не было, – это мальчик говорил, стряхивая с себя снег и снимая шапку и пуховик.
– Извини, не поздоровался. Добрый день. Что? – вдруг спросил Саша, заметив, как юноша смотрит на него смеющимися глазами.
– Да ничего, – улыбнулся парень, – раздевайтесь да проходите в дом – сушиться. Там поболтаем.
Глава 16. В снежному плену, или Селирёвы тоже действуют
Инна Павловна вошла в кабинет своего менеджера.
– Да, Инночка. Как дела? Впрочем, присаживайтесь. День скучный. Поболтаем.
– Конечно, с удовольствием бы, если бы не работа. Я на минутку.
– Да какая работа: я ваш босс. Вот и говорю – присаживайтесь. Всё равно в ресторане сейчас никого.
– Один столик.
– Вот я и говорю – никого. А придёт кто-то – официантки встретят, всё равно ничего не делают.
– Ладно.
– Как ваши дела? Работа? Не спрашиваю, нравится или нет – знаю, нудно убийственно. Ну, а так, в целом? Ничего?
– Ничего, неплохо, – ответила Инна Павловна. – Как ваш день?
– Скучно, говорю же. Впрочем, как и остальные дни. Нашёл хоть себе занятие – бумаги Артёма разобрал.
– Что-то важное нашли? Я имею в виду, особенное или сколько-нибудь занимательное, – поправила себя женщина.
– Э-э-эх, – протянул менеджер, откидываясь на спинку стула. – Нет, ничего занимательного. Копии некоторых договоров. Какие-то его распечатки из интернета. Так, статейки по бизнесу, да и вообще разное. Не так много, несколько. Выбросил. А, ещё книги его исторические здесь. Всё.
– Артём Леонидович увлекался историей?
– Да он вообще ненормальный, с ним и не поболтаешь толком, ничего о себе не рассказывает. А я, как вы могли заметить, поболтать люблю, – махнул рукой менеджер. – Говорит, что на историка учился. Любит, как он выражался, копаться в архивной пыли.
– И стал менеджером хорошего ресторана?
– Ага, отличный ресторан. Один столик занят. Ну да. На истории не особо заработаешь, а студенту деньги всегда пригодятся. И началось. Официант, администратор. Не знаю подробностей. Это Артём так рассказывал.
– А вы говорите – не общительный, – улыбнулась Инна Павловна.
Фёдор Кириллович закатил глаза.
– Эти, с позволения сказать, сведения я из него клещами вытаскивал несколько месяцев. Да, почти четыре месяца мы вместе проработали. Он – четыре, а я – полтора года, с самого момента открытия. А вёл он себя, словно он здесь на первых ролях.
– Я понимаю. Но и к истории Артём Леонидович, видимо, интереса не потерял. Даже на работе книги держит.
– Это точно. А вообще – чокнутый он, скажу я вам честно. И на истории, и в целом. Любит витиеватые фразы. Ляпнет, чтоб никто не понял, и считает себя умнее других.
– А что же история? – не унималась Инна Павловна.
– А вот, хотите почитать? – Фёдор Кириллович подошёл к шкафу и вытащил оттуда одну из книг сбежавшего менеджера. – Вот это он изучал. Восхищался древними племенами. Что-то писал, намекал на прорыв, – он сел на место, небрежно бросив фолиант на письменный стол.
– Хм… – задумалась Инна Павловна. – Знаете, Фёдор Кириллович, когда вы это сказали, у меня создалось впечатление… Может быть, он действительно открыл что-то очень важное, отчего ему пришлось бежать?
– Я вас умоляю! Кому сейчас нужна эта писанина?
– Наверное, вы правы, – улыбнулась Инна Павловна. – У меня просто романтический склад ума.
– Вот именно, – согласился менеджер, – а мы живём в реальном мире. Проблемы наши реальные, их надо решать. Мне – искать коллегу.
– Пропавшего?
– Нет, нового. Пропавшего я уже поискал. Поехал по адресу: Краснопартизанская, 18, квартира 111. И все дела, потому что никого там нет.
– Это адрес Артёма Леонидовича?
– Да, его. Господи, радость-то какая. Теперь я должен работать без выходных, пока кто-то сыщется на место Артёма.
– Несправедливо, конечно, – согласилась Инна Павловна, – а что поделать.
– Именно. Я смирился. По крайней мере, зарплата мне сейчас начисляется двойная. Что само по себе неплохо.
– Не могу не согласиться. Что же, пойду поработаю?
– Конечно! А надоест – заглядывайте ко мне.
– Договорились.
Из кабинета начальника Инна Павловна отправилась в туалет, чтобы без помех отправить Селирёвым домашний адрес пропавшего. Наверняка они захотят туда съездить. Также она написала Саше, что Артём Леонидович – историк, занимавшийся исследованиями.
Справившись с заданиями по расследованию, женщина отправилась на своё рабочее место.
* * * * * * *
Получив так легко домашний адрес Артёма Леонидовича, Селирёвы обрадовались и взволновались. Удастся ли что-то выяснить, откроет ли кто-нибудь дверь? Под каким предлогом туда идти? Хотя с последним всё ясно, действовать придётся по ситуации, как всегда.
Решили, что в квартиру отправится Андрей – всё-таки он выглядит солиднее. Ваньке, конечно, предполагалось страховать брата во дворе.
Селирёвы без труда отыскали нужный дом на улице Краснопартизанской. Квартира № 111 была обнаружена Андреем на первом этаже четвёртого подъезда. Долго не раздумывая, он нажал кнопку звонка, не надеясь на ответ. И, как обычно происходит в подобных случаях, дверь открыли.
– Здравствуй, мальчик. Ты уверен, что не ошибся квартирой? – спросила вышедшая на порог симпатичная блондинка. Выглядела она, пожалуй, лет на сорок.
– Я не… да, вроде, туда попал, – выдохнул Андрей.
– Ну, хорошо. Что ты хотел?
– Я ищу Артёма Леонидовича.
– Ясно, – просто сказала женщина. – Его сейчас дома нет, и в ближайшие дни не появится. Я его жена, Раиса, – она протянула руку.
– Андрей, – ответил на рукопожатие Селирёв.
– Так что ты хотел? Мы может просто напросто позвонить Артёму.
– Не стоит, ничего такого срочного. Дело в том, что я знакомый Виолетты, а её отец работал с Артёмом Леонидовичем. Ну, в ресторане. Она говорила, что Артём Леонидович исчез.
– Как это?
– Вот взял и уехал таинственно. И никто не знает, где его искать.
– Что за чушь, – взволновалась Раиса. – Мой муж находится на даче.
– Вот и я Виолке говорю, что так только в кино бывает. Мы и поспорили… Извините.
– Странные у вас забавы.
– Согласен. Знаете, как оно бывает – слово за слово…
– Бывает.
– А где дача находится?
– А это тебе зачем?
– Мы же не просто так с Виолеттой о вашем муже заговорили. Всё из-за истории. Мы с учителем в школе слегка не поняли друг друга – вот и светит мне твёрдая двойка.
– А что такое произошло?
– Ай, ерунда. Я листочек получил со своей проверенной самостоятельной по историческим датам – с тройкой. Все тогда плохие оценки получили, контрольная непредвиденная была. Пока учительница нас ругала, я «ушёл в себя» – задумался, значит. Тройку свою разрисовал – она стала на корову похожа. Я как-то так автоматически и подписал – «корова». А учительница это на свой счёт приняла, обиделась.
Раиса улыбалась, слушая рассказ (который когда-то Андрей
