Подтверждая его слова, меня захлестнула серая волна покоя. Изображение доктора расплылось и исчезло вместе с изображением белой комнаты.
Одна старая опытная лягушка поучала молодую: «Не дай бог тебе повстречать Ивана-царевича, он тебе всю жизнь испоганит, в уродливом доме жить будешь, уродов нарожаешь и в болоте никогда уже не покайфуешь».
…Очнулся Александр в клетке, прикованный цепочкой за левую руку к одному из толстых металлических прутьев клетки. Напротив него, в пяти метрах, находились две идентичных клетки, в которых обитало по одному быкочеловеку. Один, слева, спал, а правый стоял, сложив руки на груди, и пристально смотрел на Александра.
Александр махнул ему свободной рукой и произнес:
– Привет, брат. Куда я попал? И кто эти человечишки?
Быкочеловек усмехнулся:
– Маленькие говнюки, похожие немного на тебя. Ты еще на них насмотришься, надоест.
– Меня зовут Александром. А как тебя называть?
– Называй, как хочешь. Но сосед зовет меня Макс. А я зову соседа Фукс. Мы здесь уже полгода сидим.
В этот момент между клеток прошел маленький мужчина, не превышающий ростом семилетнего мальчика. С лицом Ленина. На груди черного комбинезона блестела серебряная шестиконечная звезда. Он курил папиросу и что-то напевал. Когда он прошел мимо, Александр спросил:
– Это шериф, что ли?
– А кто такой шериф?
– Человек, который наказывает нарушителей порядка.
– Понятно. Нет, это не шериф. Это дворник. Сейчас он возьмет свою поганую метлу и будет выметать мусор, который остался в зоопарке после вчерашних посетителей.
– Так значит, это зоопарк?
– Именно.
Через минуту действительно показался маленький дворник с метелкой в руках и начал подметать. При виде его лысины, бородки и знакомых по книгам и фильмам других черт знаменитого лица Александр заулыбался и сказал:
– Здравствуйте, Владимир Ильич. Как поживаете?
Маленький двойник Ленина остановился, перестал мести и с минуту удивленно смотрел на Александра, а потом ответил:
– Здравствуйте. А откуда вы знаете мои имя и отчество?
– В мире, из которого я пришел, вас очень хорошо знают.
Маленький дворник затянулся папироской, выпустил большое дымное кольцо в сторону Александра и сказал:
– Вы шутник, батенька, в нижнем мире, откуда вас выловили, даже читать не умеют. Там не знают даже о нашем существовании, потому что им, батенька, на все насрать. Они все алкоголики, и кроме браги им ничего не нужно. Нижний мир – это огромный нужник. В смысле – сральник, в смысле – туалет.
Александр потрогал новенькую шишку на голове и поморщился:
– Владимир Ильич, а что вам говорит фамилия Ленин?
– Ленин? – переспросил дворник. – Это директор зоопарка. Великий человек, как и все работники зоопарка.
– Владимир Ильич, а у вас какая фамилия?
– Ницше, – ответил маленький дворник с лицом Ленина. – Мы потомственные дворники. Были, есть и будем. От сотворения мира до конца света. Дворники навсегда.
Дворник выплюнул недокуренную папиросу прямо в ногу Александра, оседлал метлу и поскакал мимо клетки, напевая:
– Мы красные кавалеристы, трам-трам-трам, и главный среди нас кавалерист Абрам!
Александр не смог удержаться от смеха. На что быкочеловек Макс заметил:
– Не вижу ничего смешного. Тупой дворник, и шутки у него тупые. Через десять минут он принесет наш завтрак. Вареных крыс. Не советую отказываться. Побьют пребольшими дубинками. А потом все равно заставят съесть. Так что лучше ешь сам. Тем более что крысы свежие. Их здесь дофига. Нижние чины тоже их жрут. И дворник жрет. Эй, Фукс, просыпайся, сейчас завтрак принесут! – заорал Макс и запустил маленькой палкой в своего соседа. Тот проснулся, встал, потянулся и уставился на Александра. А Макс представил:
– Познакомься, это наш новый сосед, Александр.
Фукс фыркнул и сказал:
– А мне пофиг. Эти соседи меняются каждую неделю, и все – урод на уроде. Где их только отлавливают? Придурки да и только.
Появился маленький дворник с тележкой, на которой стояло три тазика. Он подошел к клетке Александра, открыл маленькую дверцу в углу и просунул к ногам заключенного тазик с четырьмя коричневыми тушками. От них исходил отвратительный запах, от которого Александра начало тошнить. Дворник закрыл клетку и сказал:
– Если ты не сожрешь мясо, мы тебе его в жопу засунем.
