Глава 26
– Вызывали, Александр Радомирович? – Андрей Милованов вошёл в комнату своего отца, служащую ему рабочим кабинетом в загородном доме. Милованов старший сидел за столом, в кресле, в домашнем халате. Даже дома его не отвлекали, если он работал.
– Сядь, и не паясничай! – сухо ответил Милованов старший. И Андрей почувствовал себя обыкновенным школьником, которого будут отчитывать за плохие оценки.
– Что случилось, пап?
– Ещё не случилось. Не перебивай. – Милованов старший выдержал паузу. – Ты просил меня пробить некую Альбину Сталевскую. Так вот. Альбина Сталевская была рекомендована Бронниковым для прохождения практики и (возможно!) дальнейшего трудоустройства в моем отделе. Но. Была перенаправлена в юридический отдел за неимением никакого опыта. В юридическом отделе зарекомендовала себя как исполнительный и ответственный сотрудник, получив соответствующие рекомендации. И если бы не твоя просьба, продолжала бы там работать.
Чуть не сорвался вопрос, но Андрей сдержался, прекрасно зная, как отец не любит, когда его перебивают. И Милованов старший продолжил:
– Я полностью доверяю Бронникову и его рекомендациям. Но! Никакую Альбину Сталевскую Вениамин не рекомендовал. Об этом мы обсудили с ним за дружеской партией в шашки. И, более того! Это имя ему совершенно не знакомо, и даже не числится ни в одной ведомости. Вопрос! Как, не имея специального образования, девушка выполняла все данные ей поручения?
Андрей молчал, зная, что ответ прозвучит.
– Она отправляла своему посреднику работу и получала готовый результат или чёткую инструкцию по выполнению. И не факт, что он был один, потому что скорость выполнения была достаточно высокого уровня. Вопрос: зачем это нужно Сталевской? И вот что обнаружилось на её компьютере под двойной защитой в папке «Игры для девочек».
Отец протянул распечатанные листы А4 сыну.
Андрей внимательно изучил документы. С каждым новым листом его лицо становилось мрачнее. Это были четыре лицензии на продажу спиртосодержащей продукции согласно закону №171 ФЗ. Но Милованов знал, что как минимум две из этих лицензий не могут быть получены, так как сауны Антонова располагались на прилежащей территории спортивных комплексов. И Андрей был уверен, что таких бумаг в документации Антонова быть просто не могло. Обнаружение подобного материала повело бы за собой проверку всех комплексов, вплоть до их закрытия.
– А так как было известно, что дочь Антонова была отстранена от руководства, то, когда отстранят и приёмного сына, Антонов останется один на один с достаточно сильным противником.
– Почему он отстранил дочь? – спросил Андрей.
– Семейные разборки. Девочка пошла против воли отца, отказавшись делать аборт, или выйти замуж, тем самым заявив о своей самостоятельности. И Антонов назначил руководителем своего приёмного сына, которого и пытается подставить Альбина.
– А Альбину я сам «порекомендовал» своему другу, – произнёс Андрей.
В кабинете повисла тишина.
– Антонов знает? – нарушил тишину Андрей.
– Ему позвонили.
– И что он предпримет?
– Не знаю. Я бы на его месте взял с поличным эту Альбину. Что, собственно, ему и посоветовали, потому что имя заказчика так и неизвестно. – Андрей усмехнулся. Имя было хорошо известно, просто никто не мог его ни в чём упрекнуть. – Вот именно. В нашей работе мало знать, нужно это доказать! А у нас ничего нет.
– Значит, ей просто нужен его рабочий ноутбук? Она могла сделать электронные копии где угодно! – возразил Андрей.
– Могла. Но сейчас слишком умные айтишники, и доказать с какого носителя была произведена копия – пара пустяков.
– Но почему они не воспользовались, пока Димка лежал в больнице?
– Потому что тогда было бы сразу ясно, что действует кто-то со стороны. Антонов заморозил всю работу через сеть.
– Бред! Вариантов тьма!
– Но рискованных. А так в рабочее время, в рабочем процессе. Красота! И руки у всех чистые! А приёмный сынок оказался очень жадным. Се ля ви. Точнее, се ля вас.
– Я могу позвонить Вершинину?
– Ты всегда ему звонил, более того, пил с ним. С чего ты вдруг решил спросить разрешения?
– Димка не пьёт. Спасибо, пап.
Андрей вышел из кабинета отца, набирая номер друга. Но абонент был вне зоны доступа. Тогда Андрей набрал его сестру. Гудки шли, но на том конце не спешили взять трубку. Зная характер Яны, та ни за что не перезвонит. Поэтому Андрей упрямо набирал её номер, понимая, что ещё слишком рано, и Яна, скорее всего, ещё спит. Наконец на том конце ответили сонным голосом:
– Милованов, ты сдурел? Ты на часы глядел?! Шесть часов, мать твою!
– Я бы сказал, доброе утро, но боюсь, что это не так, – проигнорировав заслуженные возмущения, ответил Андрей.
Яне понадобилось время, чтобы переварить полученную информацию, и час, чтобы собраться и отвезти в сад дочь. Но, почти подъезжая к дому брата, она приняла ещё один звонок, резко развернула машину и рванула в городской кардиологический центр, куда только что привезли её отца.
Спустя почти два часа ожидания, её пропустили в палату. Отец был бледен. Яна слушала его, не перебивая, и из палаты вышла белее своего родителя.
