Читаем без скачивания Владыка (СИ) - Седых Александр Иванович

Однако Алексей отправился встречаться не только с начальником артиллерии и инженерных войск генерал–майором Иваном Тимофеевичем Беляевым, но и с его фронтовым другом, начальником генерального штаба генерал–майором Николаем Францевичем Эрном. И разговор у них состоялся не только об испанских кладах на дне моря.

— Ну как дела у нас с артиллерией? — после дружеских рукопожатий, сразу приступил к делу атаман казачьего войска.

— С пневматической или пороховой? — уточнил вопрос Беляев.

— Давайте, Иван Тимофеевич, сначала разберёмся с боевой артиллерией, а уж потом посмотрим на работу тренировочной пневматики.

— Уже приступил к работе первый цех по производству переносных миномётов. Наращиваем мощности по изготовлению боеприпасов, — без особого энтузиазма ответил старый генерал. — Ничего другого слабая промышленность Парагвая пока себе позволить не может. Оно конечно, в условиях предстоящего театра боевых действий в предгорьях Анд и на поросших кустарником западных пустошах Гран Чако лёгкие миномёты будут очень эффективны. Однако и дальнобойная артиллерия была бы полезна, особенно при обороне пограничных фортов.

— Сосредоточьте в фортах всю имеющуюся в наличии старую артиллерию, — приказал атаман. — Другие пушки производить не будем, снарядов докупим у соседей.

— А что делать с наследием Черноморского флота? — напомнил начальник штаба. — Мы же уйму снарядов с кораблей утащили, да и кое–какие морские орудия свинтили.

— Установите корабельные орудия тоже на бастионах фортов.

— А с крупнокалиберными снарядами что делать? Орудийных стволов под них у казаков нет, — тяжело вздохнув, грустно заметил начальник артиллерии.

— Поступим со снарядами, как в старину казаки использовали трофейные турецкие боеприпасы, — усмехнулся Алексей. — В детстве мне крёстный отец рассказывал о «казацкой артиллерии».

— Не слышали о такой, — переглянувшись с товарищем, признался старый генерал. — Казаки сами пушек не производили.

— А они не из пушек стреляли, — продолжал интриговать Алексей.

— «Сапёрная артиллерия»! — хлопнув себя по лбу ладонью, вспомнил точное название казацких самоделок Беляев. — Нам ещё в академии профессор–историк тоже рассказывал об использовании в Турецкую кампанию крупных зарядов при обороне пехотных позиций.

— Прошу пояснить, — устыдившись пробела в знании военной истории, нахмурил брови начальник штаба.

— Выкапывается углубление с задней вертикальной стенкой, а в сторону наступающего противника с откосом в тридцать градусов, — стал показывать на пальцах Беляев. — К стенке закладывается заряд пороха, а в сторону откоса выкладываются камни или чугунные ядра. При подходе противника зажигается фитиль, и взрыв пороха выбрасывает поражающие элементы в сторону пехоты.

— Если ядра разрывные, то им заменяли фитили на быстровоспламеняемые, — дополнил Алексей. — Тогда снаряды разрывались в воздухе, как шрапнельные заряды.

— И далеко ядра улетали из «сапёрной пушки»? — с сомнением поморщился генерал Эрн.

— Так при обороне позиций далеко стрелять и не требуется, — пожал плечами Беляев. — А если вместо пороха закладывать толовые шашки, то на сотню метров легко зашвырнуть даже крупнокалиберный снаряд. Расстояние зависит от величины выталкивающего заряда и веса боевой части. Надо только вместо ударного взрывателя установить пороховой запал. Для большего поражающего действия можно ещё поместить боеголовку в металлическую трубу, засыпанную шрапнелью.

— Тут и без шрапнели пехоту в клочья разорвёт, — поёжился начальник штаба. — От снаряда главного корабельного калибра получится глубоченная воронка.

— А вот тут, коллега, вы ошибаетесь! — оживился старый артиллерист. — Шрапнелью надо начинять трубу плотно, ибо поражение пехоты будет производиться не кусками вывороченного грунта, а исключительно ударной волной. Зато уж силища от взрыва получится колоссальной, так как не уйдёт вглубь воронки, а распространится вдоль поверхности.

