еще отчетливее подчеркивает верность религиозного сионизма борьбе за Великий Израиль.
4 ноября 1995 года премьер-министр Рабин был убит человеком, который с точки зрения израильского общественного мнения являлся религиозным сионистом, поскольку учился, помимо прочих, и в религиозно-сионистских учебных заведениях. Религиозному сионизму пришлось защищаться от нападок. Многие его члены отрицали какую бы то ни было связь между убийцей и движением, другие же призвали к очищению рядов. Например, если говорить об учениках рабби Цви Иехуды Кука, то рабби Цви Исраэль Тау после убийства перестал читать лекции, в которых звучал отчетливый мессианский посыл. В ночь убийства он оделся в рубище и посыпал себя пеплом. Движение оказалось на распутье. Протестная деятельность стремительно пошла на спад, однако впоследствии возродилась в форме протестов против правительства Эхуда Барака, когда оно продемонстрировало свою готовность пойти на значительные территориальные уступки. Эти процессы стали одним из факторов, обусловивших проигрыш Барака Ариэлю Шарону на выборах премьер-министра.
Итоги
«Гуш эмуним» смогла удовлетворить две важных потребности религиозного сионизма:
1. Она обеспечила религиозных сионистов мифологией, которой тем сильно не хватало. Корреспондент газеты «Ха-зофех» Иона Коэн пишет: «11 адара, в день памяти Тель Хая, Бирия стала Тель Хаем для религиозной молодежи» [Cohen Y. 1995:41]. «Гуш эмуним» впервые за всю их жизнь даровала этим людям «истинное» ощущение, что они «творят» историю.
2. Она сумела спасти мессианское толкование хода истории. Долгие годы толкование текущих событий как одной из последних стадий процесса избавления отодвигалось на задний план по причине «ужасов» настоящего и нарастающего процесса секуляризации. Однако толкование это лежит в самой основе теологии религиозного сионизма, и «Гуш» своей деятельностью вновь поставила избавление во главу угла. «Гуш» стала лицом религиозно-сионистского сообщества. Она дала возможность для самовыражения учащимся иешив, религиозным сионистам из числа буржуазии, а также женщинам, которые заняли позиции лидеров, от Даниэлы Вейсс до Нади Матар. Религиозный сионизм выдвинулся в авангард, однако в 1980-е и 1990-е годы вновь отошел на периферию. Новые изменения на политической карте, прежде всего возникновение «Шас», почти полностью лишили НРП влияния.
Глава двенадцатая
Религиозный сионизм в США
О значительном влиянии американского еврейства на движение сионизма написано очень много[146]. То же самое влияние присутствует и в религиозном сионизме, как на идеологическом, так и на практическом уровне. Сочетание религиозно-сионистской идеи и либеральных взглядов американского еврейства привело к возникновению религиозного сионизма особого толка, который определенным образом повлиял и на религиозный сионизм в Эрец-Исраэль. Проблемы, встававшие перед религиозными сионистами в США, были новыми и в значительной степени уникальными: допустимая степень сотрудничества с евреями из реформистских общин, пятидневная рабочая неделя, создание с нуля еврейской образовательной системы. Уникальными качествами обладали и лидеры движения, в особенности рабби Йосеф Соловейчик. Развитию религиозного сионизма в США будет посвящена эта глава.
Основные вехи
Религиозный сионизм в США начался с нескольких попыток создать соответствующую организацию, среди которых были как эфемерные, так и более успешные[147]. Американский филиал движения «Мизрахи» был образован в конце 1903 года как филиал европейской партии; он вступил в борьбу за власть с американским сионистским движением, однако несколько месяцев спустя прекратил свое существование. Филиалы и молодежные организации («Слава Мизрахи», «Дочери Иерусалима»)[148] начали возникать в 1910 году, а Американское движение «Мизрахи» было основано в Сент-Луисе в конце 1912-го, после частного визита Германа Штрюка. Дов-Бер Абрамович был назначен директором «временного» центра, Леон Гельман – его секретарем.
Важным поворотным моментом в деятельности «Мизрахи» стал визит рабби Меира Бар-Илана в США в начале 1913 года. В конце 1915-го к нему присоединился рабби Иехуда Лейб Маймон (Фишман), которого власти Османской империи выдворили из Палестины. Эти два лидера и заложили в Соединенных Штатах основы религиозного сионизма. Первый общенациональный съезд «Мизрахи» состоялся в середине 1914 года, с него и началось официальное существование движения. Съезд прошел в Цинциннати – этот город являлся центром и местом пребывания хорошо организованной еврейской общины. Имелась и символическая причина: город был оплотом реформистских общин, отрицавших сионизм. Необходимо отметить, что в то время всякий еврей, не причислявший себя к реформистским или консервативным общинам, автоматически считался ортодоксальным. Члены «Мизрахи» приняли решение не вступать в Федерацию американских сионистов, а сохранить независимый статус. Бар-Илан и Маймон совместно с Мордехаем Липсоном возобновили выход еженедельной газеты «Ха-иври» в США (в начале 1916 года).
Бар-Илан действовал масштабно и напористо. За два года состав «Мизрахи» расширился с 20 до 101 отделения, центр из Сент-Луиса перебазировался в Нью-Йорк. Этот рост был, помимо прочего, отражением потерь, которые претерпевали еврейские центры в Европе по ходу Первой мировой войны, и проистекавшего из этого перемещения населения, в основном в США. Переезд в Нью-Йорк положил конец борьбе за власть внутри движения, оно больше не находилось в оппозиции внутри Федерации американских сионистов: оно стало ее неотъемлемой частью.
Бар-Илан был одним из тех, кто возглавил кампанию помощи европейским беженцам. Под его руководством «Мизрахи» стала одним из партнеров-основателей «Джойнт» (Американского еврейского объединенного распределительного комитета). Одно из важных достижений «Мизрахи» состояло в том, что движение вело активную борьбу за пятидневную рабочую неделю, что позволило бы соблюдать субботу; в нескольких местах удалось добиться успеха. Вторым достижением стало создание множества образовательных учреждений (еврейских школ, летних лагерей и пр.). Особого упоминания заслуживает и открытие в 1917 году в Нью-Йорке Педагогического института «Мизрахи» (среди преподавателей были Ицхак Ваксман и Моше Зейдель), а также поддержка иешивы «Ицхак эланан». В 1926 году эти два учебных заведения объединились, что привело к созданию Университета Иешива под руководством Бернарда Ревеля.
Деятельность религиозных сионистов в период десятилетнего председательства Бар-Илана (1915–1926) характеризуется диалектической противоположностью методов их лидеров. Бар-Илан в своей деятельности стремился к быстрому расширению, захвату новых цитаделей, созданию новых филиалов. Кроме того, он сосредоточил значительные усилия на оказании финансовой помощи поселенцам в Эрец-Исраэль, в том числе и в ущерб развитию движения в США. Если Бар-Илан был самодостаточным лидером-центристом, стиль руководства которого препятствовал появлению новых кадров, то Маймон верил в поддержку существующих центров, делал упор на образование и укрепление еврейского самосознания. Кроме того, Маймон критически относился к «бесконтрольной» экспансии движения под руководством Бар-Илана. Стиль Бар-Илана, который мастерски использовал свой ораторский талант, видимо, лучше подходил к динамичному и общинному стилю жизни, типичному для США.
Движение «Мизрахи» в США крепло и расширялось. В тамошней либеральной обстановке возникла женская организация «Мизрахи», были также учреждены местные отделения «Ха-поэль ха-Мизрахи». Начиная с 1925 года американская женская
