ну в самом деле, а? Ладно эти, городские, но ты-то, Анна Петровна…
БАБА НЮРА
Господь убережет.
КАПИТАН
Ага. Подружку-то их он че-то не уберег.
Он хмыкает, ухмыляясь.
Машина выкатывает из леса, и становится видно размазанное туманом огромное, на полнеба, зарево от Комбината. Соня смотрит на него зачарованно.
СОНЯ
Красиво даже…
БАБА НЮРА
(сплевывает, крестится)
Адова кузня…
КАПИТАН
Хороша ты. Сама на их доплаты живешь, а все – а-адова… Да весь район бы с голоду друг друга пережрал, если б не…
Вдруг в свете фар впереди на дороге мелькают две мужские фигуры. Они дерутся. Капитан бьет по тормозам.
КАПИТАН
Опа. Это еще что такое?
ЭКСТ. ЛЕСНАЯ ДОРОГА. НОЧЬ
В свете фар остановившегося в десятке шагов «УАЗа» Денис и Макс обмениваются ударами. Денис подсекает Макса, тот падает на землю, Денис пытается пнуть его в живот, но Макс хватает его за ногу и валит наземь тоже, а потом седлает и принимается метелить кулаками. Дождь не иссякает.
КАПИТАН
Э! А ну, отставить хуйню! Кому сказал?!
Капитан подбегает к ним, пытается оторвать Макса от Дениса, но тот уже ничего не соображает. Тогда Капитан выдергивает пистолет и стреляет в воздух.
Макс вжимает голову в плечи и обалдело оглядывается. Денис спихивает его с себя.
КАПИТАН
Вы озверели тут совсем, что ли?!
Денис садится. Оба смотрят на Капитана дико, тяжело дыша.
КАПИТАН
Какого хера вообще тут происходит?!
ДЕНИС
Так… так… так просто…
ИНТ. ПОДВАЛ В ДОМЕ ПРОПАВШЕГО
Эля сидит, прижавшись к стене. Слышит шаги – под чьим-то грузным телом скрипит лестница. Шаг. Шаг. Шаг. Эля наводит фонарик – и в его отсветах мы видим – силуэтами, тенями…
Грубые шнурованные ботинки тяжело ступают по деревянным ступеням. Рука в перчатке держится за поручень.
ЭЛЯ
Кто это?!
Она пытается выхватить лучом телефонного фонарика лицо человека – и когда то на секунду оказывается видно, Эля визжит от страха. Лицо кошмарно изуродовано, оно покрыто язвами и волдырями, выглядит как сгоревший блин.
Телефон выпадает у Эли из рук, и свет гаснет.
ИНТ. ДОМ БАБЫ НЮРЫ. НОЧЬ
Денис и Макс сидят по разным углам, пялятся в пол. Соня прижала платок к губам, смотрит испуганно на них. Капитан стоит злой.
КАПИТАН
Что значит – нету?
ДЕНИС
Ну как… Я проснулся, их не было никого. Я под таблетками своими… Прибило меня. Проснулся, уже темно…
СОНЯ
Она просто тут гуляла… По улице… Вот здесь вот…
МАКС
Катя тоже просто во двор вышла.
ДЕНИС
Бред какой…
МАКС
Давайте, значит, домá еще раз прочешем все.
КАПИТАН
Жопе слова не давали. Чтоб сегодня никто на улицу не совался у меня, ясно?
МАКС
Ну и что, мы просто сидеть тут будем?
КАПИТАН
Так, ну-ка! Значит. Я был сегодня в центре. Запросил подкрепление. Завтра-послезавтра будут. А вас первым поездом…
МАКС
Я сказал, что я никуда… Если и Эля еще…
КАПИТАН
Опять двадцать пять! Яп-понский городовой!
Макс достает телефон, включает камеру и наставляет ее на Капитана.
МАКС
На чем мы в тот раз остановились, значит? Представьтесь, пожалуйста, товарищ капитан…
КАПИТАН
Да пошел ты!
Замахивается рукой, собираясь выбить телефон у Макса из рук, пытается достать его, но Макс уворачивается.
МАКС
Давай-давай! Как только он у меня сеть поймает, тут твоя голова и покатится. Сразу в Москву бомбану видос, на «Моську». У нас жареное любят.
Входит баба Нюра. Капитан опускает руки. Макс отталкивает Капитана с прохода и выбегает вон.
КАПИТАН
Слышь, без самодеятельности!
ЭКСТ. ДОМ ИНВАЛИДА. ПОЗДНИЙ ВЕЧЕР
Дождь расходится. У сидящего на завалинке коматозного деда мокнет и темнеет одежда, капли падают на сложенные на коленях руки. Дед не шевелится.
ЭКСТ. ДЕРЕВНЯ ТОПИ. ПОЗДНИЙ ВЕЧЕР
Уличное освещение и свет в домах мигает одновременно – и одновременно гаснет. Остается только один источник света – зарево от Комбината на горизонте.
ИНТ. ДОМ АРИНЫ. ПОЗДНИЙ ВЕЧЕР
Ирина – Аринина мать-идиотка – сидит на полу, играет в грязных и облысевших пупсов. Поит их водой, как будто это чай, льет на пол. Арина стоит перед старым трюмо, глядится в зеркало. Горят свечи. Она подводит себе ресницы тушью. Выглядит это все так, будто девочка добралась до маминой косметики, пока той нет дома. Ирина смотрит на нее с пола, тянет к ней руку, улыбается дебильно, гугукает.
ИРИНА
Ма-мммма… Ма-мммма…
Арина смотрит на нее в зеркало, потом начинает мазать тушью криво, размалевывая себе все лицо. Странная сцена – будто в каком-то нехорошем мороке… Прерывается она внезапно
ГРОМКИМ СТУКОМ В ОКНО – таким, что стекло дребезжит.
Арина вздрагивает. На ее лице – испуг, настоящий, неподдельный. Она хватает полотенце, вытирает с лица помаду. Оборачивается к Ирине.
АРИНА
Уберись в спальню! Слышь меня?!
Она стирает тушь резким движением. Задувает свечи – и в темноте крадется вперед, к окну. Видит, как через окно внутрь бьет луч света – будто от маленького фонарика.
ЭКСТ. ДОМ АРИНЫ. ПОЗДНИЙ ВЕЧЕР
У окна стоит Макс, светит внутрь фонариком-вспышкой с обратной стороны телефона.
У соседнего окна сдвигаются в сторону занавески – из мрака всплывает Аринино лицо. Испуганное, напряженное. Видит Макса, исчезает в темноте снова. Еще через несколько секунд окно, в которое стучал Макс, распахивается. На Арину надето совсем другое выражение… Словно ее застали за чем-то неприличным.
МАКС
Привет… Впустишь? А то тут мокро.
ИНТ. ДОМ АРИНЫ. СЕНИ
Арина в дверях – загораживает Максу проход внутрь дома.
