название: все наши финансы постепенно приобретают виртуальный характер.
На самом деле биткоин – это результат оторванного от реальности взаимодействия с деньгами, которое продолжается на протяжении сотен лет, и если приехать на британский Королевский монетный двор, находящийся в Ллатризанте на юге Уэльса, можно воочию лицезреть, как с годами разрасталась эта финансовая галлюцинация.
Над прилизанными туристическими помещениями нижнего этажа находится музей монетного двора, где выстроились ряды пыльных витрин, заполненных британскими монетами разных времен. Их развитие отражает инфляцию валюты: с веками они становятся все меньше. В давние времена фунт ценности был привязан к фунту массы – к особенному «тауэрскому фунту», названному так, поскольку он хранился в лондонском Тауэре, где тогда располагался Монетный двор. Утверждалось, что он весит столько же, сколько пять тысяч четыреста ячменных зерен. Из «тауэрского фунта» получалось двести сорок монет, или «стерлингов»[144].
Проблема заключалась в том, что со временем инфляция съела всю ценность фунта. Исследование, проведенное британским парламентом, показало, что сегодня на один фунт можно купить в сто раз меньше, чем в 1750 году[145]. В силу постепенного снижения покупательной способности денег в эпоху, когда номинал монет был напрямую привязан к массе и стоимости металла, из которого они производились, монеты становились меньше и меньше. В конце концов они стали слишком мелкими и неудобными в обращении. Под стеклом в музее монетного двора можно увидеть крошечные фрагменты драгоценного металла, которые невозможно было не потерять. Вдобавок к этому монеты из благородных металлов не были защищены от «обрезывания» – особой процедуры, при которой их края спиливались и переплавлялись в новые монеты.
В начале XVII века в Британии было принято решение, которое помогло проложить вековой путь к биткоину. Вероятно, устав от мелких монет, Яков I начал выпускать медный фартинг, покрытый оловом[146]. Впрочем, он далеко не первым отказался от благородных металлов: деньги из таких недрагоценных материалов, как бумага, существовали в других странах не первый век. Со временем аналогичный сдвиг произошел по всему миру. В конце концов, какая разница, из чего сделана монета, если за кусочек меди можно купить такое же количество пшеницы, как и за кусочек серебра? В итоге номинал валюты перестали привязывать к ее физической массе, и она начала становиться «виртуальной».
Одной из причин, по которым мы смирились с этим, было то, что такое решение поддерживало государство, со всей его мощью. Так, после появления новой монеты при Якове I подделка денег в Британии стала считаться особо тяжким преступлением: арестованных за него мужчин вешали (но не давали задохнуться), а затем четвертовали при жизни, а женщин сжигали на костре (но сначала обычно душили)[147]. Деньги – это упражнение в доверии, и их существование невозможно без системы. В прошлом такой уровень доверия могли обеспечить лишь государства с их полицейскими силами, арсеналами и тюрьмами.
В идеологическом отношении развитие биткоина на первых порах подпитывало стремление избавиться от необходимости в централизованном денежном институте, поддерживаемом угрозой насилия, санкционированного правительством. Любопытно, как отмечает журналист Эндрю Смит, что такая идея не оставляет равнодушными ни левых, ни правых: левым использование валюты, свободной от государственного контроля, сулит возможность радикального перераспределения богатства и власти, а либертариански настроенные правые видят в ней наивысшее проявление политики невмешательства[148].
Так и родилась идея о создании виртуальной валюты, не имеющей привязки к государству. Одним из главных препятствий оказались масштабы столь глобального проекта. Он мог быть реализован лишь в мире, где у каждого есть дешевый и легкий доступ к общей системе передачи финансовой информации. Такая система наконец появилась на заре третьего тысячелетия, когда возросла вычислительная мощность компьютеров, а интернет достаточно развился. Почва для прорыва была подготовлена.
Были и другие попытки использовать компьютеры и интернет для создания независимой валюты, однако ни одна из таких валют долго не продержалась. 31 октября 2008 года в рассылке криптографов, обсуждающих этот вопрос, появилось сообщение: «Я работаю над новой системой электронных денег»[149]. Его отправил пользователь под именем Сатоси Накамото, который также включил в свое письмо ссылку на сложнейшее описание того, как создать децентрализованную виртуальную валюту. Эта валюта называлась биткоин. Криптогики разобрали теорию, прощупали ее и признали рабочей.
Одной из главных проблем, которую предстояло решить создателям биткоина, было двойное расходование. При использовании подлинно виртуальной валюты переводы денег сводятся к передаче чисел с одного устройства на другое. В традиционной банковской системе банки следят за числами, устанавливают, кому что принадлежит, и обращаются к арбитру (такому как государственный орган или закон) в случае разногласий. В децентрализованной системе нет ни банков, ни государства, поэтому нечестный оператор теоретически может сделать одновременно два цифровых перевода разным людям, каждый из которых будет считать, что получил средства, хотя на самом деле со счета плательщика списалась лишь одна виртуальная «монета».
Гениальность биткоина отчасти состоит в решении этой проблемы с помощью так называемого стороннего реестра. В этой системе счет каждого человека (или «кошелек», как он называется в биткоине) имеет уникальный номер, уникальный номер также присваивается каждой «монете». При совершении трансфера номера кошельков отправителя и получателя и номер «монеты» объединяются в так называемый хэш. Если мой кошелек называется ABC, а ваш – XYZ, и я перевожу вам биткоин с номером 123, хэш может выглядеть так: ABC123XYZ. После этого хэш публикуется онлайн в свободном доступе, поэтому, если кто-то замечает, что биткоин 123 вдруг также оказался в кошельке DEF, поднимается тревога и транзакция отменяется.
Для этого, разумеется, людям нужно замечать подозрительные транзакции, а по мере увеличения их числа эта работа становится все сложнее. Зачем людям тратить время на поиск двойного расходования? Дело в том, что те, кто готов этим заниматься, время от времени получают в качестве награды свеженький биткоин. Эта практика проверки транзакций называется майнингом, и таким образом создаются новые биткоины.
При каждой транзакции в публичный протокол, называемый блокчейном, добавляется новый хэш. Следовательно, чтобы подтверждать каждую следующую транзакцию, майнеру необходимо просматривать все записи, чтобы он мог удостовериться, что транзакции не противоречат друг другу (так, если вы решите перевести биткоин ста двадцати трем людям с кошельком NOP, майнеру нужно будет сопоставить хэш первой транзакции, ABC123XYZ, с хэшем нового перевода, XYZ123NOP – и так далее).
Хэшироваться таким образом могут не только транзакции биткоинов. С помощью компьютерной программы можно захэшировать целый договор, тем самым сделав его гораздо короче изначального документа, а затем поместить этот хэш в публичный блокчейн, где он станет в неизменном виде доступен каждому. Если позже кто-нибудь
