Я косилась и фыркала, дразнила и ругала его, но реакции не было, как и свободы. И все чаще задавалась вопросом: зачем я ему теперь? Правильно, незачем. В этот момент я уже знала — пора делать ноги.
— В следующий раз, когда решите экспериментировать с реактивами, подумайте о тех, кто после вас будет всю грязь вылизывать! — Раздраженно бросила Хлоя, нарочно громко опустив поднос со сладостями на стол.
— Ничего, длины твоего языка еще не на один эксперимент хватит. — Рявкнула в ответ, не удержавшись. Терпеть колкие замечания девушки становилось все сложнее, ибо с каждым днем они казались более едкими и ядовитыми. И даже стертая друидом память о размолвке не повлияла на ее воспитанность.
Удивляло, как ревность и прирожденное раздражение могут вылиться в настоящую ненависть, что сверкала в ее глазах и лилась изо рта каждый день. Признаюсь, мне действительно было неудобно создавать проблемы людям, работающим здесь, но безумно хотелось сделать невыносимой жизнь Эйдана.
Покраснев от злости и пыхтя, девушка бросила:
— Не понимаю, зачем хозяин вас держит, вы приносите одни неприятности!
— Так спроси у него, мне, знаешь ли, тоже интересно. — И не выдержав добавила. — Видимо, он жить без меня не может, как считаешь?
— Сомневаюсь! — Фыркнула девушка, раздосадованная предположением. — Вы совсем не в его вкусе.
— Сомневаюсь, что у него вообще есть вкус. — Буркнула, кривляясь и возвращаясь к журналу, который листала.
— Отчего же, есть, и очень даже изысканный вкус. Я вот ему нравлюсь. — Самодовольно вздернув подбородок, заявила девушка.
— Ну, тогда точно могу поспорить — его и вправду нет. — Вздохнула, нарочно дразня девушку, больше не боясь ее гнева и испортить собственную красоту.
Закипая и дрожа от злости, сжав пальцы в кулачки, выплюнула:
— Вот увидишь, придет день, когда хозяин выберет меня. И тогда, я собственноручно вышвырну тебя отсюда.
— Обещаешь?! — Встрепенулась, нарочно подыгрывая. — Потому что это то, о чем я мечтаю. Я тебе даже спасибо скажу.
— Но…но… разве ты не гостья? — В недоумении продолжая раздражаться, бросила Хлоя.
— Гостья? Если бы я была ею, то могла бы свободно уйти из этой злополучной дыры. Видимо, все-таки твой хозяин заинтересован в моем присутствии, не находишь?
— Это неправда! Ты хитростью пытаешься заполучить его! Специально провоцируешь меня! Он никогда бы не посмотрел на такую жалкую женщину. Я никому не отдам хозяина! — Переходила на крик Хлоя, то краснея, то бледнея, прям как хамелеон.
— Да кому он нужен?! — Хохотнула, не понимая, как можно так отчаянно следовать за кем-либо… хотя, отчего же, понимаю. Как я вообще могла забыть об этом?! Когда-то и сама гналась за мечтой, и дорого заплатила за подобную блаж. Неужели я так забылась в этом маленьком плену? Неужели почувствовала себя в безопасности?
Но глядя на горящие глаза девушки, искренне испытала сочувствие, ибо знала наверняка — то, чего она так отчаянно жаждет, никогда не будет принадлежать ей. Бессмертные не привязываются к людям, они их лишь используют, не более. Каждый из нас следует правилам, и главным из них есть сохранение вида, что исключает связь с существами, чья жизнь столь коротка. Бессмертный, выбравший себе подобную пару, заранее обречен, так, как найдя в ней настоящую любовь, мы неразрывно связаны, и жизнь бессмертного зависит от благополучия его партнера. Короче говоря, избрав истинной парой человека, мы проживем лишь столько времени, сколько ему отмерено, так как наша любовь гораздо глубже и сильнее, нежели чувства этих людишек. Мы любим душой, и выбираем душой… навсегда. Эта связь нерушима. И зачахнуть до смерти от одиночества — удел каждого, отчаявшегося на подобную глупость. Так что, позволить себе даже толику нежных эмоций, по отношению к человеку — табу для всех, даже феникса.
— Ответь лишь на один вопрос, мне безумно интересно, что тебя так прельщает в этом гнусном и наглом мужчине? — Уставилась на девушку, ошарашенную сменой настроя разговора.
