Читаем без скачивания Ключъ - Марк Алданов

-- Дама? Минутъ десять. Никонова, конечно, еще нeтъ. Маша ей передала, что ты будешь въ шесть. Она сказала, что подождетъ...

-- Надо будетъ въ самомъ дeлe серьезно поговорить съ Никоновымъ. Это становится невозможнымъ.

Семенъ Исидоровичъ прошелъ въ свой кабинетъ, выровнялъ на полкe слишкомъ глубоко вдвинувшiеся томы "Энциклопедическаго словаря", бeгло оглянулъ себя въ зеркало и, подтянувъ брюшко, чуть выпятивъ грудь, открылъ дверь прiемной.

-- Сударыня,-- сказалъ онъ, кланяясь.

Съ дивана, стоявшаго наискось, особнякомъ, какъ ставится мебель на сценe, поднялась высокая дама въ траурe и поспeшно направилась къ Кременецкому. Семенъ Исидоровичъ пододвинулъ ей тяжелое кресло.

-- Пожалуйста, садитесь... Съ кeмъ имeю честь?..-- спросилъ онъ, также садясь и вглядываясь въ даму. Она въ самомъ дeлe была хороша собой и очень элегантно одeта. Даже траурная вуаль на ней, опущенная черезъ плечо, съ бeлой полоской у лба, была особенная. "Эффектная женщина! Ужъ не артистка ли?" -- подумалъ Кременецкiй. Дама на него взглянула, затeмъ опустила глаза, видимо, преодолeвая волненiе.

-- Я Елена Фишеръ,-- сказала она тихо.

Что-то дрогнуло въ лицe и въ душe Семена Исидоровича. {197}

-- Госпожа Фишеръ? -- повторилъ онъ.-- Вы не супруга ли... не вдова человeка, такъ трагически погибшаго на дняхъ?

-- Да, это я,-- прошептала дама.

Семенъ Исидоровичъ приподнялся въ креслe и крeпко пожалъ руку госпожe Фишеръ.

-- Я немного зналъ вашего покойнаго мужа, -- глубокимъ негромкимъ голосомъ сказалъ онъ. -- Разрeшите выразить вамъ мое искреннее сочувствiе и соболeзнованiе...

Дама низко наклонила голову. Семенъ Исидоровичъ помолчалъ съ минуту изъ участiя.

-- Могу ли я быть вамъ чeмъ-либо полезенъ? Повeрьте, все, что въ моихъ силахъ...

-- Да... Я хотeла просить васъ... Мнe посовeтовали обратиться къ вамъ. Разумeется, я и прежде о васъ слышала... Мнe посовeтовали обратиться къ вамъ за руководствомъ. Въ этомъ дeлe...-- Голосъ ея дрогнулъ.-- Въ этомъ ужасномъ дeлe мнe придется... Я хотeла просить васъ быть моимъ представителемъ... Гражданскимъ истцомъ...

Что-то неясное въ душe Семена Исидоровича слегка отравило переполнявшую его радость. Мысль его заработала напряженно. Но это длилось лишь мгновенье. Семенъ Исидоровичъ вдругъ словно повернулъ въ себe ключъ. Теперь онъ смотрeлъ на даму съ неподдeльнымъ участiемъ, съ жалостью, почти съ нeжностью. Всe лучшiя свойства Кременецкаго тотчасъ въ немъ пробуждались, когда клiентъ ввeрялъ ему свою участь. Въ кабинетe наединe съ клiентомъ, все равно какъ на засeданiи суда, Кременецкiй становился талантливымъ, чуткимъ, многое понимающимъ человeкомъ. Въ немъ проявлялась и всeми признанная за Семеномъ Исидоровичемъ безукоризненная корректность, и благородство тона, отсутствовавшее у него {198} въ обыденной жизни. Его интересы всецeло сливались съ интересами клiента. Тщеславiе отходило на второй планъ, а соображенiя денежной выгоды и всегда были для него второстепенными. Кременецкiй недаромъ такъ любилъ свое дeло и такъ гордился судомъ.