— Эдак, ударная волна на сотни метров всё сокрушит, — задумчиво почесал подбородок начальник штаба и нашёл явный изъян в чрезмерном заряде. — Как бы шрапнелью и наших казачков в обороне не зацепило.

— А казаков рядом не будет, — опять удивил атаман–затейник. — Мы будем обстреливать «сапёрной артиллерией» вражеские колонны на марше. В западных областях Гран Чако, среди безбрежных зарослей колючего кустарника, очень мало дорог. Водные артерии тоже все наперечёт. Надо лишь заранее подготовить места для замаскированных минных ловушек.

— И подрывать мины издали, пользуясь проводами и электродетонаторами, — развил мысль атамана Беляев. — Точность попаданий особо не важна, хотя можно и заранее всё рассчитать. Крупные заряды накроют взрывами большие участки дороги. Вражеские сапёры не смогут обнаружить минные ловушки, так как они располагаются в сотне метров от дороги, да ещё отгорожены густыми полосами непроходимого колючего кустарника.

— Подрывать мины можно и командами по радио, — пришла новаторская мысль к Алексею. — Думаю, нашим радиокудесникам не составит большого труда придумать подрывную радиомашинку и соответствующие детонаторы. Ради столь крупных минных засад можно и на дополнительные расходы пойти.

— Ох, владыка, и добрая у вас душа, — криво усмехнулся начальник штаба. — Всё о людях печётесь, даже на непрошеных гостей вам никаких денег не жалко.

— Встретим щедрыми подарками, — зло осклабился добрейший батюшка. — Пусть супостаты только сунутся в наши райские земли.

— Алексей, думаете, что всё же со стороны Гран Чако придут? — пытливо посмотрел в глаза пророку начальник штаба.

— А им больше деваться некуда, — развёл руками казацкий стратег. — Верховья Пилькомайо мы перегородим высокогорными фортами и подводными минными полями. С севера — сплошные болота. Обойти восточнее не дадут непроходимые бразильские леса. Пуститься к югу не позволят крутые горные хребты Анд, да и аргентинцы тогда в свару влезут. Нет, один путь у боливийцев — только всеми силами тупо переть с запада.

— Так, может, и вовсе не полезут? — хотелось надеяться на мирный исход начальнику штаба.

— Боливии нужен позарез выход к морю, — покачал головой Алексей. — А когда узнают о нефтяных запасах Гран Чако, то последние сомнения у них отпадут. Богатенький малонаселённый Парагвай покажется лакомым куском. Не забывайте, господа, на картах завистливого соседа спорные земли Гран Чако давно уже окрашены боливийскими красками. Так что друзья, надо заранее готовиться устлать путь агрессора колючками. Как там у нас обстоят дела с производством пехотных мин?

— Налаживаем, — кивнул Беляев. — Решили изготавливать в деревянных корпусах — это дешевле и эффективнее.

— Металлоискателем деревянные коробочки не обнаружить, — согласился Алексей. — Однако как изделия будут переносить воздействие влаги?

— Стыки проклеиваем надёжно, — заверил Беляев. — Касательно тонкой деревянной оболочки, так мы мины заранее в землю не закапываем. Готовимся к быстрой их установке с помощью мобильных автотральщиков со специальными укладчиками.

— Ну ладно, как-нибудь один дождливый сезон деревяшки выстоят, — махнул ладонью атаман. — А потом пусть гниют — не на годы же минные поля ставим. Только вот самим бы потом на деревянных «невидимках» не подорваться.

— Активно развиваем сапёрные школы, укомплектованные служебными собаками–сапёрами, — отчитался генерал Эрн.

— Только и про остальные направления собаководства не забывайте, — напутствовал атаман. — В пограничных подразделениях и разведывательно–диверсионных группах четвероногие помощники тоже нужны. Да и полиция с нетерпением ждёт ценных розыскников.

После краткой беседы в здании штаба, соратники проехали на военный полигон.

— А вот и наша стрелковая пневматика, — провёл гостей к пулемётной установке, установленной в огромном куполообразном ангаре генерал Беляев. — На этом тренажёре обучаются стрелки автожиров и зенитных расчётов. Пневматический пулемёт закреплён на вращающейся раме, оснащённой электроприводом поворота лафета и ствола пулемёта. Угол обстрела: по горизонтали — триста шестьдесят градусов, по вертикали — девяносто.