волшебную искрящуюся пряжу, веретено и прялку в небольшую сумочку, что висела у нее на боку. Саша поразилась, как она могла спрятать все эти вещи туда, когда они в несколько раз больше были сумочки. И явно здесь, какое волшебство примешано было.
— Благодарствую я вам, милые мои, от всего сердца! — воскликнула радостно звонко Заря Заряница. И все увидели, как от нее стал исходить свет, и небо над нею постепенно стало уже не таким серо-темным. Она чуть взмахнула своей рукой и свет пошел дальше по небу, чуть освещая его и хоть и не разгоняя тучи темные, а все же делая округу чуть светлее. — Не забуду я добро ваше. И обещаю на веки вечные выходить к вам каждое утро и ласкать вас, милые мои, светом своим радужным!
Звери и птицы запели и зарычали в ответ и довольно побрели обратно в лес. Колядар бросился к матери и она обняла его. Она выглядела очень молодо для такого взрослого сына. Колядар отдал ей руну Сварожью и вымолвил:
— Видимо знал Сварог, что вы живы, раз руну вашу нам дал. Только не понимал я этой тайны прежде, хотя и видел ваш знак на ней. Возьмите!
— Конечно, знал, — кивнула Заря, вклинивая руну в свою грудь. — Он мудрый, все ведает да видит. Он ведь сын Рода и поставлен за нами всеми присматривать да наставлять.
— Можно и мне поприветствовать тебя, Заря, — приблизился к ней Хорс. Колядар чуть отошел. — Обещалась ты мне еще давно, что моей женой будешь, после того, как свободна станешь. А теперь, я и пришел замуж тебя звать. Люблю я тебя.
— Обещалась, — кивнула Заря Заряница, кокетливо смотря на него. — Как только Карачуна одолеем, да на трон сыночка моего посадим, так сразу и союз заключим меж нами.
— Добро, — кивнул довольно Хорс.
— Что же нам теперь делать, матушка? — спросил Колядар. — Руны у нас только две осталось. Одна без знака, а вторая знак Мары, невесты Велеса, которую Карачун украл. Да еще силу мою богатырскую Карачун отнял у меня, когда ваш оберег забрал.
— Думаю, что надобно в город наш царский идти, где Карачун засел, да бой ему дать, да Мару освободить. А на счет пустой руну я и не знаю, что делать, — ответила Заря, целуя сына в щеку. — А как силушку тебе вернуть, дай мне время подумать. Ведь всего день остался, а потом не вернуть тебе царство будет, сынок!
— В город опасно показываться. Схватят нас, — сказал Хорс.
— Так мы лагерем в лесу, рядом с городом встанем, чтобы с мыслями собраться да решить, как нам одолеть Карачуна. А на утро и пойдем на ледяного, — сказала Заря.
Все согласились и поспешили в сторону града царского, стоящего на Гром-горе в середине царства-государства. Направились, как и прежде, кто пешим в сапогах скороходах, кто верхом, кто в облике зверином да птичьем. Заря Заряница сидела сзади за сыном на Индрике, и сильный конь легко нес их на своей спине обоих.
Уже к ночи остановились они на ночлег в лесу, неподалеку от града царского на поляне большой. Решили остаться на ночь в лесу. Но было холодно ночевать тут. Тогда Хорс и Заря волшебством подняли из-под земли камни угольные огромные, да поставили их кругом в середине поляны. Камни те черные, были с рост человека. Велес и Коляда умело подпали их и загорелись угли каменные пламенем сильным вверх, давая тепло вокруг. Все путники сели на бревна, что притащили молодые люди из леса и запалили костер, чтобы поесть. У Ягини в суме было немного ягод сушеных и муки, что она взяла у стариков. Слепили они с Сашей из ягод, муки да талого снега колобки, нанизали их на палки, да испекли над костром. После трапезы все стали обсуждать, что делать, как Карачуна лучше победить. Вдруг Заря Заряница воскликнула:
— Вспомнила я один заговор тайный, как без камней самоцветных и лучей целительных солнечных оберег новый для тебя сделать, сынок. Чтобы ты вновь силу свою богатырскую обрел.
— И вы сможете, матушка?
— Да. Я пояс тебе заговоренный из своей волшебной пряжи свяжу, да только нужна вещь одна, чтобы ворожбу свершить. Без нее ничего не получится.
— Какая же? — просил Колядар. Все сидящие рядом слышали тоже их слова.
— Волосы девичьи. Я их вплетать в нити буду, и заговоры читать. А волосы энергию живую человека хранят, оттого заговоренный пояс получится. Еще пуще прежнего сила богатырская у тебя будет. Только девица та должна по своей воле волосы отдать, иначе энергию они свою потеряют.
— И какая надобна девица для этого? — спросил Колядар.
— Нужна та, которая ни разу не рожала.
— Девственная? — спросил Велес.
— Это не важно, — ответила Заря. — Главное, чтобы в чреве ее детяти никогда не было. Тогда сила ее девичья и женская сохраняется полностью. А когда дитя у бабы есть то часть энергии она ему отдает. Не получится тогда обережный заговор.
Все посмотрели на Ягиню, ведь она была суженой Колядара и явно должна была помочь ему.
— Я не могу свои отдать, — заметил Ягиня печально. — Без волос длинных я ворожить и чародеить не смогу. Вся сила ведьмина у меня пропадёт.
— Мои возьмите! — предложила вдруг громко Саша. — Если можно так вернуть ему силу, то я отдам волосы.
— И что тебе совсем не жалко? — опешил Колядар, вклинивая в нее удивленный взор.
— Жаль, — согласилась Саша и тихо, словно только для себя, вымолвила. — Я их столько лет растила и ухаживала. Даже не красила ни разу, чтобы не портились…
— Красила? Как это? — спросила Ягиня.
— Не важно, — отмахнулась Саша. — Сейчас на них ни лака, ни завивки нет. Потому берите, матушка Заря, они настоящие. Надеюсь у вас все получиться с обрегом.
— Вот благодарствую тебе, доченька. Ты очень добрая, — сказала ласково ей Заря.
— Вам прямо сейчас надо? — спросила Саша.
— Да, милая. Я бы вязать уже начала, а к утру бы закончила.
— Хорошо, — кивнула Саша. Она проворно сняла с головы шапочку и распустив волосы из косы подошла к сидящему на бревне Колядару. — Доставай нож и режь.
— Ты, правда, решила
