клещами что ли надо тянуть?
— Интересовался про тебя…
— Что? Так и спрашивал: Что вы можете рассказать про Максима Шварца?
— Нет. Он спрашивал про парня, которому по башке дали и квартиру обнесли?
— И как она его описала?
— Ну… Если так, как она говорила, то очень похоже на того… Помнишь, он издали тебе рукой помахал, а ты сказал, что его зовут Фирс и ушёл…
— Опиши мне его поподробнее!
* * *
С его слов, это просто какой-то мальчик-мажор получается. Джинсы, импортная ветровка. Кроссовки адидасовские и кепка, как у спортсменов. Я так понял, про бейсбол в Союзе ещё мало кто слышал, и кепка-бейсболка пока просто спортивная кепка.
Так что пока мне про Фирса стало известно следующее: Рост около метр восемьдесят, спортивного телосложения, не худой и не толстый. Прикинут по фирме, симпатичный. Это, конечно, со слов какой-то неизвестной мне пока Ленки Кутеевой. Как мне сообщил Сергей, она учится на год нас старше и всем даёт. Интересно, что он про меня рассказывает всем подряд?
Такого кадра, как этот Костриков, надо держать подальше от себя, чтобы он ничего нового обо мне не мог никому натрепать. Но периодически подтягивать его, чтобы он про всех остальных докладывал. Блин, готовый ментовской агент. А к тому же он ещё и трус. Стоит на него замахнуться, он сразу готов обсериться и всё рассказать. Ну, или сперва расскажет, а потом уже всё остальное… Я уж не знаю, в каком порядке в его организме протекают всякие физиологические процессы.
— Серый! Если ты ещё про меня кому-нибудь, хоть что-нибудь расскажешь…
— Да ты чё, Максим! Да я… Мы ж с тобой, Макс, друзья, за одной партой сидим… Я никогда… Зуб, даю. — он щёлкнул ногтем по верхним передним зубам.
А вот это он зря сделал.
— Зуб? — переспросил я. — А за базар ответишь?
— Чего? — непонимающе посмотрел он на меня.
— Ладно. Проехали. Если чего ещё узнаешь, сразу ко мне! Я тут дома буду всё время. Мне врачи запретили из дома выходить.
— Хорошо… Макс! А ты не мог бы мне дать немного денег? Ну, хотя бы…
— А ты не охренел? Ты у меня всё время деньги берёшь, и я что-то не помню, чтобы ты торопился долги возвращать.
— Но ты же и так ничего не помнишь…
— Не помню. А ты помнишь, что мою квартиру ограбили и всё украли… Откуда деньги? Ты об этом подумал? Батя хавчик привёз и всё… Я тут последний хрен без соли доедаю, а ты у меня денег просишь. А сам не хочешь мне бабла подкинуть? Хотя бы долги вернуть… А?
— Но ты же сказал, что если я тебе всё расскажу про то, что ты забыл, то ты мне долг простишь…
— Я не понял: Это у меня в памяти провалы или у тебя? Ты что забыл, что мы потом пошли и увидели, что у меня квартиру вскрыли и бабушку убили? И ты теперь херню всякую несёшь тут…
— Я не подумал.
— А ты думай иногда. Это полезно для здоровья. Вали уже на хрен! Башка от тебя болит. Спать буду…
* * *
Избавившись от надоедливого собеседника, я навёл порядок в квартире после своего ненавязчивого обыска. Хотя я особо и не шмонал ничего. Так… По поверхности пошарил и всё…
Так… Что у нас там в активе? Двести десять рублей… Плюс та мелочь, что в кармане была. Старинные цацки с камнями. И перстень, уже без камня… Я бросил на ладонь пару серёжек с крупными голубыми камнями, не знаю, сапфиры это или ещё что… Хотя, кажется, сапфиры более синие. А это… Да какая разница? Будем считать, что это всё украли злодеи. А злодеев я постараюсь отыскать и наказать. И за шишку на моей голове, и за бабушку. А за неё особенно. Сволочи. Не прощу!
А то, что Фирс меня ищет, наводит на определённые мысли. Во-первых: Если мы с ним так плотно общались, то почему он просто расспрашивает, а не следит за адресом? Это было бы куда как проще. Но знает ли он адрес? Если он участвовал в нападении на меня, а потом и в ограблении квартиры, то знает, конечно.
Но вот возникает вопрос. А если он был только посредником. Свёл меня с деловыми людьми и ушёл в сторону. Может поначалу он и покупал у меня кое-какие кассеты с записями, а потом… Тоже ведь вариант имеет место быть.
Тогда и возникает законное, во-вторых: Если он не при делах, то с ним обязательно надо пообщаться, чтобы выяснить личность тех, с кем он меня свёл.
Блин. Пока я размышлял на всякие детективные темы, камни их серёжек исчезли. А я ещё подумал, чего это мне так хорошо… Как будто стопарик на грудь принял, причём не какой-то сухой кислятины вроде рислинга, а кое-что покрепче ликёра.
Но я так и не понял, как такие крепкие вещи, как драгоценные камни, имеющие довольно-таки высокую кристаллическую твёрдость, растворяются, как снег на ладони. Да что там снег. От него хоть лужица воды останется. А эти исчезают совсем без остатка. Тут точно без магии не обошлось.
Кстати, о магии… Я снова пошёл в ванную комнату. В квартире это наименее пожароопасное место. Максимум что может сгореть, это мочалка с полотенцем и деревянный стульчак на унитазе. Но слегка подумав, я решил не тратить ману на создание огненных шариков, а попробовать что-нибудь другое. А мне кажется, что от старинных камней маны я получил чуть ли не больше, чем тогда моя подруга-ведьма от всякого ширпотреба.
Я сел на край ванны и задумался. Моё внимание вдруг привлекла муха. Обычная такая муха, неизвестно как залетевшая в квартиру. Вроде бы на кухне я видел на форточке марлевую преграду для таких летающих тварей.
Сейчас её было хорошо заметно, потому что она села на белую кафельную плитку. Я уставился на неё, стараясь получше её рассмотреть…
Внезапно изображение мухи приблизилось ко мне так близко, что я не ожидав такого отшатнулся. Ну а так, как я сидел на краю ванной, то тут же упал назад, снова ударившись затылком, и оказался в очень неудобном положении. Ноги кверху, жопа в ванной, а я поперёк, и… И хорошо, что воды в ванной не было. А то
