Читаем без скачивания Страх — это ключ - Алистер Маклин

— Вас — нет, генерал. Вы в безопасности. Я не знаю да и не хочу знать, что связывает вас с Вайлендом. Возможно, он держит вас на крючке, возможно, вы по уши завязли и работаете с ним, но в любом случае это не имеет значения. Вы в безопасности. Исчезновение самого богатого в стране человека приведет к самой крупной за последние десять лет полицейской охоте. Извините за цинизм, генерал, но так обстоит дело. Огромные деньги вызывают огромную активность полиции. Полиция будет оказывать сильный нажим на всех, генерал, а кокаинисты, подобные нашему ошалелому другу, показал я на Ларри, — имеют обыкновение легко раскалываться под нажимом.

Вайленд знает об этом. Так что вы в безопасности, и если не являетесь надежным партнером Вайленда, он найдет способ заставить вас держать язык за зубами, когда все это кончится. Вы ничего не сможете доказать — вы один, а их — много, и, думаю, даже ваша дочь не в курсе того, что происходит. К тому же есть Ройал, а знать, что вокруг рыщет Ройал, ожидая, когда кто-нибудь сделает хоть малейшую ошибку, — достаточная гарантия, что человек не станет поднимать шума. — Я отвернулся от генерала и улыбнулся Вайленду. — Но меня-то можно пустить в расход. — Я щелкнул пальцами. Гарантии, Вайленд, гарантии.

— Я гарантирую вам жизнь, Толбот, — спокойно сказал генерал Рутвен. Я знаю, кто вы, вы — убийца. Но я не позволю просто так убить даже убийцу.

Если с вами что-нибудь случится, я заговорю, невзирая на последствия.

Вайленд прежде всего — человек дела. Ваше убийство не компенсирует тех миллионов, которые он потеряет, так что вам нечего бояться.

Миллионы. Впервые они назвали сумму, за которой охотились. Миллионы.

И добыть их для них должен был я.

— Спасибо, генерал, вы очень добры, — ответил я, потушил сигарету, и с улыбкой повернулся к Вайленду:

— Принесите инструменты, дружок, и пойдем посмотрим на вашу новую игрушку.

Глава 9

Склепы, как правило, не делают в виде металлических цилиндров высотой двести футов, но если бы их делали, эта опора Х-13 стала бы сенсацией. Как склеп, конечно. Здесь было холодно, сыро и темно; мрак не рассеивался, а лишь подчеркивался тремя слабыми светильниками вверху, посередине и внизу; все выглядело жутковато и зловеще и вселяло ужас; многократное эхо голосов наполняло темную, похожую на пещеру, конструкцию — все это напоминало апокалипсическую картину, когда ангел выкликает твое имя в день Страшного Суда. По такому месту, должно быть, проходят после смерти, мрачно подумал я, а не при жизни.

В качестве склепа это место прекрасно, а когда через него предстоит пройти, — ужасно. Единственно, что связывало верх с низом, — несколько железных лестниц, приваренных к клепаным стенам опоры. Лестниц было двенадцать — в каждой по пятнадцать ступеней, и никаких площадок для отдыха. На плече у меня висел тяжелый мегометр, а ступени были мокрыми и скользкими, и, чтобы не сорваться с лестницы, мне приходилось цепляться за ступени изо всех сил, отчего мышцы рук и плеч страшно болели. Второй раз подряд я этот путь не прошел бы.

Обычно в незнакомом месте хозяин показывает дорогу, но Вайленд пренебрег своими обязанностями. Пожалуй, он боялся, что, если пойдет первым, я исхитрюсь врезать ему по голове ногой и он упадет и разобьется.

Как бы то ни было, я полез первым, а Вайленд и двое его парней с холодными глазами, ждавшие нас в помещении наверху, полезли вслед за мной. Ларри и генерал остались наверху, но ни у кого не сложилось впечатления, что Ларри способен укараулить кого-нибудь. Генерал был волен делать что угодно, но Вайленд, похоже, не боялся, что генерал воспользуется свободой, чтобы подложить ему свинью. Это казалось необъяснимым, но сейчас я знал ответ на эту загадку. Или мне казалось, что знал, и если я ошибался, то погибнут невинные люди. Я выбросил эту мысль из головы.

— Отлично. Открой люк, Сибэтти, — распорядился Вайленд.

Более мощный из двух парней наклонился, отдраил и поднял крышку люка.

Я уставился на узкий стальной цилиндр, который вел к стальной кабине под батискафом, и сказал Вайленду:

— Полагаю, вы знаете о необходимости заполнить эту входную камеру водой, когда отправитесь искать сокровища Черной Бороды?