Затем он перешел к клеткам соседей и точно так же снабдил их завтраком. Быколюди склонились над тазиками и с аппетитом стали чавкать, выбрасывая обглоданные кости наружу. Дворник ушел. Александр взял одну тушку из тазика, поднес ко рту, закрыл глаза и откусил, но его тут же вырвало, и он бросил крысу за решетку. Макс перестал есть и сказал:
– Мы начинали точно так же. Там внизу мы никогда не ели мяса. А вот здесь теперь едим его каждый день и ничего, привыкли. А ты зря выбросил завтрак на улицу. Дворник увидит и сообщит господину Горькому, а с ним лучше не спорить, он здесь сильнее всех. Придет и будет тебя воспитывать.
Александр махнул рукой и сказал:
– Пускай приходит. Пускай воспитывает. Но вареных вонючих крыс я жрать не буду.
Фукс тоже перестал жевать и сказал:
– А ты закрой глаза, не дыши и представляй, что ешь вкусный, душистый, свежеиспеченный хлеб – и тогда все получится. А через несколько дней ты уже привыкнешь, и вареные крысы будут казаться самым лучшим кушаньем.
Макс и Фукс одновременно доели свои лучшие кушанья и легли на животы, скрестив руки на груди, и уставились на Александра. В этих позах они напоминали сфинксов, причем один (Макс) был рыжим, а второй светловолосым. Александр несколько минут терпел их пристальное молчаливое внимание, а потом не выдержал и сказал:
– Не сверлите меня своим взглядом. Мне это неприятно. Дырочку на груди прожжете. Чего вы хотите?
Ответил Макс:
– Мы смотрим не на тебя. Просто перевариваем пищу и смотрим в одну точку, внутри которой покой. Это помогает хорошо переваривать.
В этот момент появился маленький дворник. Он подошел к клетке Александра, посмотрел на выброшенную крысу и сказал:
– Так, так, батенька, изволите бунтовать. Я вынужден обо всем доложить господину Горькому. Он придет и устроит вам сладкую жизнь. Чтобы в следующий раз ели все, что даем. А то разбаловались, мясо не едим. А мясо-то лучшего качества.
Дворник поднял с земли надкушенную Александром вареную крысу, сдул с нее мусор, откусил и зачмокал:
– Ох, как вкусно. Ублюдков кормят настоящим мясом, а они его не едят. Я бы всю жизнь сидел в клетке и ел бы вареных крыс, но не разрешат, не разрешат. И поэтому умру на работе.
Дворник ушел, а Александр вдруг подумал, что ему снится странный сон, который длится уже вторые сутки и никак не закончится. Он куда-то нырнул, в какое-то другое измерение и никак не может вынырнуть. Вообще-то он и раньше попадал в различные переплеты, но они обычно заканчивались к моменту его протрезвления. А сейчас произошло что-то невероятное. Он не пил, но все равно нырнул…
Между клеток появился высокий крепкий мужчина в комбинезоне зелено-коричневого цвета. Дворник, сопровождавший его, доставал ему до пупа. Они остановились рядом с клеткой, и маленький Владимир Ильич начал ее открывать, поясняя:
– Вот он, новенький, не ест положенную порцию. Выбросил часть на улицу. И все переблевал. А мне теперь убирать.
Решетчатая дверь открылась, мужчины вошли внутрь и встали перед сидящим на корточках Александром. Горький был красив, его голос тоже оказался красивым:
– Встать, шланг!
Александр встал (звякнула цепочка, соединяющая левую руку Александра и прут решетки) и оказался одного роста с мужчиной. Горький прокашлялся в кулак и спросил:
– Ты здоров?
– Да.
– А почему не ешь?
– Я не привык к столь изысканной пище. Попроще бы чего. А если серьезно, то слишком отвратно от них пахнет.
Горький повернулся к дворнику:
– Владимир, почему отвратительно пахнет?
Дворник покраснел от возмущения и ответил:
– Они врут. Пахнет отлично, как от трусов президента, просто они притворяются. Строят из себя целочку. Я съел его мясо, и мне очень понравилось.
Горький уставился на Александра:
– Если ты здоров и отказываешься есть, значит, ты бунтовщик. А бунтарей у нас учат.
И Горький вдруг ударил Александра кулаком в солнечное сплетение. Тот охнул и согнулся пополам. А мужчина ухнул и ударил кулаком по затылку. Александр упал, но сознания не потерял. Дальше его обрабатывал ногами, обутыми в жесткие ботинки, маленький дворник, похожий на Ленина. Александр стонал, вскрикивал и закрывал промежность. Так продолжалось минут пять, а потом дворник устал и перестал бить. Красивый Горький улыбнулся и сказал:
– Для первого раза достаточно. Если ты усвоил урок, то быстренько все съешь. Через пару часов мы проверим. А если ты не понял, то бить тебя буду уже я. А после моих кулаков – и быки падают.
