чернильница.
В своих тонких мягких туфлях я практически бесшумно иду по сверкающему светлому паркету, а вот тяжелые шаги Рэгвальда громко прокатываются по пространству кабинета. Мы идем с мужем молча рука об руку, как когда-то к алтарю, чтобы зажечь клятвенные руны.
Я искренне верила, что это самое лучшее, что могло со мной произойти. Я была счастлива: в груди полыхало, будто взрывались фейерверки, с губ не исчезала глупая улыбка, я ждала, что так будет всегда.
Кто мог знать, что настанет момент, когда мысли о том, что меня предали, будут выжигать меня изнутри, мучить, лишать сна и надежды на будущее.
— Леди Селена, — Рэгвальд касается моего плеча, а я вздрагиваю. — Позволь…
Он проводит кончиками пальцев от плеча к кисти. Сквозь ткань едва-едва проступают капельки пота: я только сейчас почувствовала, что, когда упала, ободрала руку. Но там, где проводит Рэгвальд, чуть заметное жжение проходит. Он меня… лечит?
— Так-то лучше, — чуть подняв один уголок рта, говорит мужчина.
Только в глазах золотое сияние становится теплее, а от руки в разные стороны разбегаются мурашки и волны трепета. В глазах слегка темнеет, чувствую, как ноги начинают подгибаться, и муж легко успевает поймать и поддержать меня.
Прикрываю глаза, восстанавливая дыхание, сердцебиение и равновесие. Справляюсь с тем, как качается комната.
— Тебе плохо? — с тревогой спрашивает Рэгвальд, готовый подхватить меня на руки.
— Все уже в порядке, благодарю. — Упираюсь ладонью в его твердую, мускулистую грудь, вдыхая его островатый, свежий и немного терпкий запах.
Он неохотно выпускает меня из рук как раз в тот момент, когда в кабинет входит Керни.
— Леди Селена? Все в порядке? — сразу же напрягшись, задает вопрос песец.
— Просто голова немного закружилась, — отвечаю я, чтобы успокоить его.
Но лучше бы молчала!
— Может, вам прилечь? Врач говорил, что в вашем положении нужно больше отдыхать!
Глава 40
Цветы
Я мгновенно перевожу взгляд на Рэгвальда. Не могу понять выражения его лица, только как-то неуловимо меняется взгляд. Он все же подхватывает меня на руки и, держа аккуратно, но уверенно, подносит к дивану у камина в углу, рядом с дверью. Я даже их не заметила сразу, так была воодушевлена огромным окном и количеством книг в шкафу.
— Раз так тебе сказали, зачем ты бегаешь по темным пустынным коридорам одна? — упрекает меня Рэгвальд. — На месте твоего мужа я бы не позволил тебе…
— Вы не на его месте, — грозно обрывает Керни. — И я полагаю, это очень неприятно леди Селене, слышать такое о своем покойном муже.
В глазах дракона мелькает боль и тоска. Неужели сочувствует? Или жалеет, что меня уже не сделать своей очередной любовницей и объектом для вынашивания наследника?
— Прошу прощения, леди Селена, — он кратко кивает и одним легким движением разворачивает диван так, чтобы я могла лежать и в то же время общаться с ними. Удивительно, но я при этом действии даже не испытываю дискомфорта. — Ваше Величество, тогда предлагаю быстрее завершить разговор и позволить леди отдохнуть от всего произошедшего.
Керни недоверчиво смотрит на дракона, но не спорит.
— Ваше Величество, — я чуть пододвигаюсь вверх, чтобы удобнее устроиться в полусидячем-полулежачем положении. — У меня есть предположение, как можно попытаться помочь Диким.
Керни плотнее закрывает двери и прислоняется к ним плечом.
Рэгвальд отходит к окну и складывает руки за спиной. Понимаю, что я слишком долго задерживаю на нем свой взгляд. Но я не могу оторваться, потому что меня до сих пор завораживают его широкие плечи, подчеркнутые идеальным кроем сорочки. Его камзол же так и остался где-то в столовой…
Демоны! О чем я думаю?
— Так вот, — дрожащими руками поправляю юбку, чтобы лучше прикрыть ноги, и облизываю губы, пересохшие от волнения. — Леди Делирия сделала Вашему Величеству очень неоднозначный подарок. Я понимаю, что это можно было расценить как скрытую угрозу… Но у этих цветов есть способность не только заглушать одну из ипостасей, но и пробуждать ее. При особом способе приготовления. И если вторая ипостась Диких только спит…
Керни отталкивается от дверей и приближается ко мне. В глазах — надежда и в то же время недоверие.
— И вы… Знаете этот способ? — напряженно, немного сдавленным голосом спрашивает он.
Рэгвальд пытается казаться расслабленным, но судя по тому, как сжаты его кулаки и проступают рельефные мышцы спины сквозь сорочку, понятно, что это напускное, и он внимательно вслушивается в разговор.
— Знаю, — я медленно киваю. — Матушка была искусным магом-зельеваром.
Я говорю и прикусываю язык. Вот глупая! Слишком. Слишком много пересечений со мной настоящей, с Айлин. Но сказанного не воротишь.
— Правда? — удивляется Керни. — Как жаль, что в свое время ее не приблизили ко двору. Возможно, тогда Диких было бы меньше…
Я задумываюсь над этим. То есть они являются болью и проблемой оборотней? А ведь это же боги наказали всех их за серьезные провинности. Будет ли мое предложение против воли богов? С другой стороны… Не зря же я оказалась тут. Не просто так же я встретила Керни. Может ли такое быть, что тот самый серебряный олень привел песца ко мне именно ради этой проблемы? Как же все запутанно!
Решаю довериться велению сердца.
— Можно посмотреть, как зелье сработает на том Диком, которого вы поймали, — предлагаю я. — Я сделаю в этот раз сама, а потом, если все выйдет так, как должно быть, передам рецепт вашему придворному травнику. Возможно, у вас получится найти способ помочь тем Диким, которые обитают в окраинных степях.
— Значит, так тому и быть. — Керни направляется к своему столу и сразу же что-то записывает. — Я подготовлю все для того, чтобы завтра с самого утра мы могли начать работу. Но сегодня вам надо отдохнуть.
Я порываюсь сказать, что я в полном порядке, и могу приступить хоть сейчас, но Рэгвальд понимает, что я собираюсь сделать, и пресекает мою попытку.
— Я провожу леди Селену до покоев и позабочусь о том, чтобы она не решила сбежать куда-то по дороге. — Он отходит от окна и подает мне руку.
— Да, господин Орланд, буду вам благодарен. Мне сейчас придется заняться другими проблемами, — отрешенно кивает Керни, уже явно решая, как правильно ему выстроить цепочку действий.
Тяжело вздохнув, принимаю руку Рэгвальда и чувствую, как аккуратно он меня поддерживает. Давно… Как же давно я ощущала эту нежность с его стороны, и как же больно осознавать, что она сейчас достается совсем другой. Натягиваю на лицо благодарную улыбку, а на сердце такая тоска, хоть вой.
Мы молча выходим из
