обо мне в очень извращенной манере. Я была важна для него только потому, что он считал меня своей собственностью. Поэтому, увидев, что меня подстрелили, он вырвал пистолет у девушки и метнулся ко мне, чтобы проверить мое состояние. Оставив пистолет рядом со мной, он повернулся к девушке и начал ее избивать. Он все бил ее и бил. И я знала нутром, — я ударила себя кулаком в живот, — что он не остановится… поэтому потянулась за пистолетом и выстрелила в Натана.
— Ты его убила? — прямо спросил Уокер.
Я быстро замотала головой.
— Этот факт обо мне очень мало кто знает, но мой отец любил оружие. Я имею в виду, любил стрелять. Общих интересов у нас не было, но поскольку я любила его и нуждалась в его времени и внимании, то с восьми до пятнадцати лет посещала с ним стрельбище каждый месяц. Если бы захотела, я могла бы участвовать в соревнованиях по стрельбе. Я очень меткая. И стреляла я, чтобы ранить, а не убить.
Уокер поднял бровь.
— Рад это слышать. Я про твою превосходную меткость.
Мои губы невольно дернулись.
— В общем, Натан заперся с нами в спальне в задней части дома. В сад вели французские двери. Девушка была в ужасном состоянии. Услышав второй выстрел, дружки-головорезы Натана стали выламывать дверь. Предполагаю, выброс адреналина помог мне поднять свою задницу, мне хватило присутствия духа стереть отпечатки с пистолета, и я каким-то образом поставила девушку на ноги, и мы сбежали через сад. — Мое сердце бешено колотилось, будто я заново переживала все события. — Мне казалось, я часами бегаю по окрестностям. Девушка постоянно теряла сознание, да и мне было не намного лучше с пулей в руке.
Слезы перекрыли мне горло.
— Но худшее в этой истории — Келли. Всю свою жизнь я стремилась защитить ее от того, кем являлся ее отец, а потом ворвалась в нашу квартиру с пулевым ранением и избитой до полусмерти девушкой. — Я вытерла слезы. — Келли так испугалась. И это привнесла в ее жизнь я.
— Нет, — сердито выпалил Уокер. — Это вина ее отца. Не бери ее на себя. Ты спасла жизнь той девушке, и я уверен, Келли тобой гордится.
— Ей было девять, Уокер, — прошептала я. — Она не должна гордиться мной за нечто подобное в девять лет. Я не хотела, чтобы она испытала в детстве такой же страх, как и я.
— Ты не можешь защитить ее от всего, иначе сойдешь с ума. Слоан… ты лучшая мама, которую я когда-либо встречал.
Я улыбнулась его словам сквозь слезы и попыталась снять напряжение.
— Думаю, эту награду получит Риган. Клянусь, эта женщина способна разделиться надвое.
Уокер не улыбнулся моей шутке.
— Что было дальше? — надавил он.
— Та девушка, — я вытерла щеки, удерживая взгляд Уокера, — была Аллегра Ховард.
На Уокера снизошло понимание.
— Дочь Уэсли Ховарда. Сестра Арии.
Я кивнула.
— Младшая сестра Арии. В школе она попала в плохую компанию. В семнадцать лет она уже пристрастилась к наркотикам. Вот почему она была с Натаном. В общем, Хуанита настаивала, чтобы мы вызвали полицию и «скорую», а я не знала, что, черт возьми, делать, потому что выстрелила в Натана. Но тут Аллегра пришла в себя и объяснила, кто она такая, и позвонила отцу. Уэсли появился со своей командой безопасности и обо всем позаботился.
Я невесело усмехнулась.
— Деньги и власть решают все. И он был благодарен. Как и Аллегра. Они оплатили мои медицинские счета и разобрались с Натаном. В обмен на молчание, Уэсли оплатил и его медицинские счета… хотя и жаждал видеть его мертвым. Но Ховарды не хотели, чтобы это происшествие с Аллегрой всплыло в новостях. Они хотели спокойно жить дальше. Но из угроз Натана они также понимали, что я не буду в безопасности. Ария устроилась на работу в Арднох и предложила мне место здесь. Я ухватилась за шанс. Не успели мы уехать, как Натан нарушил свое обещание и начал шантажировать Ховардов, чтобы получить больше денег. Я рассказала им, в каких клубах он толкает наркотики, и помогла его посадить. Его арестовали за хранение, и полицию не интересовала его история о Ховардах. Поскольку это был не первый его арест за хранение, Натан получил восемнадцать месяцев. — Я судорожно вздохнула. — Но Ария только что сказала мне, что он вышел раньше.
— И он знает, что ты помогла упечь его за решетку.
Уокер резко поднялся.
— Нужно проверить его паспорт, узнать, находится ли он в стране. — Он достал свой сотовый. — Скажи мне его полное имя и дату рождения.
Я не задумывалась о том, чего ждать после того, как расскажу ему историю, которую знали немногие. Фактически, это были только Ховарды и Монро. Теперь Уокер. И он почти не отреагировал, сразу перейдя к делу.
Стараясь не обидеться и не разочароваться из-за этого, я встала и порылась в ящике тумбочки в поисках бумаги и ручки. Я записывала полное имя и дату рождения Нейта, когда почувствовала спиной жар, исходящий от тела Уокера.
Оглянувшись через плечо, я замерла. Его глаза вновь ярко сверкали. Была ли это нежность, или благоговение, или понимание, или сострадание… или все вместе? Да и важно ли это? Уокер Айронсайд смотрел на меня так, будто я чего-то стоила, и меня должно было испугать, насколько его мнение имело для меня значение.
— Келли — самая счастливая маленькая девочка в мире, — хрипло произнес Уокер, — раз у нее есть такая мама. Ты — воительница, Слоан. Никогда в этом не сомневайся.
ГЛАВА 15
От признания Уокеру в своей истории мне очень полегчало. Теперь он прикрывал меня. А вместе с ним Монро и Бродан. Впервые я почувствовала, что мы с Келли можем пройти через любое дерьмо, которое Нейтан нам подбросит. Это было эгоистично, но я все же с облегчением переложила на Уокера бремя ответственности приглядывать за нами. Позволила ему копнуть под Натана. Доверила ему защищать нас с дочерью.
Моим же бременем было — скрывать все от Келли. Я не хотела, чтобы она знала правду без абсолютной на то необходимости, и не считала, что на данный момент следует рассказывать ей, что мой возможный мучитель — ее отец.
Вместо этого я, как могла, отодвинула страх на задний план и сконцентрировалась на своей жизни. Да, в эти дни за Келли следил сотрудник службы безопасности Ардноха всякий раз, когда она не была со мной
