тостами.
Есть хотелось ужасно и ждать что-то посерьезнее я не была готова. Уточнив, какую я предпочитаю, женщина принялась за дело. Я наблюдала за ее проворными действиями и думала о том, как разительно отличается ее поведение от того, как вела себя Наталья. Не то чтоб я винила ту, понимала ведь, по каким причинам было именно так. Просто уж слишком разителен был контраст между тем, какое отношение ко мне Макс хотел продемонстрировать, движимый злобой и жаждой мести и каким оно было на самом деле.
— Максим Алексеевич распорядился согласовать с вами распорядок дня и количество необходимого персонала, — сказала Ольга, подавая мне завтрак. — Когда вам будет удобно это сделать?
— После завтрака, — ответила я.
Яичница была неимоверно вкусной. Неделикатно быстро опустошив тарелку, я принялась за кофе. Впервые мысли о заботе о доме не вызывали раздражения, как случлось со всякой задачей, выполнять которую ты себя заставляешь. Наоборот, мне хотелось этим заниматься. Причем самой по большей части. Хотелось научиться готовить, гладить Максу рубашки на работу…
— Ольга, ваш рабочий день будет с пяти утра до двадцати ноль-ноль с перерывами и личным временем по мере выполнения поставленных задач с понедельника по пятницу. Забирать из дому и отвозить будет водитель. По помощникам — я это оставляю на ваше усмотрение после того, как составлю список обязанностей.
— Благодарю, Светлана, — учтиво улыбнувшись, женщина забрала посуду и отнесла в мойку.
Глава 29
Помимо Ольги в квартире посменно пребывали двое охранников. Еще двое дежурили у лифта на этаже и в машине у парадного. Хоть какой хорошей была охрана самого жилищного комплекса и какое количество видеокамер было натыкано по его периметру, в достаточной мере доверял Макс только своим людям. Персонал, пребывающий здесь круглосуточно, жил в трех комнатах отдельного крыла квартиры со своей кухней, ванной комнатой и собственным входом, так что, несмотря на расположение на одном этаже, у хозяев была максимальная приватность. Вдобавок к охране квартиры была, конечно, и личная. Моя и Макса.
Я любила сама разбирать свои вещи и наводить порядок в гардеробной и на туалетном столике, потому, закончив со списком задач и предпочитаемых мною блюд, занялась именно этим. Подумала о том, что нужно будет уточнить у Макса, что случилось с папиным домом и моими вещами, оставшимися в особняке Славецкого. Не то что бы я скучала по купленным для меня этим мудаком шмоткам и побрякушкам, но там были фотоальбомы, любимые книги и прочие вещи, лишаться которых я не хотела. Да и… неплохо бы узнать судьбу Славецкого хотя бы примерно. Он же не растворился в воздухе. У его исчезновения явно есть официальная версия. И еще же Кирилл… Я вздрогнула, вспомнив тот момент в ванной, когда Макс признался в убийстве. Что теперь будет? Как это обставили? Могут ли быть последствия для Макса?
Чтоб как-то скоротать время в ожидании его возвращения домой, я решила выйти на улицу. Надела спортивный костюм, кроссовки, черную кожанку. Раньше я так позволяла себе выглядеть только во дворе особняка Славецкого, да где-то на природе, а сейчас словно пряталась за такой вот неприметной одеждой. Не «словно», именно пряталась, ведь уже на этапе выбора меня охватила странная нервозность и беспокойство. Последний раз, когда я была в городе, меня похитили. Потом я почти месяц была пленницей Макса, потом меня подстрелили, потом…. Да и вообще, я просто-напросто не была в городе целый месяц!
Конечно же, сдаваться я не собиралась. Потому, накинув на голову капюшон, взяла телефон и, в сопровождении Димы, зашла в лифт.
На улице было сыро, ощущение пространства слегка дезориентировало, но я упрямо шла вперед.
— Светлана, может на машине? — спросил Дима.
— Нет, хочу пешком, — я отрицательно мотнула головой.
Мы легко смешались с негустым из-за середины дня потоком прохожих. Просто молодые мужчина и женщина, идущие по делам. Мало кто мог заметить настороженный взгляд Димы, которым парень то и дело сканировал улицу, и понять, что под черным пальто у него броне жилет и пистолет.
В уличной кофейне я заказала латте. Дима присоединиться отказался, работа. Потом, грея руки о бумажный стаканчик и время от времени отпивая кофе, я пошла дальше, в сторону небольшого сквера. Полной грудью вдыхала сырой воздух и снова чувствовала себя так, словно родилась во второй раз и смотрю на мир совершенно по-новому.
Зашла в торговый центр. Побродила по бутикам, разглядывая витрины. Купила пару шмоток, которые были необходимы. В какой-то момент взгляд остановился на магазине канцелярских товаров. Как-то так вышло, что через десять минут я сидела на скамейке в сквере, в руках у меня был блокнот с чистыми листками и простой карандаш, которым я царапала по кремовой бумаге. И минуты спустя на бумаге появилась улица, брусчатая дорожка, деревья, мама за руку с маленькой дочкой, за ними автомобили на дороге, девятиэтажка. Низкое серое небо.
— Не знал, что вы художница, — выпалил Дима.
Осекся, зарделся даже.
— Да какая художница, — выдохнула я, — это так, просто… Я одиннадцать лет не рисовала.
— Не похоже, — скупо улыбнулся парень.
Чужая похвала моей работе окутала теплом. Я вспомнила, как когда-то мечтала стать дизайнером. Как папа был против такой профессии и засунул меня на «престижный» экономический факультет против воли. Как после того, как Макс исчез, я похоронила все свои мечты вместе с любовью к нему. А потом умер папа, я вышла замуж за Славецкого, добровольно дала себя ограбить… Доучилась по инерции, не замечая, что безвозвратно тону в образе жизни юной жены богатого бизнесмена, а точнее прячусь за ним от боли и окончательно теряю абсолютно все, включая саму себя.
Глава 30
— Света, я хочу попросить тебя сходить со мной кое-куда, — будничным тоном начал Макс следующим утром за завтраком.
Этот тон никак не вязался с его хмурым лицом и играющими на скулах желваками. Вчера он приехал поздним вечером, ограничившись парой отрывистых фраз в ответ на мои вопросы о делах, принял душ и увел меня в спальню. Мы занялись сексом, а потом просто уснули усталые и утоленные. Утром же я, приказав себе не показывать тревоги, решила, что подожду день, а потом начну выспрашивать прямо и плевать хочет он говорить или нет. Судя по всему, этого не понадобится.
— Конечно…
— На похороны Кира. Его нашли с простреленной бошкой в промзоне пригорода, а рядом прощальную записку. Менты расследовали инциент, но пришли к выводу, что это таки самоубийство.
Говорил Макс красноречиво глядя мне в
