Но для целей, которые преследовала Рэйчел, это место подходило идеально. Девушка улыбнулась. Если бы ее отец только знал, для чего она собиралась использовать это место!
– Есть здесь кто-нибудь? – повторила она и прислушалась к ночным звукам.
Действительно ли она была здесь одна?
Рэйчел сделала шаг вперед. Солома под ногами захрустела. Еще один шаг… Что за шум за ее спиной? От страха по спине девушки побежали мурашки. Сердце Рэйчел учащенно забилось, норовя выпрыгнуть из груди. Возможно, она слишком часто испытывала судьбу. Возможно…
Внезапно чья-то ладонь закрыла ей рот. Кто-то обхватил ее сильными руками и прижал к своему телу. Рэйчел пыталась сопротивляться, но хватка стала лишь сильнее.
– Тихо, – прошептал голос ей на ухо, и девушка замерла. – Что такое прелестное создание, как ты, делает здесь в одиночестве среди ночи, где какой-нибудь зверь может сотворить с тобой все, что пожелает? – Рука скользнула под ее накидку, накрывая грудь.
Рэйчел вздохнула и повернулась к нему лицом.
– Ждет зверя вроде тебя.
Она обвила руками его шею, и их губы слились в жадном и страстном поцелуе. Он прижал ее к себе еще крепче. Его поцелуй был жестким и требовательным, и Рэйчел ответила на него с той первобытной жадностью, которая жила в ней с тех самых пор, как они впервые возлегли вместе.
Он поднял ее на руки и отнес в угловое стойло, к накрытой покрывалом куче сена, которая служила им постелью.
– На миг я подумала, что ты не придешь, – сказала Рэйчел, лаская губами его шею. – Думала, что ты забыл.
– Никогда! – Его голос дрожал от страсти. – Я не мог забыть.
Рэйчел выскользнула из его объятий и потянула за завязку накидки, сбрасывая ее на пол. Он стянул простое платье, которое она выбрала именно из-за простоты, с ее плеч и наклонился, чтобы попробовать на вкус жаждущую его прикосновения плоть. Забравшись руками под его плащ, Рэйчел провела пальцами по мускулистой груди, ощущая жар тела сквозь ткань рубашки. Она дернула за плащ, и юноша сбросил его с плеч, неохотно оторвав губы от ее кожи.
Оттянув лиф платья, чтобы обнажить ее груди, он накрыл их руками и медленными круговыми движениями стал гладить большими пальцами ее соски – сладкий контраст с грубым поцелуем в губы. Опустившись перед девушкой на колени, он скользнул губами ниже, к ложбинке между грудей. Рэйчел закрыла глаза, запрокинула голову и прижала юношу к себе, запустив пальцы в его волосы.
Он посасывал то одну, то другую грудь, заставляя девушку отдаваться струящимся по ее телу сладким ощущениям. Его руки забрались под ее платье и скользнули по голым ногам, задирая юбки. Изнемогая от желания, Рэйчел пошатнулась, увлекая юношу за собой, и они вместе упали на сено.
Она погладила бугорок в его штанах, лучше всяких слов говорящий о его возбуждении. Это заставило юношу застонать. Его рука скользнула между ее ног, коснувшись тела девушки в самом чувствительном месте, уже пульсирующем от желания. Рейчел застонала, подавляя желание молить о немедленном продолжении. Схватившись за пояс юноши, она стянула с него штаны, освобождая мужское достоинство. Лаская его, Рэйчел в очередной раз подумала о том, как странно в мужском теле сочетаются сталь и бархат. Юноша вздрогнул от ее прикосновений.
Она уже знала его тело так же хорошо, как и свое собственное, знала, какую силу имеет над ним ее прикосновение. Как знала и собственные желания, и то удовольствие, что мог доставить ей только он.
Рэйчел обвила ногой его ногу, подаваясь навстречу юноше. Он схватил ее за ягодицы и подтянул к себе, входя в нее быстрым движением с легкостью, подтверждающей, что это место было создано для него одного – они совпадали идеально, как ключ и замок, как рука и перчатка, как звезда и небеса. Рэйчел застонала, вцепившись в ткань его рубашки и прижимаясь к юноше. И он заполнил ее тело и ее душу.
Он двигался в такт с биением крови в ее жилах. Не мешкая, Рэйчел присоединилась к нему в отчаянной спирали экстаза, отвечая на каждое его движение, ощущая необходимость чувствовать его внутри себя, принять нарастающее в ней пламя, которое разгоралось все жарче, взметаясь выше и выше, всепоглощающее, всемогущее, заставляющее трепетать все ее естество. Ее тело вздрагивало под ним, спина выгибалась под ударами волн наслаждения, омывавших ее. Юноша застонал, когда его тело напряглось в оргазме.
Затем они лежали и Рэйчел наслаждалась тем, что все еще чувствовала его внутри. Кровь медленно переставала стучать у них в ушах. Дыхание юноши замедлилось, и он осторожно отстранился, продолжая удерживать Рэйчел в объятиях.
Она подумала об обстоятельствах, которые свели их вместе. Менее месяца назад она была еще девственницей, а теперь бесстыдно жаждала удовольствия, которое мог дать ей только он.
– Я скучала, – тихо сказала Рэйчел.
Юноша рассмеялся.
– Вряд ли у тебя была такая возможность. Мы были вместе вчера ночью. И за ночь до этого.
– И за ночь до этого тоже. – Она перевернулась на бок и приподнялась на локте. – Но этого все равно мало.
– Ты очень требовательная. – Юноша протянул руку и погладил Рэйчел по обнаженному бедру – ее юбки все еще были задраны до талии.
– Даже если и так, в этом целиком и полностью твоя вина, – сказала она, стараясь не обращать внимания на его пальцы, скользящие вверх и вниз по ее все еще чувствительной после недавнего соития коже.
– Я знаю. – В его голосе послышалась усмешка.
Рука юноши переместилась между ее ног, и пальцы принялись лениво дразнить ее.
Рэйчел вздрогнула от его сладостного прикосновения и закрыла глаза.
– Я стала такой развратной.
– Да, это точно.
Она проигнорировала его насмешку – внимание девушки было поглощено прикосновением его пальцев – и вздохнула. Он привел ее в мир чувственных наслаждений, и теперь ей хотелось еще и еще. Она чувствовала себя пьяницей, который пьет и все не может напиться.
– Мне нравится быть развратной.
Движения его руки становились все настойчивее, пока новая волна наслаждения не сотрясла ее тело. За последние несколько недель в жизни Рэйчел многое произошло, и главным событием стала ее любовь к Джейсону Норкроссу. Она была уверена так, как не была уверена ни в чем другом за семнадцать лет своей жизни: для него быть вместе с ней – это такая же необходимость, как и для нее. Он любит ее с той же неуемной страстью, что и она его.
Он пошевелился в темноте, натягивая штаны. Зашуршало сено. Рэйчел улыбнулась.
– Джейсон, а после того, как мы поженимся, мы будем раздеваться полностью?
– Не то чтобы я успел обдумать это всерьез, но мне кажется это довольно заманчивым, – изрек он. – Впрочем, это будет уже не так интересно. Кроме того, полагаю, что после этого ты начнешь настаивать еще и на том, чтобы мы делали это в кровати.