-- Сударыня,-- сказалъ онъ мягко...-- Простите, ваше имя-отчество? Елена Федоровна... Мое -- Семенъ Исидоровичъ... Елена Федоровна, я могу сказать вамъ лишь то, что отвeчаю всегда, всeмъ, ко мнe обращающимся: разскажите мнe ваше дeло. Только узнавъ его въ деталяхъ, я могу дать вамъ отвeтъ.

Кременецкiй говорилъ искренно,-- онъ нерeдко отказывался отъ выгодныхъ дeлъ, а дeлъ грязныхъ не принималъ совершенно. Однако онъ чувствовалъ, что отъ этого дeла едва ли откажется.

-- Я поняла васъ, Семенъ Сидоровичъ,-- отвeтила госпожа Фишеръ значительнымъ тономъ, точно онъ сказалъ нeчто весьма загадочное.-- Но я право не знаю, какъ начать, какъ все передать... Извините меня, ради Бога... Вы поймете мое волненье, это несчастье свалилось на меня такъ неожиданно...

-- Несчастья всегда неожиданны, Елена Федоровна,-- со вздохомъ, какъ выстраданную мысль, произнесъ Кременецкiй первое, что пришло ему въ голову.-- Тогда не разрeшите ли вы мнe предлагать вамъ вопросы? Можетъ быть, такъ вамъ будетъ легче...

-- Да, пожалуйста,-- поспeшно сказала госпожа Фишеръ.

-- Вы давно замужемъ?

-- Восемь лeтъ... Съ 1908 года.

-- Заранeе прошу извинить, если я коснусь тяжелыхъ сторонъ жизни и воспоминанiя. Но {199} это необходимо... Вы были счастливы въ супружеской жизни?

Елена Федоровна помолчала.

-- Счастлива? Нeтъ... Нeтъ, я не была счастлива. Мой несчастный мужъ былъ гораздо старше меня. Онъ велъ вдобавокъ такой образъ жизни... Это вы, впрочемъ, знаете.

-- Его образъ жизни вызывалъ протесты съ вашей стороны?

-- Вначалe да, потомъ я махнула рукой. Любви между нами все равно больше не было.

-- Такъ, я понимаю. А прежде была любовь?

-- Была... Съ его стороны,-- сказала, вспыхнувъ, Елена Федоровна, и ея смущенье еще больше тронуло Кременецкаго.

-- Дeтей у васъ не было?

Госпожа Фишеръ взглянула на него съ удивленiемъ.

-- Нeтъ, не было,-- отвeтила она.

-- Я понимаю,-- повторилъ Семенъ Исидоровичъ и тотчасъ съ неудовольствiемъ подумалъ, что здeсь эти слова, собственно, были не совсeмъ умeстны.-- Теперь разрeшите спросить васъ,-- продолжалъ онъ, показывая интонацiей, что переходить къ самому больному вопросу.-- Вы давно знаете того человeка, который арестованъ по подозрeнiю въ убiйствe вашего мужа? Этого Загряцкаго?

-- Да, давно, два года,-- рeзко сказала дама.

Семенъ Исидоровичъ замолчалъ, поглаживая большой ножъ изъ слоновой кости. Онъ слегка волновался, несмотря на многолeтнюю привычку къ разговорамъ на самыя мрачныя темы. По долгому опыту онъ зналъ, что вопросы въ подобныхъ случаяхъ надо ставить осторожно. Для общей картины дeла характеръ отношенiй между госпожей Фишеръ и Загряцкимъ имeлъ, конечно, {200} огромное значенiе. Но Кременецкiй былъ адвокатомъ, а не судьей и не слeдователемъ, и часто говорилъ, что, кромe интересовъ правосудiя, для него существуютъ еще интересы клiента. Полная откровенность обвиняемаго не всегда ему была выгодна, а защитника порою ставила въ тяжелое положенiе. Поэтому Семенъ Исидоровичъ, въ разговорахъ съ подзащитными, неизмeнно начиная съ предложенiя разсказать в?с?е, старался не доводить ихъ до полнаго сознанiя, если только по обстоятельствамъ дeла не считалъ сознанiе на судe наиболeе выгоднымъ для своего клiента. Здeсь, впрочемъ, онъ имeлъ дeло не съ обвиняемымъ, а съ потерпeвшимъ. Но и въ этомъ случаe очень многое зависeло отъ признанiй госпожи Фишеръ. Быстро соображая обстоятельства дeла, Кременецкiй рeшилъ предоставить иницiативу клiенткe. Онъ ждалъ не менeе минуты, внимательно глядя на Елену Федоровну. Она, однако, молчала, не сводя глазъ съ босого Толстого.

