Феннери был рад тому, что идет по этому далеко не самому спокойному из лондонских районов не один. Он взглянул на своего спутника - и остановился как вкопанный.
- Вот враль вонючий! - прошипел он, остерегаясь на всякий случай говорить громче.
Человек, похоже, испытывал некоторые затруднения с ходьбой.
- Что? - рассеянно переспросил он.
- Вы не Чинни Великолепный!
- А кто я такой, по-твоему? Что тебя во мне не устраивает? Вот только во всем теле странное ощущение, словно...
- Чинни выше вас и моложе, и мускулистее. А вы калека какой-то!
Человек устало засмеялся:
- Ах ты, маленький поганец. Впрочем, если я и мог выглядеть когда калекой, так как раз теперь. Как, по-твоему, может выглядеть человек, выплывший - без воздуха, обрати внимание - со дна Темзы? И я выше - в обутом виде.
Мальчишка недоверчиво покачал головой:
- Нет, с того лета вы точно в аду побывали. Ладно, вот и мой дом, так что я пошел. А вы ступайте дальше прямо и выйдете на Ретклиффскую дорогу. Там и кеб поймать можно.
- Спасибо, парень. - Человек неуверенно двинулся в указанную сторону.
- Поосторожнее, ладно? - окликнул мальчишка. - И спасибо за то, что помогли с мешком. - Его босые ноги зашлепали по мостовой и исчезли в темноте.
- Не за что, - пробормотал человек. Что это творится с ним? И что же случилось на самом деле? Теперь, когда он немного перевел дух и обдумал ситуацию, версия взрыва уже не казалась ему серьезной. Может, его подстерегли по пути домой и сбросили в реку, а шок стер воспоминания обо всем, что случилось после поединка у Анджело? Вряд ли, ведь он никогда не уходил от Анджело раньше десяти, а небо на западе еще не окончательно потемнело.
Сворачивая за угол, он заметил окошко в кирпичной стене, как раз под фонарем, ненароком посмотрел в него и пошел дальше... потом замер, вернулся и посмотрел еще раз.
Он поднес руку к лицу и, к ужасу своему, увидел, что отражение в стекле сделало то же самое, хотя из окна смотрел на него не он! Лицо было чужим!
Он отпрянул от окна и осмотрел свою одежду. Нет, он не замечал этого раньше - трудно отличить один мокрый костюм от другого, да еще ночью, - но у Адельберта Чинни никогда не было таких брюк и пиджака.
Какую-то безумную секунду ему хотелось впиться ногтями в это лицо и сорвать его, как маску, потом ему представилось, будто он никогда и не был Чинни Великолепным, а всего только Бог знает кем - бродягой скорее всего, которому все это привиделось.
Он заставил себя еще раз вернуться к окну и посмотреть на себя повнимательнее. Чужое лицо, перекошенное страхом, смотрело на него из окна... худое лицо со ввалившимися щеками. Откинув со лба мокрую челку, он увидел вокруг глаз паутину безумных морщин, в потемневших от воды волосах виднелась седина... и он чуть не заплакал, разглядев, что у него вообще нет правого уха.
- Ну и пусть, - произнес он неожиданно твердым голосом. Он так промок, и все его тело казалось ему незнакомым, - он так и не понял, что холодит его лицо - вода или слезы. - Ну и пусть, - повторил он. - Я - Чинни.
Он попытался - и сразу же отказался от этой попытки - улыбнуться, но все же расправил свои узкие плечи и решительно зашагал к Ретклиффской дороге.
Глава 5
"Смерть! где твое жало?
Ад! где твоя победа?"
Первое послание к Коринфянам святого апостола Павла
Война с Францией и сопутствующие ей эмбарго, черный рынок и слухи о предстоящем вторжении Наполеона в Англию сделали финансовую и торговую ситуацию на Треднидл-стрит совершенно непредсказуемой, так что человек, оказавшийся в нужное время на нужном месте с нужными средствами, мог нажить состояние всего за несколько часов, и точно так же состояния, которые раньше можно было спустить никак не меньше, чем за десяток лет, обращались в ничто на Королевской Бирже за одно утро. И хотя заметить это мог только человек с фантастической наблюдательностью в биржевых делах, один-единственный игрок смело брался за почти все области вложения капитала, неизменно оказываясь в выигрыше, чем бы ни оборачивалось предприятие - сюрпризом, катастрофой или триумфом.
Джейкоб Кристофер Данди, как называл себя теперь Уильям Кокран Дерроу, начал свою активную деятельность только двадцать второго октября, но всего за месяц ему удалось путем инвестиций, продаж и перепродаж, а также вполне и не вполне законных валютных операций радикально увеличить изначальный капитал. И хотя его предки не отличались особой знатностью, очарование молодого и недурного собой Данди оказалось столь велико, что уже пятого декабря "Лондон тайме" объявила о его помолвке с "Клер, дочерью процветающего импортера Джоэля Пибоди".
Сидя в своем кабинете над приказавшим долго жить салоном депиляции на Лиденхолл-стрит, Джейкоб Данди брезгливо махнул рукой, отгоняя табачный дым из трубки своего пожилого компаньона, и снова нахмурился, вчитываясь в строки газетной хроники.
- Ладно, на этот раз они по крайней мере не переврали ни одного имени, буркнул он. - Хотя я предпочел бы обойтись без напоминания об "удачливом новичке на биржевой сцене Лондона". В делах такого рода лучше не высовываться - и так уже достаточно людей, следящих за моими шагами и пытающихся нажиться, следуя моему примеру.
Пожилой человек с любопытством покосился на газету.
- Славная девочка?
- Для моих целей в самый раз, - не без раздражения ответил Данди, отмахиваясь от нового облачка дыма.
- Ваших целей? А что у вас за цели, если уж на то пошло?
- Родить сына, - мягко ответил молодой человек. - Мальчика, который унаследует богатство, уважаемую родословную и отменное здоровье. Мои медицинские светила считают, что Клер - настолько здоровая и разумная молодая леди на выданье, насколько это только возможно в сегодняшней Англии.
Пожилой человек ухмыльнулся:
- Большинство обрученных юных джентльменов ждут чего-то менее философского. В смысле удовольствий, а? И я слышал, что эта штучка Пибоди из хорошеньких. Но, конечно, вы уже объездили лошадку пару раз, ознакомились с полем, да? Данди покраснел.
- Ну, я... нет, я не... черт, я ведь не юнец какой-нибудь... я хочу сказать, что не стоит... - Он закашлялся. - Черт подери, вам обязательно курить эту гадость? Откуда, по-вашему, у меня рак? Если вам так необходим никотин, будьте добры перейти в моем присутствии на жевательный табак, ладно?
- Ладно, - согласился старик. - Ладно, ладно, ладно. - Он, казалось, только что узнал это слово и обкатывал его на языке. - А что вас так уж беспокоит? Условием сделки было новое тело каждый раз, как вы пожелаете.
- Знаю. - Данди потер глаза и потрогал пальцем свои волнистые каштановые волосы. - Это как новая машина, вот и все, - пробормотал он. - Сходишь с ума по любому пустяку до первой царапины.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
