— Калкос.
— С какого ты корабля?
Глоток воздуха, затем:
— «Ястр-р-р-ребиный огонь».
— Значит, он с…
— Пожалуйста! Помолчи! — И к трупу: — Корабль утонул?
— Не-е-е-е…
— Любопытно. Тогда отчего люди покинули его?
— Вы встретились с пиратами?
И снова отрицательный ответ. Кара прикинула оставшееся время и поняла, что надо поднажать.
— Корабль оставили все?
— Не-е-е-е.
— А кто остался? — Колдунья старалась, чтобы в голосе её не звенело ожидание.
И снова труп вдохнул:
— Каско… капитан…— Рот закрылся как-то не вполне нормально. Тело моряка, словно не желая добавить что-то, в итоге всё-таки выдохнуло: — Чар-р-ро-о-о…
Чародей? Ответ застал Кару врасплох. С учётом отчаянного поступка экипажа она ожидала услышать что-то о ворах, похитивших доспехи, или о двух мстителях, напавших на неё. Наверняка их присутствие могло вынудить стойких матросов бежать, невзирая на опасности моря.
— Опиши его!
Рот открылся, но из него не вылетело ни слова. Как и с фантомами, это заклинание позволяло получать лишь простые ответы. Кара тихо выругалась, затем изменила вопрос:
— Что на нём было надето?
Вдох, а затем:
— Дос-с-с-спех-х-х-х…
Она напряглась:
— Доспехи? Красные доспехи?
— Да-а-а-а…
Вот этого она не ожидала. Итак, по-видимому, по крайней мере, один из выживших в гробнице был чародеем. Мог ли им быть этот Норрек Вижаран, о котором говорил фантом? Она повторила это имя моряку, спросив, знакомо ли оно ему. К сожалению, нет.
И всё же Кара узнала больше, чем рассчитывала. Когда Калкос видел «Ястребиный огонь» в последний раз, корабль не только держался на плаву, но на борту его находились доспехи.
— Без экипажа, — обратилась она к безмолвному капитану Джероннану. — Корабль же далеко не уплывёт, так?
— Весьма вероятно, они станут кружить, если только хозяин судна и этот колдун останутся там. — Джероннан помедлил, потом спросил: — У тебя есть ещё вопросы?
Вопросы-то были, но такие, на которые труп не ответит. Кара ужасно сожалела об отсутствии кинжала, ведь тогда у неё было бы больше времени и она бы вызвала настоящий дух, который мог бы произносить длинные и более связные фразы. Некромант постарше и поопытнее способен на такой фантастический подвиг без каких бы то ни было орудий, но Кара знала, что пройдёт ещё несколько лет, прежде чем она достигнет этого уровня.
— Так что насчёт него? — настаивал бывший морской офицер. — Что случилось с ним… и с остальными, если уж на то пошло?
Ощутив стыд за то, что Джероннан напомнил ей о том, что она забыла, Кара поспешно снова склонилась над телом:
— Где твои товарищи?
Нет ответа. Она дотронулась до груди трупа, почувствовав, как та подалась под слабым нажимом её пальцев. Эффект колдовской жидкости проходил.
У колдуньи остался лишь один шанс. Глаза погибшего часто сохраняют последнюю виденную им картину. Если насыпанный в них порошок ещё не утратил всю свою силу, то Кара, возможно, сумеет разглядеть в них этот образ.
Не оглядываясь на капитана, она сказала:
— Сейчас меня нельзя будет прерывать ни при каких обстоятельствах. Понятно?
— Да… — Но согласился Джероннан с большой неохотой.
Кара направила взгляд прямо в слепые глаза покойника и забормотала. Золотистая пелена подхватила её и потянула к себе. Девушка поборола инстинктивный порыв отшатнуться от мира мёртвых и вместо этого полностью окунулась в чары нового заклинания.
И вот уже Кара сидит в лодке посреди бушующего моря, изо всех сил работая вёслами, словно за крошечным судёнышком гонится вся троица Первичного Зла. Колдунья опустила глаза и увидела свои руки — крепкие, грубые руки моряка, — руки Калкоса.
— Где шлюпка Пьетро? — окликнул её бородатый спутник.
— Откуда мне знать? — выплюнул в ответ её рот басистым и горьким голосом. — Надо грести! Если будем продолжать двигаться на восток, у нас есть шанс! Должен же этот адский шторм когда-то закончиться!
— Надо было взять с собой капитана!
— Он никогда не покинет корабль, даже если эта посудина станет тонуть! Если хочет плыть с хозяином демонов — пускай, дело его!
— Следи за волной! — крикнул кто-то ещё.
Голова девушки повернулась, и с губ полетели эпитеты, которых Кара и вообразить себе не могла. Вдалеке виднелись ещё две шлюпки, плотно набитые отчаявшимися людьми.
Бородатый матрос вдруг встал — не самый разумный поступок в данной ситуации. Он ошеломлённо разинул рот, яростно тыча пальцем, показывая что-то за её спиной — за спиной Калкоса.
— Смотрите! Смотрите!
Колкое скосил глаза, насколько получилось. Моряк продолжал грести.
В поле его зрения попало вздымающееся из воды огромное, извивающееся щупальце.
— Поворачиваем! Поворачиваем! — завопил Калкос. — Брагга, садись!
Бородач плюхнулся на место. Те, кто сидели на вёслах, судорожно пытались развернуть лодку.
Сквозь рёв волн и взрывы грома Кара услышала отдалённые крики. Колкое взглянул туда, откуда они неслись, и глазам его открылось ужасающее зрелище — два десятка щупалец овладели одной из шлюпок. Несколько человек барахтались в воздухе, подхваченные кто — присосками на гибких отростках, кто — жуткими цепкими когтями, почти руками — вырвавшими моряков из лодки, будто цветы из земли.
Кара ожидала, что матросов потащат к зияющей дыре, открывшейся в центре гигантской туши чудовища, похожего на громадного кальмара, но лишь с одним выпученным глазом и отвратительной шкурой, сравнить которую нельзя ни с чем в мире смертных. Однако монстр просто держал людей в воздухе, подхватывая всё новых и новых матросов и поднося их к щупальцам с присосками. Жертвы кричали, умоляя своих товарищей в других шлюпках спасти их.
— Гребите, будьте вы все прокляты! — взревел Колкос. — Гребите!
— Я говорил, что он нас не отпустит! Я говорил!
— Заткнись, Брагга! Затк…
Огромная волна накатила на лодку, сбросив одного из кричавших за борт. Рядом с маленьким судёнышком стали подниматься из воды мерзкие щупальца, окружая Калкоса и его спутников со всех сторон и жадно пытаясь дотянуться до каждого.
— Рубите их! Это всего лишь…
Но хотя людям и удалось отразить нападение нескольких дьявольских рук, вопящих моряков одного за другим стаскивали с лодки — пока не остался лишь Колкое, орудующий веслом как дубиной.
Кара почувствовала, как по телу человека побежали мурашки ужаса, когда влажные щупальца ухватили его — её — за ноги, обвили руки. Она ощутила, как льнёт к коже присоска… Нет! Это всё случилось в прошлом! Это произошло с Калкосом, а не с ней!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
