Читаем без скачивания Когда убивают футбол: игра по-русски - Марк Фурман

— Ладно, проехали. Коль за него ручаешься, не откладывая дело в долгий ящик, переговори с этим Зининым. А в помощники ему отряди кого-нибудь из своих финансистов, надежного и знакомого с нашей бухгалтерией.

54

Хотя подрабатывать на стороне «звездочкам» клуба строжайше запрещалось, на сей раз Оксана, прикинув заманчивый вариант, решила отойти от правил. По штатному расписанию она числилась секретарем-референтом, но в офисе «Арбата» появлялась редко, служа дамой для особых поручений. Понятно, не только футбольные рефери были ее клиентами. Скорее наоборот: это случалось не чаще нескольких раз за сезон. А вот снимать стрессы у ведущих игроков после не забитого мяча, ссор с женами и подругами, когда молодые парни, тоскуя по женскому телу, могли удариться в банальную пьянку, было ее прямой, не записанной в функциональных обязанностях задачей. Лариной доводилось успешно гасить у футболистов комплексы разного рода, начиная с депрессии от просиживания на скамье запасных до задержек зарплаты или малых премиальных.

Времени у Оксаны практически не было. На основную работу в любое время дня и ночи наслаивались приемы и фуршеты, где девушкам также надлежало присутствовать. Сюда добавлялись заочная учеба в институте иностранных языков, тренировки в фитнес-клубе, бассейне, позволяющие поддерживать фигуру и товарный имидж.

Сейчас, выключив мобильник, Оксана ехала на свидание к Владимиру Лидскому, который после матча с «Ураганом» дожидался ее в гостинице «Минск».

Еще с утра на целые сутки Лидский попросил забронировать ему отдельный номер. Что скрывать, чары Оксаны не оставили его равнодушным. Он несколько раз звонил ей из Ростова, и вот, наконец, эта игра.

Конечно, Родин рассчитывал на легкую победу, с последующим отрывом лидера от преследующих его «Невы» и «Электровоза». Но по логике русского футбола девушку танцует тот, кто заказывает музыку. И следуя этому правилу, инициативу перехватил Президент степной республики. Ведь именно он попросил в перерыве между таймами Керимова об одолжении — спасении проигрывавшего «Урагана».

Казалось бы, на этот раз судейство Лидского прошло безупречно, не вызывая нареканий. Но в конце второго тайма правый полузащитник «Урагана» ворвался в штрафную. И там в борьбе за мяч упал, зацепившись за ногу жесткого неуступчивого стоппера хорвата Боревича. Тут же раздался свисток, Лидский незамедлительно указал на точку. Пенальти! Мяч, хотя и со скрипом, ударившись о штангу, все-таки влетел в ворота…

Потом, уже в гостинице «Минск», Лидского вызвали в вестибюль. Скромно одетый черноволосый молодой человек передал ему небольшой коричневый дипломат, мило улыбнулся, кивнул и тут же скрылся из виду.

Гонорар на сей раз оказался куда как нельзя щедрым: нераспечатанная пачка новеньких американских долларов, целых тридцать тысяч, вкупе с четырьмя бутылками превосходного французского коньяка и альбомом об экзотических красотах степной республики. Поверх всего лежала изящная визитная карточка с золотым тиснением, принадлежавшая управляющему делами Президента.

С нетерпением дожидаясь Оксану, Лидский позвонил Пшеничному. Он полагал, что ему следует безотлагательно поблагодарить президента ВФА за поддержку и включение в заявку на судейство чемпионата мира. Да позови его сейчас Серафим Викторович к себе, он бросил бы все дела, сдал бы билет на утренний самолет, и, не моргнув глазом, пожертвовал бы ночью любви…

— А кто спрашивает? — раздался в трубке сухой, лишенный эмоций голос. — Сейчас Серафим Викторович занят, оставьте свой телефон.

Пшеничный не заставил себя долго ждать. Минутой позже раздался его звонок. Выслушав монолог Лидского, рассыпавшегося в благодарностях за поддержку, президент с теплотой заметил: — Мы, Владимир Тарасович, рекомендуем в ФИФА надежных, проверенных арбитров. Вот и сегодня ты неплохо отсудил. Я смотрел весь матч по телевизору, приглядывался. Что до пенальти — не волнуйся, тут, как в футболе часто бывает, пятьдесят на пятьдесят. И потом, этот одиннадцатиметровый в чем-то и полезен. Теперь уж точно журналюги умерят свои страсти о том, что судьи подсуживают «Арбату».

— Повидаться? Ну, это обязательно. Вот съезжу в Цюрих на исполком, и в первый же твой приезд в Москву поужинаем вместе.

