Если мы собираемся это сделать, ты не можешь привязываться. Иначе тебе будет больно, а я не хочу причинять боль.
— Я это знаю. — Нежная уверенность в ее голосе соответствовала спокойной улыбке. — Ты говорил, что это последняя возможность оторваться, прежде чем остепенюсь, и я подумала: почему бы и нет? Считай, что я выбросила осторожность на ветер.
— Я сомневаюсь насчет последней.
Она улыбнулась, но чувствовалась в этом какая-то грусть.
— Думаю, мне хватит одной.
— И все же это третий…
— Нет, — быстро перебила она. — Это одна длительная импровизированная прогулка по дикой стороне.
— Я помогу тебе, — внезапно решил он, не уверенный, что, черт возьми, обещал. Но он просто ненавидел видеть такое жалкое поражение в ее обычно сверкающих глазах. — Пока мы, так сказать, развлекаемся, я помогу тебе найти правильного парня.
— Это безумие. И к тому же довольно аморально. Я не буду встречаться с мужчинами, пока мы вместе.
— Ты можешь встречаться с ними, но не спать. А когда ты найдешь того, с которым захочешь переспать, мы закончим наши отношения.
— Это слишком странно, мне это не нравится.
— Это будет частью твоего нового образа дикой штучки. Будешь встречаться с одним парнем, пока спишь с другим.
— Это кажется нечестным. Почему мы это обсуждаем? Я пришла сюда поразвлечься, а ты… ты… — Она слегка нахмурилась, пытаясь придумать, как описать то, что чувствовала. — Ты что меня… блокируешь?
Он моргнул, не уверенный, что правильно расслышал ее.
— Ты слышал меня, — сердито прошептала Лия.
— Но не понял, солнышко.
— Я сказала, что ты меня блокируешь.
Все его добрые намерения по помощи в поиске «того самого» улетучились в тот же момент. Сексуальная, застенчивая библиотекарша вернулась, и Сэм ужасно хотел ее.
— И что это значит, солнышко? — спросил он, стараясь говорить мягко.
Лия покраснела, пытаясь придумать ответ.
— Ты знаешь, что это значит.
— О, ты имела в виду «членоблокиратор»? — Он сдержал смех, услышав ее болезненный стон.
— Просто перестань это делать, — предупредила она.
— Больше никаких блокировок. Понял, — он почувствовал, как его губы растягиваются в широкой улыбке. Боже, она была просто великолепна. У него перехватило дыхание, и он погладил ее по щеке здоровой рукой. — Ты уверена в этом, верно? Потому что я точно не пожалею.
Ее дыхание вырвалось из груди, и он понял, что она сдерживала его. Ее губы приоткрылись, и Сэм опустил на них глаза — они выглядели полными, сочными. Может Лия нанесла немного блеска, прежде чем постучаться в дверь? Он застонал, поняв, что наконец-то может попробовать его вкус. Все, что потребовалось — один вдох, и его губы оказались на ее губах.
Лия вздохнула, придвинулась ближе и открылась для него. По-другому описать это он не мог — она откинула голову, смягчила губы и впустила его. Это было чертовски фантастично. Он не мог точно вспомнить, было ли так в прошлый раз. Не мог вспомнить, целовались ли они тогда. Это было похоже на первый поцелуй, и был невероятно важен для него. Это пугало, но в то же время заставляло желать большего… намного большего.
Сэм хотел прижать Лию к себе, но гипс на руке мешал. Ее губы последовали за его губами, мягкие, сочные и совершенно восхитительные. Они все еще хотели большего и надулись, когда он отодвинул свой рот подальше. Ее глаза распахнулись, светящиеся серые радужки были почти полностью скрыты чернотой зрачков. Она выглядела влажной, возбужденной, готовой… И Сэм не был уверен, что сможет быть медленным или даже нежным. Ему просто нужно было разобраться с движениями.
— Помоги мне, — проскрежетал он разочарованно, дергая подол своей футболки.
Лия что-то сказала, он не был уверен, что именно, но это прозвучало как блин или блядь. Это заставило его улыбнуться, и он удивился легкости, которую почувствовал в этот момент. Он был возбужден, он горел, ему хотелось сорвать с нее одежду и трахнуть прямо здесь, и в то же время он чувствовал себя взволнованным. Как ребенок на карнавале, он чувствовал себя счастливым, нервным и готовым одновременно.
Лия помогла ему снять футболку и аккуратно положила в сторону.
— В какой-то момент, — сказала она чопорно, несмотря на сексуальную хрипоту в голосе, — мы с тобой обсудим, что на тебе футболка. Почему мы мучились с этими рубашками на пуговицах, когда… — Она резко остановилась. — Ты намеренно заставил меня возится с этими рубашками, не так ли?
Сэм рассмеялся, а затем, потому что больше не мог выносить разлуки, снова поцеловал ее.
Позабыв о возмущении, Лия обняла его за талию и снова открылась в поцелуе. Он потянул ее за одежду здоровой рукой и застонал от того, насколько безрезультатными были его попытки. Лия успокаивающие замурлыкала и погладила вверх и вниз по спине, слегка царапая ногтями.
— Брэнд, — ее голос был приглушен его губами. — Позволь мне.
— Что? — ошеломленно спросил он, поднимая голову.
— Позволь мне. Пожалуйста, позволь мне сделать это, пока ты в гипсе. Я могу…
— Ты хочешь порулить, солнышко?
Лия покраснела и кивнула.
Он усмехнулся, наслаждаясь мыслью об этом.
— Тогда вперед!
Сэм не знал, чего ожидать, когда предложил Лии руководить, но определенно не то, что получил. Затаив дыхание, он наблюдал, как Лия расстегивает пуговицы на блузке. Ее движения были не столько соблазнительными, сколько эффектными, и это возбуждало даже больше, чем любая откровенная попытка соблазнения. Лия сняла блузку и отложила в сторону. Сэм жадно впитывал каждый дюйм ее красивой фигуры, которая теперь открылась его взору. Узкая талия, симпатичная впадинка пупка, скромное декольте в красивом кружевном белом бюстгальтере с застежкой спереди. Лифчик казался совершенно лишним — грудь у Лии была небольшой, — но все равно было так возбуждающе представлять, как она снимает его.
Однако Лия не прикоснулась к лифчику, вместо этого она сняла один прозрачный чулок, а затем другой. Его член резко дернулся, когда она скользнула руками под юбку и подняла ее чуть ниже бедер, чтобы получить доступ к трусикам. Сэм зарычал, когда она сделал рывок, а затем покачнулась, и ее кружевные белые трусики упали до лодыжек. Лия сняла их и положила поверх блузки.
Все еще ничто из этого не было откровенно сексуальным, просто чертовски эффектным.
Лия едва взглянула на Сэма, пока исполняла свой чопорный маленький стриптиз, в то время как он не мог отвести от нее глаз.
— Распусти волосы, — хрипло попросил он.
Лия покраснела, и он понял, что одна из причин, по которой она так решительно избегала зрительного контакта — смущение. Она не знала, как соблазнять, но в своей невинности преуспела больше, чем любая другая женщина до
