— Ты придумываешь то, чего нет, Сервиан! Эль мне как брат!
— Поэтому ты по-сестрински решила лечь с ним в койку?
Звонкая пощёчина — и Виан хватается за щеку, чувствуя, как в груди разгорается огонь. Тяжело дыша, юноша перевёл взгляд на Иону.
Та стояла неестественно прямо, скрестив руки на груди и глядя на фейри исподлобья. Губы упрямо поджаты, глаза потемнели от злости. Но где-то в глубине то и дело мелькала растерянность.
Иона не могла понять, что нашло на Виана. Она обычно не позволяла себе каких-то вольностей в сторону Лауреля, зная о давнем конфликте братьев. Никаких лишних прикосновений, взглядов и вообще всего, что могло трактоваться двусмысленно. Единственный раз, когда она повела себя иначе — когда они с Элем выпивали и в итоге она заснула, лежа головой на его коленях. Тяжело вздохнув, девушка шагнула вперёд, заметив, как ещё больше потемнел взгляд Сервиана. Осторожно, будто успокаивая дикого зверя, Иона протянула руку и коснулась плеча фейри.
— Виан, успокойся. Я никогда не думала о Лауреле в таком ключе. Ты слышишь меня? — Юноша медленно кивнул и Иона немного нервно улыбнулась. — Прекрати придумывать то, чего нет, хорошо?
— Привет, солнышко!
Дверь резко распахнулась и в комнату буквально ввалился слегка нетрезвый Лаурель. Иона почувствовала, как мышцы Виана под её ладонью напряглись.
— Ничего нет, значит?
Виан криво улыбнулся, сбрасывая руку девушки с плеча и, резко развернувшись, исчез. Лаурель, резко протрезвевший, помотал головой. Иона задумчиво смотрела на свои пальцы.
— Что произошло?
— Не знаю. — Девушка сжала ладонь в кулак. — Ты что-то хотел?
— Я вообще к Виану шёл. Не сразу понял, что он у тебя, прости.
— Всё хорошо.
Иона поняла, что плачет, только когда Эль коснулся её подбородка, приподнимая лицо девушки к себе и вытер слёзы с её щеки. Синеволосый фейри тяжело вздохнул, понимая, что из-за его ошибки произошла вся эта ситуация. Но он и правда слегка перебрал после тяжёлого дня, а потом ему захотелось вытащить Виана на прогулку в ближайший кабак, чтобы немного расслабиться.
— Я догоню его и поговорю с ним.
— Не стоит, Эль. Если так будет каждый раз, когда ему что-то померещится, то я не выдержу.
— Что он сказал?
— Уже неважно. Я пойду спать. Завтра тяжёлый день.
Лаурель, проводив взглядом девушку, которая уходила в покои чуть пошатываясь, про себя выругался. Судя по реакции Ионы, здесь произошло то же, что и в далёком прошлом.
Король Благого двора предлагал использовать древний артефакт, позволяющий увидеть, есть ли сердечные привязанности. Действовал он только в тех случаях, когда фейри и правда влюблён, а если проводить парную проверку — он показывал, связана ли чувствами пара или кто-то слишком хорошо играет. Создан он был очень давно и для того, чтобы наивных наследников не одурачил какой-нибудь прохиндей. А значит Виану стоит банально набить морду, потому что они уже не раз обсуждали это и Сервиан клялся, что верит брату и без проверок.
Хоть и кипело желание немедленно найти собрата и высказать всё, что думает о нём, Лаурель сдержался. Ему вовсе не хотелось, чтобы расстраивалась Иона. Так что он решил отложить разговор на утро, решив, что этого времени Виану хватит, чтобы успокоиться.
***
— Он ещё не пришёл?
— Нет, миледи.
Иона поджала губы, переводя взгляд в зеркало, перед которым стояла. Она уже была полностью собрана и до выхода оставались жалкие пять минут. А Сервиан так и не появился. Лаурель, заглянувший полчаса назад, сообщил, что нигде не может его найти и кровная связь заблокирована.
Внимательно осмотрев себя с ног до головы, Иона кивнула своему отражению и отвернулась от зеркала. Если Сервиан решил, что она будет бегать за ним — он сильно ошибся.
Около портала, когда она уже собиралась шагнуть в него, её окликнул Лаурель. Чуть запыхавшись, фейри всё-таки успел догнать девушку.
— Иона, может мне пойти с тобой?
— Не надо, Эль. Ты ещё месяц назад сказал, что будешь занят. Так что всё хорошо.
— Прости, за то что не нашёл его.
— Не стоит извиняться. Точнее, стоит, но не тебе. Если встретишь его, передай, пожалуйста кое-что. — Лаурель заметил, как дрогнули пальцы, которыми девушка придерживала подол платья. — Если он хочет, чтобы кто-то сидел у его ног, пусть заведёт себе питомца. А я — герцогиня Блэкклоу. И я не собираюсь ломать себя ради его тщеславия.
— Я загляну вечером.
— Только не бери вино. Я угощаю.
Криво усмехнувшись, Иона едва заметно кивнула и направилась в портал. Фейри ещё долго смотрел ей вслед, несмотря на то что воронка уже давно закрылась, оставив после себя лишь голую стену.
***
Иона, прибыв в императорский дворец, успела выслушать все жалобы Алеены, успокоить почти сорвавшегося Лаэрта, приструнить нервничающих слуг и выслушать гневную тираду от жреца. Последний нарвался на такую отповедь, что всю церемонию потом косился на герцогиню и нервно сглатывал, стоило девушке бросить на него взгляд.
Зал украсили роскошно и в то же время в меру. Гирлянды обвивали колонны, цветами были украшены две установленные арки — над входом в зал и около алтаря, где пару уже ждал жрец. Каждый из гостей держал маленькую корзинку, в которой лежали нежно-голубые лепестки абиреля и горсть мелкого белоснежного шабзена. Абирель издавна считался цветком, отгоняющим зло от влюблённых, а шабзен, по поверьям, помогал паре достичь согласия и мира. На алтаре стояли три чаши, две из которых предназначались представителям семей, а третья влюблённым. Представители должны были выпить из своего кубка по глотку вина, обменяться ими для того чтобы сделать ещё глоток, а после наполняли из них же третью чашу, дабы из неё испили по очереди будущие жених и невеста. Иона, как не старалась, так и не нашла смысл этого ритуала. То ли иносказательный обмен кровью, мол, теперь мы тут все семья. То ли очередная проверка на вшивость, а не потравят ли новообретённые родственнички… Но про себя девушка решила, что такое устраивать для себя точно не станет. Это конечно честь, с императором из одного кубка пить, но как-то всё