— Это что еще за новости? — Он пристально, с подозрением посмотрел на меня. — Зачем это?

— Вы что, собирались оставить ее незаполненной водой? — недоверчиво спросил я. — Но входная камера обычно заполняется водой, как только начинаешь погружение. И это на поверхности, а не на глубине в сто тридцать футов, на которой мы сейчас находимся. Конечно, она выглядит прочной, возможно, даже выдержит давление и на вдвое большей глубине, я этого не знаю. Но знаю, что для плавучести она окружена баками с бензином, в которых около восьми тысяч галлонов бензина, и внизу эти баки выходят в море. Давление в этих баках точно соответствует давлению воды, поэтому они изготовлены из тонкого металла. Но если внутри входной камеры будет воздух, на ее стенки извне будет оказываться давление по меньшей мере в двести фунтов на квадратный дюйм. Такого давления камера не выдержит. Ее стенки продавятся, бензин вытечет, положительная плавучесть исчезнет, и вы останетесь на глубине четырехсот восьмидесяти футов. Навсегда.

Из-за царившего мрака трудно сказать что-либо определенно, но я мог поклясться, что Вайленд сильно побледнел.

— Брайсон не сказал мне об этом, — дрожащим голосом прошептал он.

— Брайсон? Это ваш друг-инженер? — Вайленд не ответил, и я продолжил:

— Думаю, он и не сказал бы. Ведь он не был вашим другом, Вайленд, не так ли? Он работал под дулом пистолета и знал, что кто-нибудь нажмет на курок, когда в нем перестанут нуждаться. Так на черта ему было говорить вам об этом? — Я отвернулся и поправил висевший на плече мегометр. — Я пойду вниз один. Чье-либо присутствие будет только нервировать меня.

— Ты надеешься, что я отпущу тебя одного? — холодно спросил Вайленд.

— Чтобы ты надул меня?

— Не глупите, — устало отмахнулся я. — Я могу встать перед электрическим распределительным щитком или предохранительной коробкой и сделать так, что этот батискаф больше никогда не двинется с места, и никто из ваших друзей ничего не заметит. В моих же собственных интересах заставить этот аппарат работать, и как можно быстрее. Чем быстрее, тем лучше для меня, — я посмотрел на часы. — Без двадцати одиннадцать. Чтобы найти неисправность, мне потребуется по меньшей мере три часа. В два я сделаю перерыв. Постучу в люк, и вы выпустите меня.

— В этом нет необходимости, — Вайленда явно не радовало мое предложение, но он не мог сказать, что я обманываю его, и не мог отказаться от моих услуг. — Внутри кабины установлен микрофон, а приемная аппаратура в помещении наверху. В кабине есть кнопка вызова. Дай знать, когда закончишь.

Я кивнул и начал спускаться по ступенькам, приваренным к стенке цилиндра. Отдраил верхний люк входной камеры батискафа и протиснулся через него — нижняя часть цилиндра, охватывавшая верх входной камеры, была шире лишь на несколько дюймов и не позволяла открыть люк полностью, — нащупал ступеньки, захлопнул и задраил люк и начал пробираться к находившейся под камерой кабине. Последние несколько футов пришлось пробираться под острым углом. Я открыл тяжелую стальную дверь кабины, протиснулся через узкий проход и задраил за собой дверь.

В кабине ничего не изменилось. Она была просторней, чем на более ранних батискафах этой серии, и слегка овальной, а не круглой, но потеря в конструктивной прочности с лихвой компенсировалась большей свободой действий в кабине. Кроме того, батискаф предназначался для спасательных работ на глубинах до 2500 футов, и относительная потеря прочности не имела значения. В кабине было три иллюминатора конической формы, сужавшихся вовнутрь, так что давление воды только вдавливало их поплотнее. Один иллюминатор был в полу. Иллюминаторы казались хрупкими, но я знал, что самый большой из них — внешний диаметр его составлял не более фута выполнен из специально разработанного плексигласа и мог выдержать давление в 250 тонн, что намного превышает давление воды на тех глубинах, на которых должен работать батискаф.

Сама кабина была шедевром. Одна стена — если примерно шестую часть сферы можно назвать стеной — была полностью занята приборами, круговыми шкалами, предохранительными коробками, переключателями и различной научной аппаратурой, которая нам не понадобится. На одной стороне этой стены находились устройства запуска двигателей, управления режимами их работы, управления прожекторами, захватами, свободно свисавшим гайдропом, который устойчиво удерживал батискаф около дна за счет того, что часть его свободно лежала на дне, чуть облегчив батискаф и позволяя ему удерживаться в равновесии. И наконец, здесь были ручки точной настройки устройства поглощения выдыхаемого углекислого газа и регенерации воздуха.