class="p1">Активировал наконечники Бретеру, Скала тем временем уже отправил свою связку в полет. Два взрыва прогремели один за другим, разнеся в стороны стаю монстров и еще больше расширив проход.
– Внутри больше одного копья не кидаем, ходы извилистые, нас самих ударной волной от связок тоже поубивает, – напомнил я всем. – Я и Скала впереди, остальные позади, не забывайте активировать наконечники у Аркоша! Наткнемся на матку – никаких бросков взрывчатки в ее голову, можем повредить артефакт. Все кидаем ей ровно под ноги!
Клык закинул лук за спину и тоже взял копье с разрывным наконечником, так же поступила и Зейла, только у нее были дротики – серьезное оружие в ее руках.
Не давая рипперам опомниться, пошли на штурм. Вначале закинули внутрь горящие факелы. Мы со Скалой, двигаясь впереди, не забывали добивать пострадавших от взрыва тварей – челюсти у них такие, что могут ногу насквозь прокусить, да еще и кость раздробить при этом. В пяти шагах от пролома подранки закончились.
Подкрепление не заставило себя ждать – мы услышали шуршание их лап впереди, за поворотом. Тут же бросили туда по копью. Два взрыва покончили с шуршанием и даже проломили небольшой кусок стены, привнеся в только слегка освещенный факелами темный коридор немного лунного света.
Свернули за угол, кинули вперед по движению новые факелы, добили трех обнаруженных подранков – все бойцы, не рабочие. Тут же метнули на шуршание из-за угла еще по одному копью, и после взрыва снова пошли вперед. Сзади тоже раздалось три взрыва – похоже, на нашу команду напали и оттуда. Раз никто на помощь не зовет, значит, все в порядке, отбились.
Первый опасный момент возник, когда мы сделали два круга по коридору вверх. За это время мы потратили шестнадцать копий, стены исправно проламывались, и в отверстия по изменившемуся положению луны было видно, насколько мы продвигаемся внутри улья. Из-за очередного угла раздалось уже не шуршание отдельных лап, а самый настоящий топот, что означало, что на нас мчатся десятки тварей.
Мы со Скалой переглянулись и начали метать копья одно за другим, с интервалом в полторы-две секунды. Взрывы гремели, появившийся тут же пролом стремительно расширялся, и новые копья приходилось кидать выше или ниже его, чтобы они не улетели наружу. Проломили и часть пола впереди, в дыру тут же угодил выскочивший из-за угла риппер. Повисел какое-то время, уцепившись передними лапами за край, но, поскольку, надо полагать, сильно пострадал от взрыва, все же лапы разжал и ухнул вниз.
Копий у нас было много, мы точно знали, куда шли. Но топот лап стих только после пятого двойного броска. Свернув за угол, нам даже не понадобилось метать факел – огромный пролом прекрасно освещал все метров на десять вдаль, до следующего поворота. Пол коридора был покрыт телами монстров, словно ковром, – часть была размолота взрывами, часть еще билась в последних судорогах.
Никаких указаний Скале не требовалось – мы принялись добивать раненых рипперов. Бретер и Клык тащили основные запасы копий с разрывными артефактами – прежде чем идти дальше, обновили у них свои запасы.
Еще дважды монстры попытались атаковать волнами, но оба раза взрывчатка сработала безукоризненно. В узких ходах это страшное оружие, вся энергия взрыва уходит в дело. Во второй раз заметил, что боевых особей среди нападавших почти не было: в отличие от предыдущих нападений на нас гнали, в основном, рабочих. Совсем обнадеживаться на этот счет не стал – наверняка часть боевых особей матка держит при себе. Но все же явно их осталось не так уж много!
Стало понятно, что дело близится к финалу – да и поднялись мы уже высоко, по ощущениям, были близко к куполу. Где-то здесь уже должно находиться и гнездо матки улья.
