остаться там, пока у меня не появится для тебя новое место.
Хюльда кивнула:
– Это пойдет клиенту на пользу.
Барабаня пальцами по спинке стула, Мира спросила:
– Что-то еще? Ты влетела сюда как ураган.
– Я… – Хюльда переступила с ноги на ногу. Схватила пустой стул и подтащила его поближе. Села. Мира последовала ее примеру и тоже села. – У меня проблема. Или может возникнуть проблема.
Забеспокоясь, Мира подалась вперед:
– Какая?
Хюльда была благодарна, что Мира дала ей время выразить все своими словами, хотя могла просто вытащить воспоминания об инциденте из ее головы.
– Я… то есть в Портсмуте всего два часа назад… Думаю, я видела Сайласа Хогвуда.
Мира откинулась на спинку стула и скрестила руки на груди. Несколько секунд она размышляла.
– Это решительно невозможно. Ты уверена?
– Настолько, насколько могла его разглядеть своими двумя глазами. – Хюльда рассказала, где была она, где он, что на нем было надето.
Мира сжала губы. Наклонилась вперед. Взяла карандаш и начала стучать его тупым концом по столу.
– Можно?
Кивнув, Хюльда представила себе эту картинку так четко, как могла. Хоть она и не почувствовала, как Мира вошла в ее мысли, она знала, что она там, видит то, что видит Хюльда. Мира вздохнула, показывая, что закончила.
– А мистер Фернсби хорош собой, – прокомментировала она.
Хюльда покраснела:
– Мира, ну в самом деле!
Та ответила ей встревоженной улыбкой, часто моргая: обычный побочный эффект психометрии – притупление других чувств. У любой магии есть свои последствия, хотя у большинства людей магии в крови настолько мало, что и реакция редко бывает острой.
– Они и правда похожи, тут ты права, – согласилась Мира. – Но я не думаю, что это был мистер Хогвуд.
– Правда? – Хюльда сцепила свои пальцы в замок. – Даже манера одеваться…
– Ты не видела его одиннадцать лет, – мягко упорствовала Мира. – Мистер Хогвуд сидит в тюрьме. А даже если бы и вышел, то что ему делать не где-нибудь, а именно в Род-Айленде?
Хюльда немного расслабилась.
– Я то же самое себе говорила. – Она знала мистера Хогвуда достаточно хорошо; в конце концов, она работала на него два года, когда еще была экономкой на полную ставку. А можно много узнать о своем нанимателе, пока управляешь его домом. Она знала, что он ужасно чистоплотен. Он был добр с теми, кто жил с ним рядом, но не любил встречаться с новыми людьми. Он держал целые части дома пустыми, только для себя, потому что ценил уединение… а не просто потому, что скрывал зверские преступления, которые совершал. Он определенно был человеком с устоявшимся образом жизни, который он мог вести только в Англии. Ни разу за все то время, что она его знала, он не выражал и намека на желание покинуть родину.
Мира сочувственно кивнула:
– Утро вечера мудренее. Тебе нужно поспать. Увидеть мужчину, который внешне так на него похож, наверное, было шоком для твоей нервной системы. То были… темные времена, а ты угодила в самый центр бури. Такие воспоминания никогда по-настоящему не уйдут.
Хюльда заставила себя расслабиться.
– Это, конечно, так. Мне даже почти жаль, что ты не можешь просто вырвать их из моей головы и позволить мне жить в блаженном неведении.
Мира хихикнула:
– К сожалению, такого я не умею.
Вздохнув, Хюльда поднялась на ноги.
– Я лучше пойду.
– Не забудь забрать у мисс Стиверус свою почту.
Хюльда остановилась. Ей нечасто присылали письма в БИХОК, но это было не то чтобы невозможно.
– Спасибо, Мира.
– Держи меня в курсе, Хюльда. Пожалуйста. – Она с теплотой улыбнулась.
Хюльда улыбнулась в ответ, подхватила сумку и вышла. Она не успела даже спросить, а мисс Стиверус уже развернулась на стуле и сказала:
– Это вам! – и вручила ей хрустящий конверт. – На вид что-то важное.
– И то верно. – Она повертела его в руках. Обратный адрес ей был незнаком. – Вы не оформите запрос на два камня общения?
– Будет сделано; мне все равно нужно достать кое-какие документы. – Встав, секретарша направилась по смежному коридору в архив. Хюльда села на один из пустующих стульев. Можно, пожалуй, и прочесть это послание, прежде чем заняться бесплодной охотой в маленькой библиотеке БИХОКа. Сломав печать и вынув письмо, она прочитала:
Уважаемая мисс Хюльда Ларкин,
Меня зовут Элайджа Кларк, я председатель Генеалогического общества распространения магии.
Хюльда закатила глаза. Очевидно, от нее чего-то хотят. Но она все равно стала читать дальше.
Мы нашли вас через вашу прабабушку Шарлотту «Лотти» Дэнкворт. Как вам известно, она была знаменитой ярмарочной предсказательницей и астрологом на Восточном побережье. Мы были счастливы узнать, что у нее есть потомки!
Если ГОРМ вам еще не знаком, позвольте мне отнять минутку вашего времени и рассказать о нашей организации.
Хюльда отлично знала, чем это общество занимается.
Наша цель – изучать наследие магически одаренных людей в надежде свести их вместе, чтобы сформировать магически выгодные союзы. Мы верим, что вам досталась существенная часть талантов вашей прабабушки, учитывая вашу родословную, и мы бы хотели пообщаться с вами на тему передачи магии грядущим поколениям. Это крайне полезный и благословенный ресурс, который столь быстро иссякает; мы хотим, чтобы люди будущего могли использовать его так же, как и мы сейчас.
Пожалуйста, пришлите ваш ответ по адресу, указанному ниже. Мне бы хотелось поговорить с вами о ваших способностях, вариантах и будущем. За ваши труды, разумеется, вы получите вознаграждение.
Искренне и с большой надеждой,
Элайджа Кларк
Хюльда вновь закатила глаза – дурная привычка, сформировавшаяся еще в детстве и решительно неискоренимая. Пусть Генеалогическое общество распространения магии и располагало самыми впечатляющими данными о родословных в западном полушарии, но это была, по сути, прославленная организация, устраивающая договорные браки. Подобные группы существовали уже много веков, с того самого момента, как человечество осознало, что магия – ресурс небезграничный. Собственно, их цель была благородной. Да, мир и правда будет процветать, если магия в нем задержится. Она давала энергию, двигала общественный транспорт, выращивала урожай… Ну, во всяком случае, там, где еще существовала. Просто было печально, что единственный способ увеличить ее присутствие в мире – это селективное скрещивание.
И все же, может быть, Хюльда поспешила так легко отмахнуться от письма. Конечно, было ощущение, что ее личные границы нарушили, отследив ее по прабабке, но не было похоже, что Хюльда однажды сама найдет себе мужа. Ей было тридцать четыре года, а ее ни разу в жизни не целовал мужчина, и никто никогда за ней
