— Русчик!!! — радостно вопил Леон, обнимая, отпуская, держа за плечи, и снова прижимая к себе маленького, по сравнению с ним, друга. Он поймал его возле терм. Знал, где ждать в первую очередь и абсолютно не обращал внимания на внешний вид своего бывшего ученика.
— Да я это, я, Леон, отпусти. И не ори так, другие сбегутся, а от меня воняет, как из параши.
— Подумаешь! — не согласился друг, — твоим дружкам, якобы разведчикам, — Леон имел невысокое мнение об их профессионализме и по праву, — плевать, чем от тебя воняет. Андрей с Грацией поехали за твоей подружкой, а прислуга…
— А зачем Грация с ним? — перебил его Рус. Об этом они с Андреем не договаривались. Скорей всего ничего страшного, но в случае опасности она — лишняя проблема.
— А, — махнул рукой Леон, — уговорила выехать раньше, по лавкам ей надо что-то примерить. Или подобрать, я не знаю. А что, не надо было? — насторожился бывший гладиатор.
— Нет, все нормально. Ты вот что, друг, распорядись на кухне рыбки мне. Страсть как соскучился! Да салатов, фруктов и вина, конечно! Нет, давай покрепче, водки! Все, я пошел мыться.
Спирт давно известен алхимикам. На нем ставили настойки, имелся аналог коньяка, но просто развести водой — «изобретение» Руса, тогда еще Чика. Точнее не «изобретение», а введение в обиход своих «ближних». До него такое пойло считалось варварским, недостойным благородных или «просвещенных».
— Все сделаю, Русчик! Тебе Сирилгин прислать в помощь? Спинку потереть там… — хотел пошутить с намеком, а получилось — серьезно пробасил с непонятным подмигиванием. Ну, не умеет человек шутить!
— А что, давай, — согласился Рус. Служанку, с которой иногда спал, нисколько не стеснялся, — встречаемся за праздничным столом.
Дух Жизни прекрасно понимал нежелание «большого друга» размножаться, не давал девушке забеременеть. А как она старалась! Богатый, благородный, симпатичный, неженатый. Плюнула на стыдливость, на общественное мнение, не поощрявшее такие отношения. Бегала к прорицательницам и даже, несмотря на общее тиренское отвращение, ходила к лооскам — не помогало. Пошла бы к Целителям, но слишком дорого, бедная семья не потянула.
Чистого Руса встретили друзья — рекруты. Порадовались, победно косясь на довольного Леона, мол, а что мы говорили! Поболтали и в итоге «уговорили» страшно голодного Руса не ждать Андрея, а садиться за стол.
— Ничего с ним не случится, он же твой ученик! — хитро польстил Архип и Рус отбросил сомнения. Ничего, присоединятся. А Гелиния пусть привыкает, здесь она не «особа царских кровей».
Веселое праздничное застолье, за которым Рус вдруг смутно о чем-то забеспокоился (водка виновата, узнал бы точнее), прервалось вбежавшим взволнованным слугой-привратником (Рус нанял троих пожилых местных жителей сидеть в специальной будке у ворот с целью открытия-закрытия):
— Господин Андрей ранен! — а сам во все глаза смотрел на Руса.
О хозяине слышал, как и вся остальная прислуга, что он пролез тайным подземным ходом. Он, старый местный житель, всегда считал это сказкой и только что убедился в обратном. Много тайн хранит «Закатный ветерок».
Когда Рус, мгновенно протрезвев, подбежал к воротам, Андрей уже лежал на траве. Тяжело дышал, смотрел затуманенным взором и гладил голову Грации. Она лежала рядом, положив голову ему на грудь и что-то успокаивающе шептала, гладя бледное лицо. Другой рукой Андрей прижимал рану на животе, из которой, не останавливаясь, медленно вытекала темная кровь.
Рус склонился над другом, порвал шелковую рубаху местного покроя и запустил в тело Духа Жизни.
— Чик… — слабо произнес Андрей, — я… привез… Гелинию….
— Молчи, друг, я вижу, — сквозь зубы сказал Рус, — не теряй силы.
«Грация! Я так и знал — грузило! Вырядилась, шопинг устроила, коза! Вон и колье мое нацепила… шмотница», — это самое цензурное слово в его мыслях о своей бывшей любви.
— Погоня… скоро… — не сдавался Текущий, но, потеряв сознание, замолчал.
Вдруг Рус заметил, как из его руки в рану сорвался Дух Слияния с Ветром. Не успел удивиться, как они вернулись.
«Мы оставили в теле твоего друга свои подобия», — сказал Дух Жизни.
«Ого», — насторожился Рус. Если без его просьбы, то это серьезно, Духи не любили «делиться».
«Я остановил кровотечение и как мог, прочистил каналы. Это все. Регенерация не запускается».
Продолжил доклад Дух слияния с Ветром.
«Рана от Знака из Силы Ветра», — Духи не называли Силы по именам Богов, — «мелкие структуры расходятся, запирают токи. Я не могу их убрать в живом теле. Он еще жив, потому что маг. Большего сделать не могу. Наши подобия стараются, но он проживет не дольше двух статеров».
«Черт! Черт! Черт!», — мысленно возопил Рус, — «и Целителя не успею позвать! А плевать на все, попробую! Притащу силой, если не пойдет!», — и сразу зашел в транс создавать свою «зыбучую яму».
Грация, увидев, что любимый потерял сознание, погладила его по волосам и повернула голову к Чику. Он молчал. Вдруг нахмурился и сел поудобнее. Девушка подождала еще немного. Выражение лица Чика не менялось. И тут она сорвалась. Вскочила, сгребла бывшего любовника за грудки, заставила подняться с земли и притянула к себе. Откуда только силы берутся у хрупкой девушки?
— Слушай Чик, Рус, Русчик, — заговорила со злой решимостью, — если ты не вернешь мне моего Андрея, я тебя прокляну. Слышишь!? — смотрела прямо в его серые глаза, не замечая, в какой глубине его сознание. Не до того ей, разбираться в тонкостях чужих взоров, надо снова спасать любимого! Жизни не жалко.
— Из-за тебя все, все из-за тебя! — продолжала разоряться девица, — за твоей подругой поехали, её спасали! Ты слышишь!? — наконец, присмотревшись к его взгляду, с досадой разжала кулак, — ты как всегда меня не слышишь… — почти прошептала под конец.
Рус плавно опустился на траву и сел по-тирски. Он все слышал, но некогда спорить, некогда обвинять её в излишней склонности к покупкам.
Гелиния смотрела на это действо огромными глазами. Это как они живут, что за отношения в этой странной группе? Вокруг них собрались все обитатели «Закатного ветерка». Знакомы только Леон и троица бывших разведчиков. Теперь у них отсутствовали метки. Полтора десятка женщин и четверо мужчин. На вид — слуги.
«Величайшая, куда я попала! Помоги мне, Великая Гея!», — взмолилась девушка, позабыв от волнения точные слова молитвы «о милости».
Удивление не только не прошло, оно удесятерилось, если не сказать больше.
Вдруг на земле, без малейшего колебания Силы, возник светящийся тускло-желтый круг.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
