посчитать, что вы
знаете Желтую Тень и располагаете средствами борьбы с ним.
Боб Моран решительно отмел такое предположение.
— Я должен вам повторить то же самое, что сказал комиссару Мортону. До этой ночи я даже никогда не слышал о Желтой Тени, даю слово. Однако…
Боб заколебался, и это не ускользнуло от внимания шефа Скотленд-Ярда.
— Однако?..
Боб молчал в нерешительности, но наконец решил довериться собеседнику.
— Однако должен сказать, что надпись на лбу Джека Стара мне что-то напоминает.
Искра интереса вспыхнула в глазах комиссара.
— И что же она вам напоминает? Говорите точнее!
— Да знаете, так, мелочь. Мне кажется, я ее где-то видел. Но вот где? Сам бы хотел вспомнить…
Комиссар не стал настаивать.
— Может быть, вспомните потом. А пока вы будете вспоминать, разрешите сделать вам предложение, которое, надеюсь, вы примете.
— Предложение? — Насторожился Боб. — И в чем же оно заключается?
— Я хотел бы попросить вас помочь нам в борьбе против Желтой Тени, всего-навсего.
Боб Моран весело рассмеялся.
— Помочь вам бороться с Желтой Тенью? Мне, простому гражданину, помочь вам, руководителю одной из лучших полицейских служб в мире? Ну, знаете ли, господин комиссар…
— Прежде чем выражать удивление, разрешите мне закончить, — оборвал его cэp Арчибальд. — Ваше сотрудничество важно нам более, чем вы можете предположить. И это касается не только странных знаков, которые вы можете вспомнить. Именно потому, что вы частное лицо, которое вольно свободно действовать по своему разумению. Моя полиция, напротив, связана по рукам и ногам строгими законами, действия ее ограничены всякого рода табу. Например, если моим людям нужно обыскать какое-либо помещение, они обязательно должны иметь ордер на обыск. А пока получат, может быть уже поздно — дичь улетела. Вам же достаточно вскрыть дверь отмычкой или влезть через окно.
— Короче, — прервал его Боб Моран, — вы отводите мне роль этакого волка-одиночки.
Сэр Арчибальд не ответил, так как зазвонил телефон. Шеф Скотленд-Ярда снял трубку. После короткого разговора Бейуоттер положил трубку на рычаг и объявил:
— Мне нужно срочно ехать в госпиталь, где лежат Джек Стар и пятеро других жертв. Хотелось, чтобы вы сопровождали меня, так как Стар может прийти в сознание и сделать заявление. Вполне допустимо, что он не захочет говорить ни с кем, кроме вас…
Боб прикинул, что в этих условиях ему трудно ответить отказом. Он поднялся и последовал за сэром Арчибальдом, уже на ходу подумав, что не ответил ни да ни нет на предложение комиссара. Но было совершенно очевидно, что тот уверен в его согласии.
Глава госпиталя доктор Стилман принял комиссара и Боба Морана в огромном кабинете, стены которого закрывали полки с медицинскими книгами, тускло сверкающими золотыми корешками. Это был маленький подвижный человечек с почти лысой головой и черными живыми глазами.
— Я решил вызвать вас, господин комиссар, — торжественно заявил он, — поскольку сумел кое-что выяснить относительно заболевания этих пяти полуживых-полумертвых лиц, подобранных ночью. Все они находятся в состоянии сродни гипнотическому под воздействием сильных наркотических веществ типа скополамина.
— Они могут умереть? — живо спросил сэр Арчибальд.
— Нет… не думаю. Помимо гипнотического состояния, в которое их погрузили, они так же здоровы, как вы и я…
— Однако угроза Желтой Тени совершенно недвусмысленна. Если не будет разрушен Центр ядерных исследований в Харуэлле, они умрут. Джон Херби стоит первым в списке! Его смерть должна как бы послужить доказательством серьезности угрозы…
— Наверняка блефует, — рискнул предположить Моран.
Доктор Стилман долгим взглядом посмотрел на француза и, соглашаясь, кивнул.
— Я тоже думаю, что это блеф. Повторяю: эти люди не больны, нет никаких признаков тяжелого заболевания.
— Тем не менее, если мы не вмешаемся, — стоял на своем шеф Скотленд-Ярда, — они умрут один за другим. До сего времени Желтая Тень всегда исполнял свои угрозы.
— Вмешаться? — удивился доктор Стилман. — Но как?
— Почему не связаться с компетентными властями по поводу Центра ядерных исследований в Харуэлле? — предложил Боб Моран. — Как велик будет ущерб науке и человечеству…
Комиссар пожал плечами.
— Вы сами должны понимать, командан Моран, что это предложение неприемлемо. Прогресс остановить невозможно, и не исключено, что придется пожертвовать этими пятью людьми. Но наша задача попытаться выяснить, как Желтая Тень рассчитывает уничтожить их на расстоянии.
— Есть лекарства замедленного действия, — сказал Моран. — Наркотик может быть помещен в специальную капсулу, которая растворится в желудке через определенный срок. Может же он таким образом отравить их?
— Да, такое допустимо, — согласился доктор Стнлман, — но не в данном конкретном случае. Через несколько часов от капсулы ничего не останется. Не забывайте, что если Джон Херби должен умереть сегодня, то Валентину Уайлингу та же участь обещана только через месяц.
— Что же делать? — спросил сэр Арчибальд.
Врач развел руками.
— Ждать… Повторяю: мы внимательно обследовали всех пятерых и не можем сказать, чтобы им грозила какая-то смертельная опасность. Если — конечно, не дай бог! — Джон Херби умрет, мы произведем вскрытие и попытаемся выяснить причину, чтобы спасти остальных четверых несчастных.
Повисла гнетущая тишина, затем шеф Скотленд-Ярда спросил, обращаясь к медику:
— А как состояние Джека Стара? Есть ли у него шанс выкарабкаться?
— Полагаю, что да, хотя он еще не пришел в сознание— Он потерял много крови, и нам пришлось делать ему переливание. В любом случае он пробудет здесь несколько дней. Я вам сразу сообщу, как только его можно будет допросить.
— А говорили что-нибудь эти пятеро? Что-нибудь позволяющее понять, что же с ними случилось?
— Ничего. Они лежат неподвижно, взгляд бессмысленный, на вопросы не отвечают, на окружающее не реагируют. Время от времени они произносят одну и ту же фразу: «Желтая Тень есть жизнь, но это и смерть… Желтая Тень может спасти человечество, а может уничтожить его…»
Сэр Арчибальд и Боб Моран, которым здесь больше нечего было делать, распрощались с доктором Стилменом и покинули госпиталь. Под предлогом того, что он устал и не выспался. Боб попросил у комиссара разрешения откланяться и отправиться в отель.
Однако, придя в свой номер в гостинице, тщательно заперев дверь и задернув шторы, Боб никак не мог заснуть. За окном был в разгаре весенний день, до него долетал легкий шум жизни большого города, но Моран думал об этих пятерых несчастных, о загадочных знаках, о безграничной жестокости того, кто все это совершил…
Переворачиваясь с боку на бок, француз искал способ выйти на невидимого противника, одновременно думая о том, как и чем помочь людям. Но, не найдя никакого решения, он все больше и больше склонялся к мысли о необходимости демонтажа Центра ядерных исследований. В то же время он понимал,
