— Где, вы говирите, этот Евгений живет? — Поинтересовался я у обеих теток.
— Так на второй этаж иди. Комната, первая, налево от лестницы. Да ты поймёшь. Там дверь облезлая вся. — Ответила Степановна. — Ты только время зря потратишь. Он обычно в это время отсыпается перед новым заходом. Даже и говорить не станет.
— Ну... попробую все-таки. Спасибо вам, товарищи женщины. Вы оказали мне неоценимую помощь.
Я пожал обеим теткам руки, выражая крайнюю степень признательности, а потом двинулся к общежитию. Пора, наверное, познакомиться с родным отцом Жоржа Милославского. А то, что этот Евгений и есть наш кровный папаша, я ее сомневался вообще ни секунды.
Глава 18. О надёжных товарищах и брошенных женщинах.
Значит, вот как началась эта часть муторной истории. Маман влюбилась. Принц оказался мудаком обыкновенным. Еще и женатым. Дядька влез. Что, в принципе, логично. Думаю, мне бы тоже не понравилось, если бы какой-то козел пендюрил мою сестру. Даже, кстати, если бы это реально происходило в настоящей жизни. Хоть она, сестра, и старше меня на приличное количество лет. Просто другой вопрос, что моя сестричка далеко не ангел. Ей положишь палец в рот, отхватит по самое плечо. Про остальные части тела я даже не говорю. И на такую сомнительную любовь она бы не повелась.
А Милославская…Ну, понять можно. Светланочка Сергеевна всегда разделяла себя и деревню. А тут такой сказочный долбодятел нарисовался. Говорит красиво. Картины рисует. Вот маман и понесло. Молодая была, глупая. Хотя… Сейчас вон по деревне тоже с кем-то прячется. Понять бы еще, с кем…
Но дело даже не в этом. Хрен с ним, связалась с придурком, забеременела. И тут у нас появился Аристарх. Вот именно он меня интересует сильно. Так понимаю, этот гребаный доброжелатель и подбил маман подставить дядьку. Два в одном. С одной стороны, возможного конкурента убрать, с другой — в той истории, которая на заводе приключилась, концы спрятать. Вопрос в другом. С хрена ли они вообще полезли, эти концы. Кто-то ведь сделал ошибку в чертежах и расчётах. Значит, если не случайность, то, выходит, реально сознательная диверсия.
Мутный тип, наш отец и благодетель. Снова в этом убеждаюсь. Очень мутный.
Я вошел в общагу, поднялся на второй этаж, как и говорили тетки. В коридорах было тихо. Народ, так понимаю, работает. Где-то раздавались приглушённые голоса и детский плач.
Остановился перед нужной мне дверью. Действительно, облезлая. Осторожно постучал. Тишина в ответ.
Я слегка толкнул створку и она медленно, со скрипом открылась.
В комнате стоял крепкий запах несвежих возлияний. Тошнотворная смесь старого перегара, алкоголя и грязи будто впиталась в воздух этого помещения. Намертво.
Я переступил порог и вошел внутрь.
Ну.. Да… Кровать, накрытая старым, рваным одеялом. Стул. Шкаф, у которого одна дверца висела криво. Тумба с остатками еды, которая свалена в кучу на большой тарелке. Пустая бутылка. Класс.
На кровати, помимо одеяла, лежало тело. Это тело, уткнувшись лицом в подушку, такую же грязную, как все вокруг, широко раскинуло ноги, отчего одна конечность оказалась почти на полу.
— Эй! — Я подошел и потрепал хозяина комнаты за плечо.
Тело замычало и попробовало пхнуть меня ногой. За что тут же по этой ноге огребло пинка.
— Прием! Земля вызывает "Аполло". Просыпайся, Илья Муромец. Прошло тридцать три года. Пора вставать.
Тело сново замычало и пару раз даже дернулось.
— Ну, ясно… По-хорошему у нас не выйдет… — Сказал я вслух, а потом осмотрел комнату на предмет любой емкости. Ведро, таз, кастрюля. Что угодно.
Ни черта не было.
Я вышел из комнаты и двинулся по коридору, соображая, где здесь душевая. Она нашлась буквально черёз пару метров. Вот там тазы были. И ведра. Я взял самое большое. Набрал холодной воды и вернулся в комнату. А потом с ходу плеснул все, что было в ведре, на тело.
— Епт.. Сука!
