оказались на этих должностях) и боевым опытом (полученным, правда, во время внутрипланетных войн на третьем цивилизационном уровне), и поэтому оба находятся в позиции стажеров.
Эти почтенные господа смотрят на нас без неприязни, но с некоторым недоверием. В их дикие времена женщины на службе, особенно такие молодые и красивые, как мы, были таким же невозможным и удивительным явлением, как женщины-птицы, которых в нашей бывшей империи на потеху публике и для утех разных извращенцев производят репродукционные фабрики фирмы «Артификал Экзотикс Органикс». Правда, в армии императора Сергия женщин служит много, только это очень необычные женщины, специально созданные и подготовленные, чтобы драться с врагом в первой линии. У нас в прежней Неоримской империи остроухих всех разновидностей, скорее всего, посчитали бы нелюдями, пригодными только для рабства и поголовного уничтожения… Но тут тех, что выскажет подобные идеи, принято убивать на месте.
Да и нет у меня желания высказывать нечто подобное, ведь после того, как я стала Верной императора Сергия, все другие Верные, в том числе и остроухие, стали для меня как братья и сестры. Они не могут таить зла против меня, а я против них. Это во-первых. Во-вторых, интересы Империи, которой я принесла клятву, для меня превыше всего, и они говорят, что рядом с хорошо подготовленной и экипированной остроухой воительницей довольно бледно будут выглядеть не только разные территориальные войска, но и наши прославленные неоримские маринес. В-третьих, я, как и подавляющее количество моих подруг, по древненеоримским представлениям тоже немного нелюдь… примерно на одну десятую.
В жилах большинства старых патрицианских родов течет изрядное количество крови светлых злодеек, то есть эйджел. В те времена, когда между двумя расами шла непримиримая борьба, иметь в семье наложницу-секунду из числа светлых злодеек в патрицианских семьях считалось престижным. Зачастую это были девочки, захваченные в самом раннем возрасте, а потому избегнувшие общей участи и в дальнейшем специально выращенные для роли секунд. Но светлые эйджел живут долго, и, самое главное, почти до самого конца по ним нельзя сказать, сколько им лет — тридцать или триста.
Потом, несмотря на их долгую жизнь, светлые эйджел закончились, а вот их кровь в жилах патрицианских семей осталась. Благодаря этой примеси мы в среднем значительно умнее подавляющего большинства простолюдинов и живём раза в два дольше даже без стабилизации старения, но в то же время на одного мальчика в наших семьях рождается от двух до четырех девочек.
Поэтому большинству из нас, кому не светит выскочить в примы за молодого хлыща, суждены только два пути: или в монастырь замаливать несуществующие грехи предков, или в Космическую Академию, а потом в Патрульный Флот на войну с пиратами, чтобы до конца минимального контракта дожило не больше одной из десяти. При этом никто из нас, несмотря ни на какие успехи по службе, никогда не сможет подняться выше командира фрегата. Мол, наше преимущество в достижении чинов и званий является несправедливым, а потому нас следует ограничивать в карьере и вдобавок сделать так, чтобы мы могли конкурировать только друг с другом. Правда, когда мы рассказали об этом императрице Елизавете, она махнула рукой и повелела выкинуть из головы подобные глупости. Мол, у её мужа все производство по службе осуществляется строго в соответствии с заслугами и талантами, а если кто заикнется о каких-либо «компенсациях» в ту или другую сторону, то будет свернут в бараний рог и выкинут во тьму внешнюю.
Так что, господа мои командиры Виктор Ларионов и Александр Покрышкин, смотрите на нас, не смотрите, а наш император уже все решил. Помимо тёмных злодеек, то есть эйджел, мы ваш единственный доступный массовый пилотский ресурс — берите и пользуйтесь. Где ещё вы возьмете сразу тысячу лейтенанток, с полным курсом Космической Академии цивилизации пятого уровня? Кстати, как только мы поближе познакомимся с тёмными, надо будет провести между нами обряд кровного сестринства, чтобы они знали, что мы не таим против них зла и что теперь мы все одна семья. Как рассказывали нам наставницы в Академии, так делали в патрульных эскадрах нашей старой Неоримской империи, когда туда приходили новенькие выпускницы-лейтенантки. Не лишним это обряд будет и на новой родине, тем более что тут мы не расходный материал, пушечное мясо, а любимые названные сестры императора Сергия. Я чувствую, что он и в самом деле убьет любого, кто попытается причинить нам зло, и это приводит меня в состояние восторженного трепета. На такое не был способен ни мой возлюбленный отец, ни один из двух братьев.
После шапочного знакомства с новыми боевыми подругами случилось то, что обычно бывает по прибытии к новому месту службы — то есть медкомиссия и распределение по подразделениям. Но сначала нам мы посетили класс гипнопедии, где нам в полном объеме инсталлировали русский язык, включая письменность, а также знание тех речевых оборотов, которые обычно не публикуются в словарях для общего пользования. Гипнопедический класс на линкоре просто огромный, способный за один раз принять до полутысячи обучающихся или повышающих квалификацию, так что управились с нами за один заход. С этого момента мы перестали быть глухими и немыми в общей массе и преисполнились самых лучших надежд, потому что инсталляция языковой программы была произведена на очень качественном уровне.
Затем мы проходили медкомиссию. И там тоже, как и в кабинете гипнопедии, на главных ролях были бывшие злодейки, то есть эйджел, светлые и серые. Они просвечивали нас на различных аппаратах, задавали вопросы о самочувствии, брали на моментальный анализ образцы крови, волос, слюны и, простите, мочи, но в итоге всё-таки признали меня абсолютно здоровой, с чем и направили в кабинет профориентации. Там ещё одна светлая эйджел, погрузив меня в аппарат дополненной искусственной реальности, после довольно длительного испытания и последующего собеседования подтвердила мою годность к должности пилота истребительной спарки, когда аппаратом управляют находящиеся в ментальной связке два пилота — тёмная эйджел и человек. При этом каждый должен заниматься тем, что у него получается лучше всего. Человек оценивает обстановку и ставит задачи, а тёмная эйджел заставляет истребитель вертеться юлой и при этом поражать цели. Меня даже познакомили с будущей напарницей по имени Арил Тай. По меркам эйджел, она ещё совсем молоденькая — ей нет и тридцати стандартных лет. Ничего девочка — думаю, мы с ней сработаемся, тем более что и подбирали нас по совместимости психопрофиля. И вообще, не всем моим подругам так повезло. Некоторые будут пилотировать тяжелые десантные шаттлы, потому что для пилота-истребителя у них не тот темперамент.