Едва он повесил трубку, в дверь постучали. Оксана в коротком летнем платье, подчеркивающем точеную фигуру и открывающем стройные загорелые ноги, была обворожительна. Владимир страстно обнял ее, но девушка, едва коснувшись губами его щеки, отвела руки Лидского.

— Потом, мой милый, потом. И учти, Володя, у нас не так уж много времени.

— Что время — суета сует, когда нас ужин ждет уже, — нараспев артистично произнес Лидский. — И куда спешить? Ведь впереди у нас, надеюсь, вся ночь и московские звезды.

Он разлил коньяк в изящные хрустальные бокалы.

— На все не более двух часов, Володя, — жестко отрезала Оксана. — И всему виной ты!

— Я требую объяснений! — явно рисуясь, воскликнул Лидский. — Ведь после нелегкого матча душа и тело жаждут отдыха и наслаждений.

— Сначала выпьем, — уже более мягко предложила Оксана. — Давай расслабимся, потом объясню, что к чему.

Но лишь после третьей рюмки, уже в объятиях Лидского, с нетерпением срывавшего с нее одежду, она призналась:

— Мне с полчаса назад, моя подружка сказала, что Родин после сегодняшнего пенальти вне себя. Он с Сакуленко и командой сейчас уже на базе. А Лиде велено обзвонить всех наших девчонок и без промедления двигать туда. Сейчас у футболистов и тренеров жуткий стресс, они тоже люди.

И, уже отдаваясь Лидскому, она вдруг потянулась к телефону:

— Ой, мобильник не выключила. Ведь если меня у тебя засекут, то головы не сносить, выдерут по первое число…

Лидский рассудил, что по логике вещей и временному тарифу, он должен заплатить Оксане весьма скромный, по принятому в футбольных кругах, гонорар. Ну, долларов триста за два часа. Однако, понимая состояние девушки и чувствуя вину за назначенный спорный пенальти, он сунул ей в лифчик восемьсот зеленых.

— Спасибо, Володенька, — обворожительно улыбнулась Оксана. — Люблю щедрых мужиков, надеюсь, что в следующий твой приезд мы пообщаемся подольше…

Она легонько коснулась его щеки теплыми, уже подкрашенными губами и, оставив разочарованного столь быстрым ее уходом Лидского в постели, выскользнула из номера.

Спустившись на лифте с седьмого этажа «Минска», Оксана включила мобильник. Не прошло и минуты, как он заработал. Кто-то вышел на связь. И уже в вестибюле, едва девушка подошла к зеркалу, ее словно током ударил бас Сакуленко:

— Почему задержка? Мы вычислили тебя вместе с этим падлой ростовчанином. В команде траур, а у нее праздник. Сучка! Бери такси и езжай на базу.

Мобильник тут же отключился. Оксана выбежала на оживленную вечернюю Тверскую, нервно шаря в сумочке в поисках сигарет. Так и не найдя их, подняла руку, остановив первое притормозившее такси.

55

Вызывая на допрос Валентина Зинина, Корначев основательно продумал его детали. По существу парня хоть сегодня можно упрятать за решетку, доказательств его вины в левом бензиновом бизнесе вполне хватало. Однако следователь решил не спешить. Поэтому, не без колебаний, он отложил планируемые обыски у Зинина дома и на даче, избрав, подобно опытному шахматисту, позиционную тактику. Пусть и с некоторым ухудшением позиции, но приобретением качества.

Едва Валентин, сопровождаемый двумя милиционерами, появился в кабинете следователя, он бурно выразил возмущение своим задержанием, потребовав разрешения на звонок отцу и соглашаясь на допрос лишь в присутствии адвоката.

— Все ваши пожелания по мере возможности, Валентин Михайлович, учтем, а пока будем следовать букве закона. — Корначев достал лист протокола свидетеля и, показав Зинину заголовок, сообщил, что рассматривает его пока только в этом качестве.

— Где вы были позавчера между двадцатью и двадцать одним часом? — задал он Валентину первый вопрос, незаметно нажав при этом на клавишу встроенного в стол диктофона.

— Точно уже, не помню, — парень явно решил потянуть время. — Значит так, вчера вечером был футбол. А после матча у Киевского вокзала меня и замели. До этого я со своей девушкой отдыхал у нее на даче, купался. Там провел почти весь день и ночь. А что еще делать? Мы студенты, каникулы сейчас в самом разгаре. Вот и отдыхаем, каждый в меру своих возможностей.

Улыбнувшись, Зинин отвел в сторону стриженую ежиком голову, стараясь не смотреть в глаза следователю.

— Насчет ваших возможностей, не сомневаюсь, — в тон ему ответил Корначев. — Однако ваши дела обстоят куда серьезнее, чем вы предполагаете. — Следователь решил резко сменить ход допроса и, во избежание длительного, беспредметного разговора, перешел в наступление.