углядеть Ичиро, который, несмотря на весьма ранний час, уже погрузился в дела и, судя по огарку свечи, что уже почти догорел, сидел тут достаточно давно. На Ичиро было страшно смотреть — лицо его осунулось, под глазами чернели круги, обычно аккуратно зачесанные волосы торчали во все стороны. Высунув голову из-за целой горы документов, он сказал:
— Доброе утро. Что-то случилось? У тебя такой вид, словно…
— Нет времени объяснять! — Макото рухнул на стул напротив брата. — Нужно немедленно снарядить гонца к Волкам! Нет, всех гонцов — предупредить каждого главу любого вшивого рода, чтобы они разыскали Кенджи!
— Позволь спросить — в чем причина…
— А еще предупредить Хо — в трущобах есть заброшенная знахарская лавка, в подвале которой логово Жнеца с тремя отрезанными головами. И хозяев двух из них я знал лично!
От переизбытка чувств Макото стукнул кулаком по столу, заставив несколько свитков упасть на пол, а Ичиро — недовольно цокнуть языком и покачать головой.
— Хорошо, займусь этим сразу же, как только разберусь с… — начал было он, встав со стула и наклонившись за бумагами.
— Сейчас! — перебил его Макото; был он столь возбужден, что даже не заметил, как Ичиро замер, так и скрючившись в три погибели, разинув рот и смотря куда-то поверх плеча брата. — Та девчонка-синоби — ну, которая помогла нам грохнуть оборотня и договориться с Проклятыми — решила показать мне берлогу Пахаря, а там…
— Синоби? Оборотни? Пахарь? О чем идет речь? — послышался позади Макото до боли знакомый женский голос.
Макото просто замер от неожиданности, так и не закончив. Медленно оглянувшись, он увидел стоявшую на пороге невысокую женщину в черно-зеленом платье, чьи черные волосы с редкой проседью были стянуты в два тугих пучка, позади которой в коридоре толпились вооруженные воины и слуги.
— Здравствуй, матушка, — в один голос произнесли Макото с Ичиро.
[1] Маска, выполненная в виде морды демона.
Глава 8
Кенджи шел впереди, за ним следовали Кума и Ясу, ну а Белый Лис замыкал их шествие. Коридоры то расширялись до такой степени, что по ним свободно могла проехать запряженная двойкой лошадей телега, то напротив, становились столь узкими и низкими, что всем четверым — особенно бедолаге Куме, который и вовсе сгибался почти в пополам — приходилось пригибать головы.
Ветер, подвывающий из щелей, иной раз напоминал чей-то отдаленный шепот. Казалось, сами камни спрашивают у незваных гостей — к чему они тревожат их покой?.. Изредка откуда-то снизу доносился легкий гул, столь тихий и незначительный, что услышать его можно было только затаив дыхание. Видимо, то шумели подземные воды — однако складывалось впечатление, что где-то в глубине спит огромный зверь, ворочающийся в своем беспокойном сне.
— Будто призраки пытаются что-то нам сказать, — пробормотал Кума и шепот его разбил стоявшую вокруг звенящую тишину не хуже самого громкого крика.
— Опасаться следует не мертвых, парень, а живых, — сказал Белый Лис, достал из кармана кусок угля и накарябал им на ближайшей стене какую-то загогулину.
— Ожившие покойники в той деревне с тобой бы поспорили, — хмыкнул Кенджи и спросил: — Что ты делаешь?
— Оставляю пометки, чтобы мы могли вернуться назад, — пояснил Белый Лис.
Весьма разумно, так как заплутать в здешнем лабиринте было раз плюнуть. Не раз и не два их четверка натыкалась на тупик либо лаз настолько узкий, что в пролезть сквозь него могла разве что кошка, да и то худющая. Чем дальше они продвигались, тем сырее становился воздух; к эху же их шагов прибавился звук падающих капель, что скапливались в мелкие лужицы. Ходы переплетались и ветвились, полнясь таким количество поворотов и развилок, что проверить их все стало бы непосильной задачей даже для сотни людей.
За все время Кенджи — впрочем, как и все остальные — не увидал даже осколка кристалла мощи. Видимо, последние из тех, что лежали у всех на виду, были собраны исследователями, когда-то облазившими тут каждый угол. Оставшиеся же должны были находиться куда глубже. Какого-то особого влияния силы Кенджи тоже не ощущал — лишь смутное беспокойство из-за того, что в этой темноте они могут быть не одни.
Пройдя очередной коридор, Кенджи увидел символ Белого Лиса. Хм, похоже они невольно сделали круг. Так как ранее они свернули налево, Кенджи нырнул в правый проход. Очередная длинная каменная кишка осталась позади, несколько поворотов и… Их четверка снова очутилась на той же самой развилке. Кенджи переглянулся с друзьями. Белый Лис отметил и этот путь, так что у них остался один-единственный лаз, пройдя сквозь который, они спустя время… Вновь вышли на то же самое место. Об этом говорил свежий намалеванный на стене символ — вот только теперь рядом с проломом зияло еще два, новых.
— Какого демона?.. — протянул Белый Лис.
Хороший вопрос, ответ на который, увы, так и завис в воздухе. Они пытались пройти дальше еще несколько раз — и даже разделились, надеясь таким способом отыскать верный путь — однако спустя время снова встретились на той же самой развилке, где обнаружили еще парочку новых проходов.
— Быть может, попробуем вернуться назад? — предложил Кума.
— А кто-нибудь помнит, где находится то самое «назад»? — хмыкнул Ясу, оглядывая целую дюжину лазов.
Ходить кругами они могли до тех пор, пока у них не закончатся силы или запасы масла для ламп — или же и то, и другое. А остаться в кромешной темноте без малейшего источника света… Не слишком радужная перспектива. Пока приятели спорили о том, что делать дальше, Кенджи вдруг пришла в голову кое-какая идея. Он понятия не имел о том, каким именно образом ему удалось открыть вход в подземелье, но был уверен, что это так или иначе связано со сферами, а точнее с теми сущностями, что были скрыты в них и ныне обитали в самом Кенджи. Должно быть, это еще одно препятствие, призванное отвадить случайных гостей от того, что скрывается под землей.
Кенджи встал лицом к проходам, закрыл глаза, попытался освободить голову от любых мыслей и попробовал взглянуть на лазы внутренним зрением. Поначалу он не чувствовал ничего. Но со временем разговор друзей Кенджи начал стихать, словно бы они постепенно отдалялись, их же заменил мерный ровный стук его
