неведении и не строили домыслы один страшнее другого.
— Вот уж чего не надо, так это строить домыслы. — осуждающе цыкнув, Мила подняла палец кверху и менторским тоном добавила: — Как говорил шеф — в нашем деле главное факты и ничего кроме фактов. На текущий момент у нас нет их как таковых, так что лучшее, что мы можем сделать — это отвлечься на текущие дела и заботы.
— Тогда я буду мыть посуду и убирать со стола. Иначе точно чокнусь.
Сказано — сделано. Не обращая внимания на домовушку и то, как она осуждающе покачивает головой, бурча, что я отнимаю у нее работу, я прибрала со стола и перемыла всю посуду. Вытерла, расставила по местам, сунула нос в буфет, в ледник и прочие хозяйские закрома и поняла, что обедать нам уже нечем. Та-а-ак... а ведь нам ещё и десять хвостатых лбов кормить! Чем?
Кстати, у них вообще деньги есть или нет? Может нам проще будет сходить в кафе на обед и ужин, чем идти на рынок, а потом озадачивать домовушек готовкой на целую ораву.
— Что хмуришься? — Мила, всё это время просидевшая на лавке с Авдотьюшкой на коленях, с интересом приподняла бровь.
— Ты не поверишь — думаю о хлебе насущном. Мы обедать-ужинать чем будем и где? По идее нам бы на рынок сходить, у Эйнара особо продуктов не осталось, но что насчет гостей? Их нам тоже кормить? И как долго?
— Хороший вопрос. — пару минут похмурившись, ведьмочка неопределенно пожала плечами. — Так, давай сначала всё-таки дождемся разведку. Время уже на исходе, хоть одна, да должна вернуться. Кстати, где младшая?
— Тутс-с-с...
— Новости есть?
— Нетс-с-с...
— М-м-м, херово... Так, а где моя валерьянка?7bcf23
— Но-но! Кто мне сказал, не нервничать? Мила, а ну прекрати! — прикрикнув на ведьмочку, я ещё и пальцем ей погрозила. — Смотрю, тебя тоже трудотерапией надо озадачить. Полы помыть не хочешь?
— Я?
— Да.
— М... нет.
— Тогда окна.
— Ну, тебя! Они у него идеально чистые, сама посмотри. — возмущенно ткнув пальцем в сторону кухонного окна, с действительно идеально прозрачным стеклом, Мила закатила глаза, когда я снова набрала в легкие побольше воздуха, чтобы предложить очередную домашнюю работу. — Нет, даже не озвучивай. Это твой жених, твой дом, так что сама-сама. Я тут вообще в гостях, а гостей не напрягают. И вообще!
— Фуф! Средняя тут! — залетев в приоткрытую дверь и никак не в силах отдышаться, одна из Теней распласталась перед нами, перебив Милолику и сосредоточив всё наше внимание на ней одной. — Вы не представляете! Там... там... там та-а-акое-е-е!!!
— Ну? Какое?! — не выдержав, потому что Тень всё не начинала, я торопливо подошла к ближайшему стулу и присела, чувствуя, что ноги уже предательски подкашиваются. — Средняя!
— Секундочку... сейчас... уф... уф... фу-у-у... — протяжно выдохнув и наконец более или менее придя в себя, Тень подобралась и четко поставленным голосом доложилась: — Я была в офисе. Офис закрыт второй день, то бишь сегодня и вчера. В полицейской управ, что по соседству, все в недоумении, теперь все доносы как и раньше отсылаются во дворец лично Кощею, но один из сержантов признался, что вчера видел шефа во дворце, и Симона Гаврилна лично ему сказала, что Бюро закрыто в связи с истечением экспериментального месяца и роспуском сотрудников. Фсё.
— Нас распустили? Но... — в полнейшем недоумении переглянувшись с Милой, лично я почувствовала себя дурой. — А почему нам не сказали? Или это официальная версия для всех остальных?
— Серая тут!
— Сизая тут!
Прилетев буквально одновременно, ещё две Тени доложились о том, что ни Алефа, ни Симоны дома нет уже вторые сутки и никто из соседей не в курсе, где они. Следов взлома нет, следов запустения нет, следов борьбы нет. Однако у Алефа на столе стоит кружка с чаем и недоеденный пирог с рыбой, которым уже третий день.
— Быть не может! — стоило Миле это услышать, как она тут же возмущенно всплеснула руками. — Да этот троглодит даже крошек после себя не оставляет, а вы говорите о целом пироге!
— Он не целый, он надкусанный, — буркнула Тень, словно оправдываясь.
— Тем более! Уж если он начал есть, то пока не закончит — шагу от стола не сделает. Ира, да подтверди.
Это да, что есть — то есть. Бывший фавн не сказать, что был обжорой, но еды он после себя не оставлял. Никакой. Приходил он пару раз ко мне в гости, так после него — как после десяти котов — шаром покати. Хорошо, со мной аж две домовушки жили, так им только в радость было наготовить, что стол ломился.
— И что это может значить?
— Что-что... а шут его знает! Ничего не пойму. Но раз шефа видели во дворце, причем вчера, значит они оба там. Блин, странно это... что им там делать? И вообще, где те, кого отправили в тюрьму и во дворец?
Поддержав возмущение сирены твердым кивком, потому что имеющиеся данные были как минимум странными и в целом не говорили ни о чем, я постаралась запастись терпением и меня хватило аж на ближайшие двадцать минут. За это время мы успели построить догадки о том, куда мог так быстро сорваться Алеф и по какому такому важному делу, что в итоге у него пропадает рыбный пирог. Поразиться тому, что шеф застрял во дворце уже второй день, хотя он принципиально ночевал всегда у себя, а также повозмущаться мужской логике — сделать всё без нас и не поставить в известность. А ведь мы сами, между прочим, за всё это время отправили им аж два письма! О том, что живы-здоровы и в деревне у котов, да о том, что уже подъезжаем и всё в порядке.
Нет, в этом отношении Эйнар всё-таки лучше.
Грустно улыбнувшись, я неосознанно покрутила колечко и оно тут же потеплело, разнося по телу приятное умиротворенное тепло. Я даже не удивилась на это, лишь немного мечтательно улыбнулась и мысленно сказала "спасибо". Даже когда он далеко, он всё равно рядом.
— Так, а время-то вышло. — недовольно поджав губы и глянув на часы, которые показывали уже десять минут сверх срока, Мила шумно выдохнула и решительно поднялась с места. — Ириш, ты как знаешь,