-- Когда вы видeли Загряцкаго въ послeднiй разъ?

-- Мы въ iюнe съ нимъ вмeстe уeхали изъ Петербурга въ Ялту.

-- Такъ, такъ,-- произнесъ Кременецкiй, точно находя это сообщенiе совершенно естественнымъ. Онъ постучалъ о бюваръ головой Наполеона, составлявшей ручку ножа.-- Разрeшите прямо васъ спросить: считаете ли вы Загряцкаго виновникомъ смерти вашего мужа?

-- Этого я не знаю. Но я считаю его низкимъ, на все способнымъ человeкомъ,-- съ энергiей въ голосe сказала госпожа Фишеръ.

-- На чемъ же основано такое ваше мнeнiе?

-- На знакомствe съ Вячеславомъ Фадeевичемъ. {201}

-- Вячеславъ Фадeевичъ это Загряцкiй? Такъ... Но есть ли у васъ какiя-либо свeдeнiя или хотя бы предположенiя, которыми еще не располагаетъ слeдствiе?

-- Объ этомъ я сегодня уже все сказала...

-- Кому?

-- Слeдователю, господину Яценко.

-- Ахъ, такъ вы уже были у слeдователя? Тогда, пожалуйста, изложите мнe содержанiе вашей бесeды съ нимъ. О чемъ онъ васъ разспрашивалъ?

-- О моихъ отношенiяхъ съ Вячеславомъ Фадeевичемъ. Я сказала ему, что онъ ошибается, какъ ошибались еще раньше многiе другiе... Тяжело, Семенъ Сидоровичъ, говорить обо всемъ этомъ...-- Она приложила къ глазамъ платокъ.-- Я совершенно измучена.

-- Ради Бога, успокойтесь, Елена Федоровна. Если вамъ слишкомъ тяжело, мы можемъ отложить нашъ разговоръ...

-- Нeтъ, ничего... Слeдователь ошибается... Загряцкiй ухаживалъ за мною, какъ ухаживали многiе... Я себя не обeляю и не оправдываю, Семенъ Сидоровичъ. Но этотъ мосье Яценко ошибается. Вячеславъ Фадeевичъ провожалъ меня въ Ялту съ согласiя моего мужа, даже по его просьбe.

-- Такъ, такъ, я понимаю... Когда же вы съ нимъ разстались?

-- Мы поссорились съ нимъ... Я потомъ все вамъ разскажу... Я поймала его на томъ, что онъ читалъ мои письма. Разумeется, я вспылила, и мы разстались. Онъ вернулся въ Петроградъ еще въ iюлe.

-- И съ тeхъ поръ вы его не видали?

-- Нeтъ. {202}

-- Значить, съ тeхъ поръ у васъ съ нимъ были дурныя отношенiя?

-- Да, дурныя... Никакихъ отношенiй. Я больше не хотeла его знать.

Кременецкiй смотрeлъ на нее удивленно.

-- Въ такомъ случаe позвольте...-- началъ онъ и остановился, не зная, какъ поставить вопросъ. Неудобно было спросить: "Въ такомъ случаe зачeмъ же ему было убивать вашего мужа?" Семенъ Исидоровичъ зналъ и по газетамъ и по ходившимъ разсказамъ, что цeлью убiйства считается желанiе Загряцкаго завладeть богатствомъ, которое должно было достаться его любовницe. Онъ положилъ ножъ на бюваръ и откинулся на спинку кресла.