— Светлого дня, Шейн, — произнесла Афаниэле глубоким и мягким голосом.
— Светлого дня, Афаниэле, — также приветствовал ее он, низко склонившись, и прижав правую руку к сердцу.
Афаниэле подошла к нему и он выпрямился, прямо смотря ей в глаза. Она улыбнулась, потом обняла Шейна за плечи и прижала к себе. Авари молчал, чувствуя себя неловко.
— Мой брат был щедр, даря нам четыре часа на общение, но все же, боюсь, нам и этого времени будет мало. Поэтому не будем его терять, — она потянула Шейна ко второму креслу в нише окна. Когда они сели, она вновь посмотрела на него своими чарующими глазами и спросила:
— Как ты все это перенес, Шейн?
Юный авари немного помолчал, потом произнес:
— В целом, хорошо. Сама мутация была довольно мучительна, — он слегка нахмурился, вспоминая, мягко говоря, неприятные ощущения, сопровождавшие перестройку организма.
— Могу представить, — женщина кивнула, — когда-то очень давно, я сама прошла подобную мутацию. Конечно, у меня не было столь кардинальных изменений, как у тебя, все же, это аварийский протокол, изначально разработанный для авари. Мы используем его для усиления наших природных способностей. Твой вариант конечно был намного жестче. — Афаниэле сочувственно посмотрела на Шейна.
Тот легко пожал плечами.
— Я справился. Дальше было уже не так тяжело.
Герцогиня кинула на него проницательный взгляд.
— Я слышала от брата, от Арендиля, — уточнила она, — что у тебя проявился целый набор способностей. Причем, как утверждает он, ты еще и осваиваешь эти способности поистине огромными шагами.
Шейн вновь кивнул. Афаниэле с энтузиазмом хлопнула ладошкой по подлокотнику кресла.
— Очень интересно! Ты не мог бы продемонстрировать мне что-нибудь, пожалуйста?
— Хорошо, что ты желаешь увидеть?
— На твое усмотрение, — она улыбнулась и с ожиданием уставилась на него.
Шейн на минуту задумался, а потом решил — была не была, попробует использовать знания, которые он получил от Хранителя по управлению потоками энергии, пронизывающими Вселенную.
Шейн прикрыл глаза и расслабился, настроив дыхание. Потом открыл глаза и перешел на истинное зрение. Вычленил несколько подходящих по цвету, структуре и энергонасыщенности потоков, и стал тщательно выплетать кружево своего творения с точкой реализации в воздухе между ним и Афаниэле. Потом закольцевал и закрепил энергетический канал.
Герцогиня затаив дыхание, наблюдала широко раскрытыми глазами, как в воздухе перед ней начинает появляться некое светящееся уплотнение, постепенно приобретая форму и наполняясь цветом. Через несколько минут форма того, что создавал Шейн буквально из ничего, наконец приобрела законченные черты. И на колени Афаниэле опустился удивительный цветок, на тонком темно-зеленом стебле, с нежными, светящимися синими лепестками и яркими золотыми искрами внутри чашечки. Она неверяще смотрела на него, потом аккуратно взяла двумя руками и с восхищением стала рассматривать. Поднеся цветок к лицу, она почувствовала нежный изысканный аромат, легкими флюидами распространяющийся вокруг.
Шейн удовлетворенно смотрел на нее, любуясь точеными чертами лица и искренним восторгом в ее глазах.
— Этот цветок никогда не увянет, он всегда будет таким, потому что был создан из чистой энергии. Это мой дар тебе, бабушка. Хотя его красота никогда не сравнится с твоей. — Шейн легко поклонился.
— Это чудесно, мой мальчик, — Герцогиня встала и подойдя к одной из полочек, сняла оттуда небольшую хрустальную вазочку. Потом поставила цветок в вазе на подоконник. — Удивительное искусство! Благодарю тебя за этот дар! — Она на мгновение отвернулась от Шейна, украдкой вытерев слезу. Потом повернулась к нему вновь.
— Прости, я расчувствовалась. В последние годы я начала становиться сентиментальной. Наверное, действительно, подхожу к закату своей жизни.
Тут Шейн встал и плавно подошел к женщине, стоявшей у окна и смотревшей на цветок. Потом несмело взял ее руку и склонившись, поцеловал пальцы.
