вытрепал, – негодует она, вспоминая нашего родственника. – Вечные проверки, упрёки, подозрения…
Всё так и есть. Мама не поставила его в известность о заключаемом нами браке, хотя тогда Глеб активно спасал наш завод, и они общались. Его это разозлило. Досталось и мне, но я призналась ему в своих чувствах к Сергею. После этого его юристы что-то внесли в брачный контракт, а Глеб стал обедать со мной каждую неделю и учить жизни.
– А сейчас Сергей, оказывается, порядочный человек, компетентный руководитель. И будет лучше, если он останется у руля нашей части! Будто я раньше этого не знала! – заключает мама, опускаясь на кресло и обмахивая себя руками.
– Так и сказал?
– Именно!
Учитывая то, что изначально Глеб, чуть ли не хотел посадить Сергея, это просто немыслимые сдвиги в их отношениях. Но для меня это не совсем сюрприз. Я чаще мамы общаюсь с Глебом и заметила, что его отношение к моему фиктивному мужу давно претерпело трансформацию. Я была этому очень рада. Для меня важно его мнение, ведь Глеб разбирается в людях и его многие уважают как бизнесмена.
– Он же звонил тебе, да? – спрашивает мама.
– Серёжа? Да звонил, – вспоминаю его заботливый тон и много вопросов обо мне. Неужели он готов пойти дальше, чем фиктивные отношения?
– Ты же хорошо относишься к нему, детка? Любишь же?
– Я …. Мам… – слова застывают в горле.
– Запомни, моя хорошая: я всегда хотела только, чтобы тебе было лучше. Тебя никто ни к чему не принуждает. Ни в коем случае! Будет так, как ты захочешь. Понимаешь меня?
– Да… Да, понимаю, мам.
– Вот и отлично. Так что он сказал?
– Кто?
– Сергей! Ну что ты разволновалась? – смотрит на меня улыбаясь. Думает я в восторге, столько ведь этого хотела.
– Сергей сказал, что нам надо поговорить, – произношу, осознавая по-другому смысл его слов, сказанных в то утро, – он был очень заботлив и вежлив.
– Ну вот видишь! Поговори с ним. Сергей, может, и делал много всего странного... – произносит мама, увиливая от фактов. – Но это в силу возраста… Он тоже повзрослел. Да и ты расцвела совсем.
– Мам, я поняла... Я пойду, наверное, подумаю.
– Да, доченька, иди. Мне тоже есть о чём поразмыслить. Столько бумаг у Глеба подписала и тебе надо будет тоже заехать к нему в офис.
– Зачем?
– Поставить свою подпись, – вздыхает мама. – Ох, детка, на заводе что-то произошло с заказами и какие-то перестановки в руководстве... Ещё власть в регионе меняется, поэтому идёт передел и завод нужно подстраховать…
– Сергей поэтому сейчас там? – спрашиваю я, уже догадавшись, что он звонил мне из города, где расположен наш завод.
– Вроде бы да. Они за одно сейчас! Может и всегда были? – размышляет мама о Глебе и Сергее.
Ей тоже видится везде заговор?
– Виолетта бы тебе рассказала, – высказываю свое предположение. – Где она, кстати?
– По делам в столице. Улетела, не поговорив, представляешь?! – я даже не узнаю маму, такой неласковый тон в сторону Виолетты, слышу первый раз. – Не знаю уж какой степени важности там дела, но тут всё забросила. Я одна еле справляюсь! Вчера приезжала арабская делегация, приглашением которой занималась непосредственно она, а самой её не было! Такое отношение эти люди считают неуважением. Так неловко всё прошло! Пыталась ей дозвониться, но не получилось. Не уверена, но мне кажется она меня избегает.
– Почему?
– Я не знаю, и ты не забивай голову, родная моя, – отвечает мама после некоторой паузы. – Всё будет хорошо. Я к себе поднимусь, а то голова разболелась.
– Таблетку выпей, – советую я.
– Как Николь, кстати? Как её карьера? – спрашивает мама, обернувшись на лестнице.
– Николь? - не сразу вспоминаю, что я сегодня «ночевала» у подруги. – А, да… Всё хорошо у Николь…
– Замечательно, – мама начинает снова подниматься к себе, а я выдыхаю. Как же это не просто, обманывать. Так себе ощущения… – К обеду я не спущусь. Светлана там… что-то готовила.
– Я поем, мамуль. Спасибо!
Мама уходит, а я понимаю, что мы так и не поговорили нормально. Снова ничего не понятно… Что мне делать? Как вести себя? Отпустившее меня волнение, вновь возвращается. С утроенной силой начинает будоражить мои мысли и чувства. Теперь и Глеб за Сергея. Ещё несколько дней назад, я бы визжала от счастья. А теперь что? «Ты сама этого хотела», – напоминает мне внутренний голос. Заламываю руки и хватаюсь за волосы. Да, всегда так делаю, когда сержусь!
Глава 35
«Привет! Когда ты будешь в городе?»
Пишу и тут же отправляю. Замечаю, что теперь попытки заговорить с Сергеем не кажутся ни навязчивыми для него, ни мучительно волнующими для меня. Пишу спокойно и осознанно, ведь у меня уже есть решение.
Спускаюсь на кухню, чтобы выпить воды.
Там Светлана. Увидев меня, вздыхает и с хмурым лицом спрашивает:
– Ангелина, вы обедать будете? Готовить?
– Хм-м, – я жадно припадаю к стакану, раздумывая, чего же мне хочется.
– В холодильнике вчерашние стейки, рагу, суп, – сокрушается Светлана. – Наготовила, а никто не притронулся. Пирожные тоже зря пекла!
Мама не признаёт вчерашнюю еду. Только свежайшее. Но, наверное, нам нужно чётче строить свои планы, чтобы не обременять других напрасной работой, да и продукты не переводить. Мы никогда за этим не следили, экономия не входит в правила нашей с мамой жизни.
– Куда всё это девать? – продолжает Светлана, словно в пустоту. – Может, в приют для собак отдавать? Пропадает столько продуктов, хоть какая-то польза будет. Я бы могла относить…
– В приют? – переспрашиваю озадаченно.
– Ну да… В питомник, – поясняет она, и тут же взгляд её становится испуганным. – Ой! Да вы не обращайте внимания, зачем вам это? Да и Римма Эдуардовна расстроится…
Светлана виновато опускает глаза, но, помимо всего прочего, в них читается недоверие и даже снисходительность. Вот оно что! Ну и образ у меня, оказывается! Со мной даже про приют для собак нельзя поговорить.
Питомник… Неужели бедные пёсики питаются объедками? Туда же попадает явно не самое свежее. Несчастные животные! Есть ведь специальные корма…
– Что за приют? – спрашиваю я.
–