— Ты сама только что ответила — мужчина в нем. Мне нравиться, что среди всех особей мужского пола, он единственный, по праву называется мужчиной. — Пожав плечами и успокоившись, протянула Хлоя, удивленная столь явной глупостью. Ну, действительно, могла ли я совершить более идиотский поступок, чем озвучить свое непонимание о такой простой истине? Да ее глаза сверкали, будто она считала Эйдана чуть ли не богом. О, я могла поручиться, в комнате девушки спрятан алтарь Его Высочества Эйдана, состоящий из фоток и его личных вещей. Зуб даю!
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Майя
Поздравления и подарки лились рекой. И хоть новым днем моего рождения был день становления вампиром, традиция продолжалась, и я по-настоящему веселилась. Границы правил стерлись, как и межрасовая ненависть, так как хранители выплясывали и напивались бок о бок с пиявками. И теперь, глядя на черный перстень власти на пальце, я могла сказать, что, наверное, чуточку счастлива. Единственная мелочь омрачала праздник — отсутствие Ноа. Хотя, какая там мелочь, это была моя личная глобальная катастрофа. Все знакомые хранители, и те, присутствовали на празднике, а столь близкий человек шлялся где ни попадя!
Вот так благополучно мне захотелось обидеться, в конце концов, женщина я или нет?! Так что, плюнув на приличия, решила повеселиться всласть, чтоб хватило надолго. Тем более, не понятно было, как вообще пройдет сегодняшняя ночь. Может, Акира прихлопнет меня, как маленькую назойливую мушку.
— Признаюсь, не думал, что ты умеешь танцевать. — Хохотнул Шамси, подхватив меня под руки и кружа в танце.
— Бабушкина заслуга. — Улыбнулась другу, который практически не отрывал взгляда от соседней пары — Айсу и Нико. Наверное, ревновал девушку, ведь вампир-близнец был тот еще ловелас.
— Да, имел честь познакомиться. Она сделала замечание моему, цитирую: «расхлябанному причесону».
— Не стоит обижаться. Это ее манера общения. — Ухмылялась, представляя бабушку, отчитывающую хранителя, которому черт знает сколько тысяч лет.
— Надеюсь, мне не надо будет привыкать. — Коварно подмигнул хранитель. — Когда ты старушку отправишь домой?
— Как только, так сразу. Ее пребывание здесь — самое глупое решение, которое я только могла принять. Это слишком рискованно.
— Твои уста глаголют истину. Но это после, скажи лучше, мое воображение разыгралось, или Нико положил глаз на Айсу?
— О, он не только положил на нее глаз, но и руки. — Хмыкнула, кивнув на загребущие лапы вампира, опускающиеся все ниже по талии женщины. — Думаю, тебе стоит поспешить и спасти принцессу от притязаний Кощея.
— Кого? — В недоумении уставился Шамси. О, да ладно, неужели здесь никто сказки не читал?! Столько прожить, а историй о Кощее бессмертном не слышать?! Позор! И отстранившись, подтолкнула парня. — Не важно, иди уже.
— Ты — лапочка. — Чмокнул в щеку хранитель.
— Не порть мне репутацию миленькими прозвищами!
— Как угодно, кикимора. — Озорно подмигнул парень, откланявшись. Все-таки читал, паразит эдакий.
Обернувшись, я, наконец, смогла пробраться к выходу. О свобода! Слабый ветерок дунул в лицо, заставляя в удовольствии прикрыть глаза. И, пробравшись в сад, опустилась на скамью у фонтана. Здесь я могла спокойно наслаждаться покоем и шумом воды. Все-таки, подобная обстановка ближе моему сердцу.
— А я уж было подумал, что ты изменила себе, пустилась в пляс и стала заводилой компании. — Протянул знакомый низкий голос, заставляющий мурашки бегать по коже, а бабочек порхать в животе. О, боги, сплошные насекомые!
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Наверное, именно так и должен поступать каждый двадцатилетний человек. — Вздохнула, прикрыв глаза, и наслаждаясь звуками.
— Но ты ведь не человек. — Уныло бормотал хранитель.
— Да, ты прав.
— Тебе идет. — Заметил Ноа, все так же соблюдая дистанцию.
— Что?
— Красный… кроваво-красный. Заставляет вспомнить, кем ты являешься на самом деле.
— В таком случае, буду чаще использовать его в гардеробе. Постараюсь не дать развиться твоему склерозу.