Тело моментально перевернулось, приняло сидячее положение и уставилась на меня мутным взглядом.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Ты кто? — Спросил Евгений.
Судя по всему, это был именно он.
— Конь в пальто. Встаем, гражданин, и следуем за мной.
— Куда? — Тело упорно отказывалось возвращаться к реальности.
— В муда!
Тело впало в еще более глубокую прострацию и бестолково хлопало осоловелыми глазами. А я, если честно, рассчитывал именно на это. И еще на то, что в данном времени у людей существует определенное отношение к власти. Они ее, эту власть, побаиваются. Конечно, внешний вид моему поведению никак не соответствовал. В идеале тут бы темный костюм, галстук и красную корочку. Или какие они сейчас. Не знаю. Но для того состояния, в котором находился мой, прости Господи, генетический отец, вернее, отец Жорика, ему хватит определенной манеры поведения.
— Встаем, гражданин. И следуем за мной. Иначе придется вызвать сюда группу
— Какую группу? — Поинтересовалось тело.
— Экскурсионную, млять. Будем показывать условия жизни деградирующего индивида. Не тупим, гражданин. Или мне подробно объяснить, кто я такой и откуда?
— Не надо… — Испуганно ответил Евгений и даже затряс головой.
Походу, в этот момент он решил, что вести себя настолько нагло может только представитель той самой структуры, с которой вообще лучше бы не встречаться. Евгений вдруг упал на колени. Прям из положения "сидя", и поползл ко мне, при этом каждую минуту пытаясь кланяться.
— Не погубите, товарищ…
Имя он не знал, потому что я, само собой, не представился. А не представился, так как понятия не имею, какие сейчас звания в Конторе. Как-то не приходилось мне изучать историю комитета государственной безопасности. А вообще, конечно, любой современный человек послал бы меня на хрен, не задумываясь. Еще и мандюлей навалял бы за такие ролевые игры.
К счастью, Евгений не был современным человеком. О том, что представитель любой подобной структуры должен представиться по всей форме, понятия не имел. Да и в его состоянии, назовись я сейчас дедом Морозом, он бы поверил.
— Встаньте, гражданин. Хватит мордой полы вытирать. Не поможет. У вас тут только хлоркой отмывать. Встаньте. Побеседуем.
Евгений быстро-быстро, прямо как был, на коленях, пополз в сторону кровати. Соображал он по прежнему плохо. Или ноги отказали. Не знаю.
Добравшись до лежбища, уцепился за отвратительного вида одеяло, поднялся, а потом плюхнулся на постель. Сел, стараясь ровно держать спину, сложил руки на коленях и уставился на меня.
— Итак… — Я покрутил головой в поисках места, куда сесть. Единственный стул выглядел так, будто на нем совсем недавно кого-то убили, а потом еще и размазали внутренности. Поэтому решил, ну, его на хрен. Постою́.
— Итак…— Эхом повторил Евгений
— Вы понимаете, почему я нахожусь сейчас здесь?
Несколько минут он молчал. Судя по напряжённому лицу, пытался найти ответ на этот вопрос. Не нашел.
— Нет. — Ответил Женечка и втянул голову в плечи. Будто был уверен, сейчас я начну его по этой голове бить.
— Хорошо…— Протянул я, соображая, насколько далеко могу зайти в своей наглости. И как вообще, по идее, вел бы себя какой-нибудь "комитетчик". Думаю, он бы вообще разговаривать не стал. Но! Хорошо, что мой собеседник пропил остатки разума. Все, что он в данную секунду понимает — перед ним кто-то опасный. Ни возраст, ни одежда его не смущают. Потому что человек утратил способность анализировать информацию.
— Думаете? — С надеждой спросил Евгений.
— Уверен. Для меня хорошо. Для Вас, гражданин…боюсь, не очень.
— Понял! Я понял! — выкрикнул вдруг Женечка, а потом снова рухнул на колени, соскользнув с кровати, и пополз в мою сторону. Чем изрядно меня впечатлил, надо признаться. — Я понял, что Вы от меня хотите… Понял…Вас он прислал? Да? Он? Сука…Гнида…Договорились же.
Ясное дело, понятие не имею, о чем говорил этот спившийся в конец придурок. Но сообщать ему об этом не торопился. Это просто чудо, что Евгений вообще башкой не соображает. Главное, чтоб это не помешало ему поделиться со мной нужной информацией. Нужной мне, самой собой.