— Афаниэле, это просто цветок, крохотная часть моей благодарности. Благодарности за то, что ты дала жизнь моим предкам и мне, за то, что сразу приняла. Будучи человеком, я не чувствовал столь глубоко и полно. Теперь же для меня чувство принадлежности к роду, чувство семьи и личной поддержки перешли на совершенно другой уровень восприятия. Это не отменяет моей любви к моим родителям-людям. Я всегда буду любить их, и заботиться по мере моих возможностей. Но теперь и вы — моя семья, во мне как будто говорит голос крови. Я чувствую всех вас, когда вы рядом, словно мы одно. Когда мы далеко друг от друга, я все равно ощущаю эту связь на расстоянии, не столь остро, но столь же крепко и нерушимо.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Женщина, обняла его одной рукой и, чуть приподнявшись, поцеловала в лоб, потом отступила и села в кресло. Предложив Шейну напитки, и наполнив бокалы светло-красным соком из амаранта, она откинулась на спинку. Далее их беседа была неспешной и наполненной вопросами и ответами. Шейн подробно рассказывал о своей жизни на Земле, о своих путешествиях по другим планетам. Отвечал на вопросы о личной жизни, и задавал, в свою очередь вопросы о жизни здесь. Афаниэле кратко описала ему так называемый Ближний Круг, состоящий из самых близких родичей. Рассказала немного о своей жизни и о том, как познакомилась с первым предком Шейна, Агнаром Гейррёдсоном. Так прошло три с половиной часа. Время пролетело незаметно.
— Шейн, Император уполномочил меня представить тебя нашему Ближнему Кругу. Все, кто сейчас здесь, во дворце, уже собрались у меня в кабинете. — Она поднялась с кресла, и расправив складки платья, протянула ему руку.
Шейн также поднялся вслед за Афаниэле и, приняв ее руку, проводил до выхода из личных покоев. В приемной они увидели Аннари и Свейра, которые улыбаясь, о чем-то беседовали. При виде Шейна и Афаниэле они, немного смутившись, быстро поднялись и поклонились.
— Аннари, займи адъютанта нашего гостя еще на полчаса. Мы с арквендо Шейном пройдем в мой рабочий кабинет.
— Повинуюсь, моя госпожа, — девушка присела в полупоклоне, — гости уже ожидают вас.
Шейн просто кивнул Свейру и мысленно передал, что освободится через полчаса. После этого они вместе с Афаниэле прошли через небольшую анфиладу комнат до ее рабочего кабинета.
Войдя в него об руку с Великой Герцогиней, Шейн галантно пропустил ее вперед. Их встречало несколько высоких, золотоволосых авари, женщин и мужчин, одетых по большей части в клановый цвета, которые поклонились в ответ на его приветствие и глубокий поклон.
— Иримэлуву, позвольте представить вам моего пра-пра-правнука Шейна Арато Нейяна, четыре дня назад принесшего клятву верности роду, клану и Империи и окончательно принятого в наш род Императором.
— Шейн, позволь тебе представить Айменель Альфэа Нейян, Императрица Нейянской империи, супруга Императора Шиантора Альфэа Нейяна, твоя двоюродная пра-пра-пра-бабушка.
— Это честь для меня, — он приложил руку к сердцу.
Императрица посмотрела на него заинтересованно, и улыбнувшись, произнесла негромко:
- Приветствую тебя, Шейн Арато Нейян, мой внучатый племянник. Я рада, что наша семья пополнилась столь прекрасным юным авари. Надеюсь видеть тебя у нас в гостях почаще.
— Буду рад в свободное от моих обязанностей время навещать семью, — дипломатично ответил Шейн.
Императрица довольно кивнула. А Афаниэле уже представляла следующую авари. Красивая, со строгим лицом и сосредоточенным взглядом, женщина стояла и несколько свысока смотрела на молодого авари.
— Шейн, представляю тебе Малилойте Аранэль Нейян, дочь Шиантора и Айменель, Главную целительницу Центрального Нейянтского госпиталя, Главу Ордена целителей империи.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Шейн вновь поклонился, с уважением смотря на женщину. Подобная должность требовала огромной самоотдачи и целеустремленности.
— Это честь для меня, аранэль.
— Приветствую тебя, Шейн Арато Нейян, добро пожаловать в семью, — Малилойте с легкой улыбкой кивнула ему.