За следующий неполный круг подъема вверх на нас напало всего три рабочих особи – бежали они в атаку вяло, в отличие от боевых, поэтому мы обошлись без взрывов, зарубили их мечами. А затем, после очередного поворота, мы вышли в короткий широкий коридор. Бросив вдаль по факелу, тут же увидели, что добрались до гнезда. Матки ульев любят тепло, поэтому их гнезда расположены в своеобразной мансарде, занимая всю поверхность хорошо нагреваемой днем солнцем верхней части строения. Вот ко входу в эту мансарду мы и вышли. Сразу за коридором открывался огромный зал с круглым потолком, на пороге которого нас ждали, столпившись, боевые особи рипперов, примерно десяток. Стояли они абсолютно неподвижно, словно статуи, даже жвала, которые обычно у них снуют вверх-вниз, были неподвижны. Никаких сомнений относительно происходящего у меня не возникло – это последний охранный отряд, и матка боится отпускать бойцов в нападение, держит рядом с собой. Ширина коридора позволяла комфортно встать рядом втроем, и к нам тут же присоединился Клык.
– Низом! – командую товарищам, и три копья улетают под ноги монстрам.
Взрывом их подбрасывает вверх, частично рушится пол под их ногами. Вход в гнездо расчищен, швыряем внутрь подальше новые факелы – в их отблесках замечаем в середине гнезда массивную матку. Размером она поменьше бареха, это верно, зато вся заключена в мощный панцирь, намного серьезнее тех, что есть у рядовых рипперов, – как рабочих особей, так и боевых. Она тоже стоит неподвижно – ждет, когда мы подойдем поближе, чтобы атаковать. Она знает свою сильную сторону – при такой массе и крепком панцире она просто может давить нас об стены, не обязательно даже пускать в дело мощную пасть. А в ней такие жвала, что человека пополам можно перекусить!
Но мы не дураки, чтобы побежать к ней – такая глупость в наши планы не входит.
– По одному копью, низом! – командую я.
Задача – повредить мощные, тоже бронированные конечности, но не переборщить со взрывами, чтобы тварь не провалилась сквозь пол на этаж ниже. Если так случится, наши шансы справиться с ней резко упадут. Даже на четырех действующих лапах она может так быстро умчаться в пустыню, что нам ее будет не догнать. Членам команды я рассказал о том, что такое случалось, и они понимают, почему не надо частить со взрывчаткой.
Три взрыва немного подбрасывают вверх массивную тушу, после чего она резко припадает к полу. Неужто удалось с первого раза перебить большинство конечностей? Несколько секунд, и матка снова поднимается на ноги – они у нее целы, просто несколько из них провалилось в образовавшиеся от взрыва проломы.
Кидаю сам копье в одну из лап, где пол целый – снова неудача, пол проломлен, но матка опирается на лапу, в которую я попал копьем, безо всяких проблем. Но тут она решает, что хватит бездействовать, и прямо с места развив большую скорость, мчится на нас.
Для нас это выигрышная ситуация, несмотря на резко возросшую опасность – можно швырять копья одно за другим, не опасаясь, что матка провалится сквозь пол, ведь она все время меняет свое положение на новое. Три взрыва, еще три взрыва – и, наконец, монстр оседает на подкосившихся конечностях в десяти метрах от нас. Столько взрывов его ноги не выдержали, несмотря на броню. А может быть, удалось повредить и брюхо, если повезло. Оно у монстра тоже бронированное, но хуже, чем грудь и бока.
– Зейла, теперь ты! – командую я.
Чтобы добить монстра, нужны уже виртуозные броски – надо аккуратно перекидывать дротики с взрывными артефактами через голову, чтобы взрывались они на спине. Голову задевать ни в коем случае нельзя – именно в ней у монстра и находится заветный артефакт, за который и готовы отвалить такую большую сумму в столичных лавках. Нельзя устраивать взрывы снизу – монстр может провалиться в дыру, которая появится. Ноги у него, конечно, не отрастут, чтобы сбежать, но это все равно будет неудобно – придется спускаться по ходу, искать, куда он провалился. Если свалится в узкий коридор и окажется головой к нам, когда мы спустимся вниз, вопрос, как аккуратно добить матку улья, не повредив артефакт, встанет вообще остро.
Глава 16
Зейла становится поудобнее, пока монстр мрачно смотрит на нас, дергая жвалами
